Смерть позвонит сама - Андрей Анатольевич Толоков Страница 61

По дороге домой Алена рассказала Немировичу про свою подругу Марину Саенко. Вообще-то и подругами их было назвать сложно. Марина была старше Алены на десять лет. Замужем уже второй раз. Алена сама не видела, но в коллективе говорят, что Марина крутит роман с кадровиком из торгового отдела. От этого с мужем полный разлад.

– Вот он, наверное, и приходил поговорить с Мариной, – сделала вывод девушка.

– Наверное, – согласился Костя.

Немирович-то знал, что не поговорить Лапшин хотел с Саенко, а узнать о ней побольше. С какой целью? А вот это выяснится, когда Лапшин начнет давать показания.

Костя проводил Алену до подъезда. В квартиру подниматься не стал. Сразу вернулся в отдел. Признаться, был удивлен, когда в кабинете увидел Любовь Ивановну.

– Здравствуйте, Любовь Ивановна! А вы какими судьбами так поздно в нашем шалаше?

– Лапшин отдыхать не дает, – ответила Баринова и ткнула пальцем в лежащую на столе бумагу. – Это ответ на запрос.

– На какой?

– Я сделала запрос в Куйбышев по новому месту жительства Александры Лапшиной. Понимаете, о ком я?

– Конечно.

– Так вот, Константин Сергеевич, не приезжала туда Лапшина. Ее нигде нет.

– Так, может, она не прописывалась? Приехала и живет себе у своего нового мужчины.

– Возможно и такое, – согласилась Баринова. – Только как вы себе представляете в нашей стране жизнь без прописки? Ей же надо на работу устраиваться.

– А этот ее, новый. Его нашли?

– Нет. Его никто не видел. Только имя есть, Егор.

– А имя откуда известно?

– От сестры Александры. Лапшина в Саратове у сестры остановилась на один день. Взяла билет на поезд до Куйбышева. Поезд ночной. Рассказала сестре, какой хороший теперь у нее мужчина по имени Егор. Оставила кое-какие вещи, забрала чемодан и уехала на вокзал. Уехала, пока транспорт ходил. Примерно в половине одиннадцатого. Больше сестра от нее ничего не слышала. Ни звонка, ни письма не было.

– Неужели… – Костя не стал договаривать. И так все поняли, что он предположил.

– Не хотелось бы об этом думать, – ответила Баринова. – Я отправила коллегам в Куйбышев фото Лапшиной. Вдруг найдут.

– Надо запросить в соседней области обо всех неопознанных женских трупах за тот период, – сказал Костя.

– Уже, – ответила Любовь Ивановна. – Не хуже вас умеем работать, Константин Сергеевич.

– Извините.

– А вот как узнать, не привлекая внимания, – продолжала Баринова, – отлучался ли Лапшин в этих числах из города?

– Как, как, – вдруг подал голос Бауэр. – Надю попросить. Она по-тихому в прокуратуре узнает.

– Это правильно, Витя, – похвалил лейтенанта Немирович. – Только придумай так, чтобы Надя не привлекла внимания.

– Сделаем, Константин Сергеевич.

– А теперь послушайте еще одно объявление. – Костя встал посередине кабинета. – Есть в городе такая Марина Саенко. Работает продавщицей в универмаге. Так вот сегодня Анатолий Лапшин ею очень настойчиво интересовался.

– Откуда информация? – сразу спросила Баринова.

– Отсюда! – Костя показал пальцем на собственное ухо. – Лично присутствовал при этом. Уверен – женщину надо спрятать.

– Зачем прятать, – забасил со своего места Мантуленко. – Наоборот. Поставим за ней присматривать людей. Лапшин, если интересовался, захочет ее того… – Сан Саныч схватил себя за горло.

– Вы, товарищ майор, – Любовь Ивановна одним пальцем поправила очки на переносице и вытянула шею, будто старалась быть выше, – в своем уме?! Вам мало пяти жертв? Вам еще надо шестую, для пущей убедительности?

– Я так думал… – начал бубнить Мантуленко.

– Больше так не думайте! Понятно?

– Понятно. – Сан Саныч оперся локтями на стол, опустил голову и пробурчал себе под нос: – Мы его так никогда не возьмем. Колоть нельзя, на живца нельзя.

– Если мозги включим – возьмем, – твердо сказала Баринова. – Думайте, товарищи, думайте.

Авторитет следователя Бариновой был непререкаем.

– Я домой, – сообщила Любовь Ивановна, – а вам удачи.

– Думайте, думайте, – передразнил следователя Мантуленко, когда за Бариновой закрылась дверь. – А как улики добывать? Неужели пацану Лапшина показывать? Не этот ли дядя стекло разбил? – пародируя детский голос, говорил Мантуленко.

– Сан Саныч, – заметил Костя, – а почему бы и не показать пацану Лапшина? Вдруг мальчишка опознает?

Мантуленко опять выпрямился. Он оживился. Как кстати, что он вспомнил про Диму Казакова. Решили так, Сан Саныч с утра едет в пионерлагерь за Димой. А потом подберут удобный случай и покажут мальчишке Лапшина. Вдруг сработает.

– Теперь все по домам, – распорядился Костя. – Я остаюсь. Буду ждать информации от областных.

– А что с продавщицей? – спросил Слава Волков. – Если Лапшин уже за ней выставился?

– Лапшин под присмотром. Ребята его плотно держат. Сам видел сегодня, – пояснил Костя. – Но завтра, Слава, прямо с утра заберешь Саенко с работы и сюда. С ее руководством я решу вопрос.

Комната опустела. Костя остался один. Эх, как бы сейчас не помешала чашечка кофе. Костя вспомнил, что до сих пор так и не получил посылку от Биркина. Но ничего, пару дней можно и потерпеть. А вот с разыгравшимся голодом что-то надо делать. Костя решил пойти в дежурку поклянчить чая с какой-нибудь завалявшейся сушкой.

Не успел Немирович спуститься вниз, как увидел вошедшего в здание Сергея, опера из области.

– Ну что? – спросил Костя.

Старший лейтенант рассказал, что Лапшин сегодня весь день ездил с прокурором. Лишь вечером, высадив Регинского около дома, заехал в универмаг. Там пробыл около часа. После универмага заехал на заправку. Потом на автобазу.

– Там он вымыл машину, – рассказывал Сергей. – Зачем? На улице чисто. «Волга» и так блестит, как у кота колокольчики. Возможно, кровь отмывает, – Сергей улыбнулся.

– Нет, Сережа. У нашего героя пунктик такой. Любит чистоту. Где он сейчас?

– «Волгу» у дома своего поставил. Зашел в продуктовый. Купил кефир, батон и несколько яиц. Поднялся домой. Сейчас дома. Ничего подозрительного. Один экипаж остался около дома, а мы спать. Сменим их в шесть утра.

– Хорошо. – Костя пожал руку старшему лейтенанту и, не отпуская ее, хитро прищурившись, спросил: – Сережа, а у вас там пожрать ничего нет? Я что-то заработался и забыл, что человеку иногда надо в топку что-то подбрасывать.

– Знакомо, – улыбнулся Сергей. – Сало с черным хлебом будешь?

– С черным… буду.

Этим днем в город опять вернулась жара. Костя это почувствовал, только когда лег спать. Несмотря на то что день выдался напряженный, заснуть никак не получалось. Он приготовил кофе. В заветной баночке еще оставалась пара-тройка ложечек кофейного порошка. С чашкой вышел на балкон. Здесь все-таки было еще чем дышать. Пронзительная ночная тишина провинциального города. Ни шума автомобилей, ни звуков голосов припозднившихся прохожих. Костя поймал себя на мысли, что начинает привыкать к такому ритму жизни. Если бы не так далеко от родной Москвы и если бы не эта выжигающая все нутро жара, то