Смерть позвонит сама - Андрей Анатольевич Толоков Страница 48

от жуткого убийцы. И сделать это надо как можно быстрее. Даже несмотря на то, что Курбатов и ему подобные не собираются помогать следствию. От своей идеи пойти за правдой к первому Немирович отказался. Он боялся не того, что накличет на себя беду, а боялся столкновения с очередным проявлением цинизма. Костя вышел на улицу и быстрым шагом направился в отдел милиции.

На крыльце Немирович увидел дежурного.

– Товарищ капитан! – громко крикнул старшина Стеценко. – Вас все ищут.

– Все – это кто?

– И Сан Саныч, и прокурор звонил. Вам срочно надо в прокуратуру. Вас ждут.

– Ну так вызывай дежурку. Поеду в прокуратуру.

– Я мигом. – Стеценко забежал в здание.

Уже через пятнадцать минут Константин вошел в приемную Регинского. Милая девушка, секретарь прокурора Надя, вскочила Косте навстречу.

– Константин Сергеевич, – шептала она, – они вас сейчас разорвут.

– А в чем я виноват? – шепотом спросил Костя.

– Ну вас! – Надя махнула рукой. – Там замначальника управления уже кричал, вас вспоминал.

– Это Данилов, что ли?

– Он.

– Не бойся, Надя, живы будем – не помрем! Как я выгляжу?

Надежда не ожидала такого вопроса. Она прежде растерялась, а потом, поняв, что Костя шутит, рассмеялась, прикрыв рот ладонью. Надя подняла большой палец вверх.

– Отлично! – прошептала она. – Идите. Ни пуха ни пера вам.

– К черту. К черту. К черту, – сказал Костя и плюнул через левое плечо.

Немирович зашел в просторный кабинет Регинского и, не успев проронить ни слова, услышал в свой адрес.

– И где тебя носит, Немирович? – недовольным тоном спросил прокурор.

– У меня работа, – невозмутимо парировал Костя.

– А мы здесь хреном груши околачиваем, – возмутился ответом капитана Регинский.

Немирович окинул взглядом всех присутствующих. Около Регинского сидел полковник Данилов, дальше трое неизвестных ему высоких чинов. С другой стороны стола – Бычков и Мантуленко. Сан Саныч выглядел совсем плохо, он даже голову боялся поднять.

– Нет, – ответил с опозданием Константин, – судя по всему, совещаетесь.

Регинский побагровел. Еще секунда, и он сорвался бы на Костю. Вмешался Данилов.

– Чувство юмора, это хорошее качество, – сказал полковник, – но не здесь и не сейчас. А юлить, капитан, не надо. Садитесь.

Немирович выдвинул стул и присел рядом с Мантуленко.

– Продолжай, Алексей Иванович, – обратился прокурор к Бычкову.

– Тут особо нечего продолжать, – сказал следователь. – Глущенко все отрицает. Где был в ночь последнего убийства, не помнит. По улике из машины Арданяна ему тоже предъявить нечего. Утверждает, что нашел в багажнике «Волги». Думал, что это орудие убийства. Ненаказуемо. Времени особо проверять не было. Но пока алиби у Глущенко нет. Обыски дома и на рабочем месте ничего не дали. А про дачу его в Ореховке сразу и не вспомнили.

– А вы, Мантуленко, – строгим тоном обратился Данилов к Сан Санычу, – вы тоже не знали, что у вашего подчиненного есть дачный домик в Ореховке?

– Знал, – промычал, опустив голову Сан Саныч.

– Почему я должен привозить оперативников из области, чтобы доделывать вашу работу? Так, может быть, вас всех разогнать? Кроме Немировича. Капитан единственный, кто вовремя дал сигнал. А у остальных глаза на затылке. Ни черта не видят.

Мантуленко едва заметно покосился на Костю. Данилов в это время посмотрел на свои наручные часы. В кабинете наступила тишина.

– Я говорил, – вдруг выступил Бычков, – что его раньше надо было брать. Глядишь, и сторож был бы жив.

– Тоже не пойму, чего мы выжидали, – поддержал Бычкова прокурор и вскользь бросил взгляд на Костю. – Я ведь в это утро был там, в больнице. Встретился с немым вот так, лицом к лицу. Он выходил с территории. Знать бы, чего он вспомнил. Теперь, если только Глущенко расскажет.

– Расскажет, никуда не денется, – вступил с разговор Мантуленко. – Разрешите, Петр Васильевич, я с ним поговорю?

– Не вижу смысла, – возразил Данилов.

– Тогда разрешите мне? – спросил Костя.

Все дружно повернули головы к Данилову. Полковник задумался. Немирович встретился с Денисом Платоновичем взглядом. Ни тот ни другой глаз не отвел. В эту минуту отворилась дверь. В помещение вошел высокий человек со скуластым лицом.

– Разрешите, Денис Платонович, – обратился к Данилову мужчина.

– Заходи, Иван, – разрешил полковник. – Нашли что-нибудь?

Иван подошел к Данилову и положил перед ним бумажный конверт. Внутри что-то было. Данилов аккуратно вытряхнул содержимое конверта на стол. Это оказалось золотое кольцо с тремя маленькими камнями, похожими на бриллианты. Немирович тут же вспомнил это украшение по описанию Соловьева. Да, это точно было оно.

– Это все? – спросил Данилов.

– Еще вот это.

Иван достал из папки еще один пакет. В нем была удавка, сделанная из капроновой веревки и двух деревянных ручек.

– Это нашли в сарае для инструментов, – пояснил Иван.

– Ну что, – Данилов встал, – девяносто девять процентов из ста, что убийца найден. Иван, забирай, – полковник указал на вещественные доказательства. – На экспертизу.

Оперативник забрал со стола вещи и вышел.

– По поводу вас, товарищ Мантуленко, – продолжил Данилов, – будут сделаны выводы. Можете быть свободны.

Сан Саныч поднялся, окинул присутствующих взглядом, произнес что-то невнятное и вышел. Костя тоже почувствовал себя лишним в этой компании.

– Если я не нужен, – сказал он, – я тоже пойду.

– Нет, Константин Сергеевич, – возразил полковник. – Вы еще понадобитесь. Подождите в приемной.

Немирович вышел из кабинета Регинского совсем не в том настроении, с которым туда заходил. Какое-то неприятное чувство терзало его душу. Надя заметила это.

– У вас неприятности? – спросила девушка.

– Что? – переспросил капитан.

– Вас отчитали? Вы очень расстроены.

– Нет, Надя, меня как раз похвалили.

– Тогда почему вы такой грустный?

– Сам не знаю.

Он не врал. Константином действительно овладело двоякое чувство. С одной стороны, его предположения оправдались. С другой – как-то очень все просто. Почему он сразу, там, в кабинете прокурора, не возразил? Не высказал свое мнение? Что его остановило? Ну уж точно не присутствие членов «инквизиции». Этого Немирович никогда не боялся. Скорее его остановила неожиданность. Кольцо и орудие убийства. Глущенко вовсе не глупец. Такие улики хранят совсем в других местах.

– Надя, – прервал свое молчание Немирович, – а почему ты не предлагаешь мне выпить чаю? Я же гость.

– Ой! – Надя растерялась. – Я сейчас. Я быстро.

Она схватила чайник и куда-то убежала. Немирович посмотрел через открытое окно на улицу. Сегодня было жарко и ветрено. Рваные порывы ветра гнали по улице песок, словно неаккуратный дворник. Костя впервые столкнулся с такой погодой. Он посмотрел на подоконник, который потихоньку покрывался тонким слоем желтоватой пыли. Днем, в жару, и так дышать нечем, а тут еще выжигающий глаза песок.

Надя вернулась с кипятком. Быстро поколдовала около столика в углу приемной и, вытирая руки полотенцем, сказала: