Смерть позвонит сама - Андрей Анатольевич Толоков Страница 49

Налить не успела. Открылась дверь кабинета, и высокие чины с хмурыми лицами вышли чуть ли не строем. Последним вышел Данилов. Он встал у открытой двери и кивком пригласил Костю войти. Данилов дождался, пока Регинский тоже удалится, и протянул Немировичу руку.

– Я в вас не ошибся, Константин, – с улыбкой произнес Денис Платонович. – Ты знаешь, капитан, очень хочу тебя обмануть.

– В каком смысле?

– Я что тебе обещал? Раскроешь убийство, буду ходатайствовать о твоем возвращении в столицу. Так?

– Так.

– А я не хочу тебя отпускать. Я хочу забрать тебя в управление.

Данилов неожиданно открыл дверь и обратился к Надежде:

– Девушка, а как бы нам с капитаном Немировичем чайку попить?

– Я сейчас, – ответила Надя.

– Садись, Костя, – полковник хлопнул рукой по спинке стула. – Прибрежный не твой уровень. Завтра же вернем на службу Ильина. Он быстро все здесь наладит. Ну что, капитан Немирович, как тебе мое предложение?

Косте совсем не нравилось предложение Данилова. Да и сам полковник ему не очень нравился. Немировичу казалось, что Данилов видит в нем инструмент взаимодействия с генералом Савельевым, поэтому так пресмыкается. Нет, не хочет капитан Немирович служить в областном управлении, он хочет вернуться в Москву. Забрать Алену и забыть эту ссылку как плохой сон.

– Думаешь? Это правильно, – не дождавшись ответа, продолжил Данилов.

Вошла Надя. Поставила стакан с чаем на стол.

– Спасибо, девушка, – поблагодарил Данилов.

Надя кивнула и вышла.

– Рано вы меня приглашаете, Денис Платонович, – ответил Костя. – Результата пока еще нет.

– Не понял. – Полковник отодвинул от себя стакан с чаем. – Ты сейчас о чем?

– Я о раскрытии убийств.

– Подожди, подожди! Ты сам говорил Регинскому, что подозреваешь Глущенко. Привел аргументы. Все совпало. Через пару часов будет экспертиза. Я даже не сомневаюсь, что у нас будут доказательства вины Глущенко. Что за бучу ты снова поднимаешь?

Костя вспомнил слова Ильина о намерениях Данилова. В чем-то был прав Николай Иванович. Полковнику нужен результат. Цена, похоже, значения не имеет.

– Я вовсе не отрицаю. Возможно, Глущенко причастен к убийствам, – стал успокаивать полковника Костя. – Я сам его подозревал. Особенно после того, как он явно начал уводить следствие в сторону. Все сходится на нем, кроме одного.

– Чего?

– Мотив. Я не могу понять мотив. Мне надо с ним поговорить. Ведь почему-то он это делал. Убивал, потом напивался, потом являлся домой среди ночи. Проходило два-три дня, и он опять шел, опять убивал, напивался. Почему?

– Следствие разберется почему.

– Алексей Иванович? Он подгонит все под указания сверху.

– В этом ты прав. – Данилов положил в чай две ложки сахара и начал с шумом размешивать. – Знаешь что, я решу с областным прокурором, чтобы забрали это дело в область. Дело громкое. Требует квалифицированной работы.

– Можно и в область. Но вы забыли, убийством Короленко занимается транспортная прокуратура. Баринова просто так дело не отдаст.

– Это точно! – согласился Данилов. – Эта королева пинг-понга еще та штучка. Павка Корчагин в юбке. Ну тогда пусть она убийством дежурной и занимается. Люба следователь грамотный. Вреда от Бариновой не будет. А ты, Костя, подумай над моим предложением. Не секрет же, что я скоро займу место начальника управления. Вместе в гору пойдем. Подумай.

– Я подумаю.

Данилов встал и протянул руку капитану. Костя протянул руку в ответ, но тут же спросил:

– А пока я думаю, помогите мне встретиться с Глущенко.

– Вот упрямый, – буркнул Данилов. – Хорошо. Сейчас решу вопрос с Регинским.

…В комнате для допросов жутко воняло табачным дымом. Костя с трудом смирился с этим мерзким запахом. Лязгнул металлический замок, и конвойный доложил, что привел на допрос Глущенко. Немирович жестом показал – можно заводить. Валентина было не узнать. От нагловатого лукавого взгляда опера не осталось и следа. Теперь перед Немировичем предстал побитый мокрый щенок. В глазах Валентина Костя читал безнадежность и мольбу. Глущенко даже ростом казался ниже. Сгорбился и усох.

– Здравствуй, Валентин. Садись.

Глущенко мелкими шажками подошел к стулу и сел. Он молчал. Руки его были спрятаны под столом, будто Валентин стыдился того, что эти руки наделали.

– Курить хочу, – хрипло вымолвил Глущенко.

– Извини, не подумал, – ответил Костя. – Придется потерпеть. Тебе есть что мне рассказать?

Глущенко отрицательно помотал головой.

– У тебя нашли вещи убитой Соловьевой, – объявил Немирович.

Глущенко резко поднял голову и затрясся всем телом.

– Это не я, – прошептал Валентин. – Я ничего не делал. Немирович, поверь мне, я не убивал. Я даже не знал этих женщин.

– Откуда у тебя кольцо?

– Какое?

– Кольцо Аллы Соловьевой. Золотое, с тремя бриллиантами.

– Бриллианты! Черт! – взвыл Глущенко. – Какие на хрен бриллианты?! Я не знаю, как они попали ко мне домой. Понимаешь, не знаю.

– Хорошо. Этот вопрос пока опустим. А что ты скажешь про газету? Про газету из твоего почтового ящика?

– Не пойму. Ты о какой газете?

– О той, в которую ты завернул нож. Нож из квартиры Нечипоренко. Забыл?

– Бред! Костя, это бред!

– На газете был написан номер твоей квартиры. Я был на почте. Мне подтвердили, что эту газету носят в том районе только тебе. Другие квартиры с двадцать шестым номером эту газету не выписывают. Как она оказалась под ванной у Нечипоренко?

Глущенко ничего не мог ответить. Он моргал и как-то странно шевелил губами.

– Знаешь, почему я здесь? – спросил Константин. – Я хочу услышать от тебя, зачем ты это делал? И кто был с тобой? Зачем, Валентин? Чем они тебе мешали?

Глущенко издал дикий рев и схватился руками за голову. Непонятно было, то ли он рыдает, то ли негодует.

– Так ты мне ответишь? – настаивал Костя.

– Нет! – крикнул Глущенко. – Нет! Я никого не убивал. Ты понял?!

Валентин настолько громко кричал, что в допросную ворвался конвойный.

– Уводите, – распорядился Костя.

– Костя, – не успокаивался Глущенко, – я не тот. Я не убивал. Поверь. Прошу, поверь.

– Как я могу тебе поверить, если ты ничего не можешь объяснить? Не придумал еще? Не готов был?

– Сука! – опять заорал Глущенко. – Я знал, что ты паскуда. Ничего. Мы еще посмотрим.

Немирович не стал дослушивать ор Глущенко. Он быстро вышел из этого смердящего помещения и устремился на улицу. На воздух.

Поведение Глущенко озадачило Константина. Капитан не ждал такого. Он был уверен, что сможет разговорить Валентина, добиться от него внятного ответа, а вышло как-то коряво. Но Немирович решил не успокаиваться на этом. Он пришел в свой кабинет, достал схему, взял карандаш и… увидел, что слишком много белых пятен. Опять не срастается.

Немирович сложил схему и только собрался позвонить Бариновой, как телефон сам