Великое княжество Литовское. XIV-XVI вв. - Александр Сергеевич Грушевский Страница 4

class="a">[7]. Симпатии городского населения к кн. Свидригайлу имели немалое значение для успеха этого претендента: на такое настроение есть намек в актовом материале. Припомним также и смоленские события, обнаружившие истинная настроения различных кругов смоленских жителей при вокняжении в. кн. Казимира. Сначала смоленское население целовало крест не отступать от Вильно и подчиняться воеводе Андрею Саковичу: обещание это дали все смольняне – владыка, князья, бояре, местичи и черные люди. Но скоро за тем обнаружилась рознь: черные люди высказались против Литвы, а наместник и бояре остались верны своим прежним обещаниям. Одержавши верх, черные люди посадили воеводой кн. Андрея Дорогобужского, а на княжение призвали мстиславского князя Юрия Ливгвеньевича[8].

Таким образом, городское население не жило обособленно и в стороне от совершавшихся событий, а, наоборот, интересовалось происходившим и вместе с землею поддерживало своего избранника, не отступая иногда и перед открытою борьбою. В сложной политической борьбе, захватывавшей земли и сословия Великого княжества Литовского, города выступали и жили общею жизнью со всею землею. Чтобы целовать крест всем сообща, – владыка, князья, бояре, местичи и черные люди целовали крест, – нужны были общие народные сходки, веча, для обсуждения политической ситуации. На таком общем вече присланный в. князем воевода целовал крест местному населению, обещая ему уважать и соблюдать местные привилегии.

Вече объединяет всю землю, город и волость, различные круги населения, людей, живущих в городской черте и вне города. У этих кругов местного населения существуют общие интересы, и эти общие интересы заставляют собираться на вече для обсуждения общих дел. Сложные и важные вопросы повседневной жизни, различных ее отраслей сообща всеми обсуждаются на вече. «Бояре и местичи и вси мужи» – так перечисляет круги брянского населения лист к. Казимира – собираются по мере нужды на вече и выносят решения по различным вопросам быта города и волости.

Внимательно и ревниво следит вся земля за деятельностью местной администрации. Население, город и земля, сообща обсуждает мероприятия наместника господарского и его помощников, отмечает случаи нарушения старины, обсуждает их и жалуется великому князю, что наместник нарушает старину. Затем и помимо нарушения старины наместник может чинить тяжкости населению, притеснять население, забывая наставление господаря «заховати ее подданным нашим ласкове, а не обтяжливе»[9]. Такие кривды и тяжкости в отношениях, не нормируемых стариною, вызывают протест со стороны обижаемых и подвергаются общему обсуждению на вече. И нарушения старины, привилегий, и тяжкости вызывают у населения оппозицию против господарского наместника, выражающуюся в энергичных жалобах господарю. Сама центральная власть признает за населением право жаловаться господарю на неугодного наместника. Это ясно указано в грамотах Полоцку и Витебску: «Нам, господару, давати воеводу нашего полочанам по их воли», при этом отмечено, что такое участие земли в назначении и смене воеводы есть древняя практика (по-старому). Если сам воевода либо его наместник станет нарушать старину, привилегии земли, население может жаловаться великому князю, и тот сменит воеводу согласно с заявленным желанием земли (по их воли). Обсуждать деятельность воеводы и жаловаться на его новины и кривды будут, конечно, те же круги населения, какие просили у в. князя подтверждения привилегий, в том числе и местичи. И если новоназначенный воевода должен первого дня по приезде целовать крест к полочанам или витеблянам, то в числе принимающих обещание воеводы будут те же местичи, которые позднее станут выправлять посольство к в. князю с перечислением обид воеводы к с просьбою о назначении другого вместо неугодного (не люб).

Землям не раз приходилось пользоваться правом жалобы на неугодных воевод. Жалуясь на допущенные воеводою новины и кривды, население просило сменить и назначить другого. Такой случай был в Витебске. Тяжкости и кривды воеводы витебского п. Ивана Сапеги стали для населения невыносимы, и оно стало просить, «не хотячы того воеводы собе мети, абы его милость, водле прав и прывильев предков его милости и его милости самого, дал им иного воеводу». Ссылка на привилегии не вызвала никаких сомнений, очевидно, за населением признавалось право требовать отставки неприятного воеводы. Запрошенный господарем витебский воевода указывал, что обвинение поддерживала лишь нечисленная группа населения, а большинство боярства и мещанства, лучшие люди, стоят за него. Решено послать на место для расследования надежное и доверенное лицо; командированный должен выяснить, как относится к воеводе остальное боярство и мещанство: если там, на месте, в Витебске, выскажутся за воеводу, в. князь не будет рушати кн. Сапегу с того воеводства; если же выскажутся против пана воеводы и будут просить нового, в. князь исполнит просьбу населения. Результаты расследования заставили в. князя исполнить просьбу об отозвании п. Сапеги, и витебский воевода покинул Витебск[10].

Жаловаться господарю приходилось и на помощников наместника. Сначала население жаловалось на этих помощников самому наместнику, однако не всегда такие жалобы приводили к желанному результату. Тогда население обращалось к великому князю, перечисляло кривды и тяжкости помощников наместника и просило[11] о соответствующих распоряжениях. Смоленские горожане жаловались в. князю, что подвойских набирают в Смоленске из зброднев и они притесняют мирных жителей (дранежат); не добившись у наместника желательного решения, смольняне обратились к в. князю, и в. князь приказал наместнику, чтоб тот «подвойских которых зброднев отставил и обрал бы на подвойщаны добрых людей, не зброднев, которые бы мещаном любы были»… Поведение помощников наместника тоже сообща обсуждалось на общем собрании, и тут же решали обратиться к в. князю.

Общему обсуждению подвергались на вече вопросы касательно привилегий. При смене в. князей или при первых признаках коренных перемен население просило господаря подтвердить права и вольности. Уставные грамоты указывают, что с просьбами о подтверждении обращались к в. князю все круги тогдашнего общества: так повторялась давняя практика. В Смоленской грамоте ясно указаны круги населения, просившие в. князя о подтверждении: «били вам челом владыка… и околничии смоленскии и вси князи и панове и бояре и мещане и чорные люди и все поспольство места н земли Смоленское»[12]. Грамота полоцкая выражается сходным образом – «били нам челом бояре полоцкии и мещане и весь город (и) вся земля полоцкая»[13]. В грамотах Витебску бившие челом перечислены таким образом: «вси князи и бояре и слуги витебский… и мещане места витебского и вся земля витебская» (первая депутация к Александру о подтверждении вольностей после пропажи привилья)[14]; князи и бояре и слуги витебские и вси мещане места витебского и вся земля витебская (депутация к Сигизмунду)[15]. Во всех случаях мы видим совместное общее выступление всей земли, всех групп населения в деле исходатайствования: