Великое княжество Литовское. XIV-XVI вв. - Александр Сергеевич Грушевский Страница 3

И в других господарских листах проступает такое же бережное отношение к старине городского, местского уклада, какое видно в уставных земских грамотах. Отношение свое к старине местского уклада вряд высказывал в тех случаях, когда население места, местичи, дорожа своего стариною и боясь нарушений ее со стороны наместников, просило заблаговременно подтверждения этой старины; высказывал вряд свое отношение к старине и в тех случаях, когда нарушения старины уже произошли и население жалуется на допущенные наместником изменения старины. Отношение к старине местской жизни высказывалось в тесной связи с осуждением введенных наместником новин. Нарушая старину, наместник совершает кривду по отношению к населению места, дорожащему стариною. Отвечая на эти жалобы населения, вряд либо воспрещает наместнику делать новины и отменяет заведенные уже новые пошлины, либо подтверждает населению старину в полной неприкосновенности, либо указывает, чего населению не делать, несмотря на предполагаемые требования наместника. В связи с постановкой вопроса изменяется и способ выражения в господарских листах относительно сохранения местской старины. Вот, например, лист в. кн. Александра наместнику витебскому князю Михаилу Жеславскому. Перечислены в листе согласно с жалобами мещан новины, какие «увел» им наместник, и заканчивается лист общим наставлением касательно новин: «Приказуем тебе (наместнику), што бы еси им через то болш кривд не чинил и новин не уводил и делал бы еси по старому, как будет первей того бывало за предков наших… бо мы новин не уводим, а старин не рухаем»[3]. Новины, введенные наместником, являются кривдами для населения. В аналогическом случае по жалобе мещан луцких Казимир, проверивши заявления мещан касательно старины, приказывает старосте отказаться от новины, введенной его предшественником, и придерживаться старины: «Нехай то будет по тому, как издавна бывало… бо мы старины не рухаем, а новины не уводим»[4]. Опять-таки, как в листе князю Михаилу, так и в листе старосте луцкому высказывается общий принцип сохранения местской старины по поводу жалоб на новины наместника. В грамоте Смоленску в. кн. Александра включено решение господарского суда по жалобам мещан на новины наместника п. Миколая Радивиловича: наместник «хотел им новины вводити»; господарь новины отмены (отложил) и «вчинил все по старому, как перед тым бывало»: опять-таки господарем отменены новины и подтверждена старина в силу того же принципа сохранения старины[5].

Восстановляя старину места, господарь предписывал наместнику не принуждать мещан к тем новинам, какие им самим либо слугами его введены неправильно: «А инак бы еси того не чинил, абы нам большей того от них жалоба о то на тебе вжо не при ходила». Населению указывалось листом господарским, что оно может не исполнять неправильно введенных новин: «и ныне ненадобе им (мещанам луцким) под старосты луцкий подвод и возы давать» (Луцк). В грамоте мещанам киевским дан целый ряд вызволений, выраженных в отрицательной форме: мещане вызволены от обязанности ходить с послами в Орду, вызволены от обязанности сыпати ставы, кроме одного под городом: все это выражено в форме отрицательной – «а мещаном и слугам местским с послы у – в Орду не ходити, а ставов им не сыпати».

При всех жалобах мещанства на новины, нарушения старины вряд старался восстановить и сохранить старину. Если возникало сомнение, старина ли то, что указывалось мещанами, производилось расследование. Допрашивались местные старожилы (старые люди, которые бы памятали), допросом этих местных старожилов (князей и панов и землян Волынской земли) установлена старина и дело ясно: господарь предписывал придерживаться старины и не нарушать ее. Если то «обычай звечный, стародавный, а они… от давных часов от нас и от врядников свислоцких на тых податках захованы были и то есть их старина», то и впредь старина эта должна быть сохранена неизменной: «старины не рушаем и при той старине тых поданных наших мещан и волощан свислоцких зоставляем»[6].

Старина, подтверждаемая и охраняемая уставными грамотами и господарскими листами XIV–XV вв., обнимает различные стороны местского быта. Административный уклад, суд, военная земская служба, подати, повинности, торговли: во всем этом существовала старина, ценимая и оберегаемая самими местами. Когда киевляне, витебляне, смольняне, жалуясь, перечисляли в. князю те новины, какие увел наместник либо его слуги, они всегда помнили и противопоставляли этим новинам прежнюю практику. Луцкие мещане указывали, жалуясь на новины наместника, как было прежде: «а они дей (так передает лист господарский ссылку мещан на прошлое) здавна за дяди нашого за в. кн. Витовта и за Жикгимонта и перво сего за нас под старосты луцкий подвод н даивали з возы». Смоленские мещане указывали, что пан Миколай ввел им новину: приказал своим помощникам со всего места выгонять людей на Есеную «прудов сыпати», а мещане издавна того не делывали, сыпывали пруды тяглые люди. Старина рисуется мещанам в ясных конкретных образах, и они всегда готовы дать господарю требуемую справку о прошлом: заставлял, например, п. Миколай давать сторожу со всего места на свой двор, а этого «здавиа за в. князя Витовта и за Жикгимонта и за отца нашого короля е. м. николи не бывало, нижьли даивали по два сторожи до скарбу наместников». Память о прошлом жива и ясна, и все ссылки мещан на прошлое полны определенности…

Старина больших мест – Киева, Витебска. Смоленска, Полоцка сложилась еще в долитовское время. Подчинивши княжества с их центральными городами, великие князья оставляют неизменным местный уклад и отношения между центральным городом и волостями. Жизнь больших мест идет в XIV веке по прежнему руслу, жители дорожат свою стариною, тем, что сложилось издавна, «пошло издавна» – по выражению листа к. Казимира. Если этому сложившемуся и окрепшему укладу грозит опасность изменений со стороны наместника либо его служебников, население просит о сохранении прежнего строя.

Город в начале литовского периода живет общею жизнью со всею волостью, землею. Город стоит в тесной связи с землею, прочны связывающие их узы и общи их интересы.

Город является выразителем политических взглядов, симпатий и привязанностей земли. В бурные времена борьба партий или претендентов на престол городское население не остается пассивным и безмолвным зрителем. Оно интересуется происходящими политическими сдвигами, намечает свои комбинации, облюбовывает своих кандидатов, не уступая в этом отношении другим кругам общества. Конечно, эти симпатии и антипатии города не всегда могли иметь решающее значение, но временами проступали они очень явственно. Виленские горожане сыграли деятельную роль в событиях 1382 г. Когда Кейстут отправился против Димитрия-Корибута, кн. Новгород-Северского, местичи виленские, преимущественно Ганюлева чадь, воспользовались этим отсутствием князя и «засели» город для Ягайла