Великое княжество Литовское. XIV-XVI вв. - Александр Сергеевич Грушевский Страница 5

Перечисляя группы населения, просившие господаря о подтверждении вольностей, уставные грамоты намечают состав общих собраний, вече, посылавших к господарю депутацию. Группы населения, бившие челом господарю о подтверждении старинных вольностей, панове, князи, мещане, посольство, все они участвовали в народных собраниях по старине. Это старая вечевая практика, она еще не исчезла, а если местами и стала исчезать, то сама центральная власть порою заботилась о ее восстановлении. Так, в грамоте Казимира Полоцку напоминается местному населению о прежней вечевой практике – «сыпались бы вси посполу на том месте, где перед тым сыймывались здавна, а без бояр мещаном и дворяном городским и черни сонмов не надобе чинить: во всих бы речах радились так, как мы им право дали». Далее указывается, чтобы местное население, «бояре и мещане и дворяне городский и все поспольство в згоде межи собою было, а дела бы наши городские вси згодно посполу справляли по давнему». Таким образом, власть заботится о сохранении прежнего уклада, предписывает придерживаться прежнего порядка сеймов и соблюдать прежнюю практику относительно мест собраний.

Вече в полном своем составе обсуждало предложения вряда касательно тех мероприятий, какие могли быть проведены лишь с согласия населения. Например, ввести в Полоцк заставу в. князь мог лишь с согласия самих полочан, «а застав нам в Ποлотеске никоторых полочанам николи не давати без их воли»[16]. Воля населения, всех его кругов, на предложение вряда была выражаема на общем собрании из всех кругов местного населения.

Вече обсуждало податные отношения. Когда господарь «жадал помочи з места Полоцкого для потребизны земское», вече в полном составе обсуждало вопрос о распределении, раскладке этой помощи между отдельными кругами местного населения[17]. Такова была старая практика. Но в пятидесятых годах XV в. начались в Полоцке пререкания относительно раскладки помочи, бояре полоцкие, не отказываясь от прежней системы раскладки, стали вносить меньше прежнего. Так как это было общее дело и уклонение бояр касалось всех, то все остальные круги местного населения стали сообща жаловаться великому князю на нарушение старой системы раскладки. «Жаловались мещане и дворяне и черные люди и все поспольство на бояр полоцких», – говорится в грамоте Казимира. Разобравши дело, в. князь решил, что бояре должны участвовать в полоцкой раскладке соответственно со своими силами: «Нехай они тую помочь к нашей потребизне, коли мы их пожадаем, кладут присягнувши». Бояре, жаловались жители, в помочи «вельми мало помогают», этой самовольно введенной боярами, выгодной для них системе раскладки, противопоставлена господарем более справедливая система: «мають бояре тую помочь класти… под сумненьем, без нашого шкодного, каждый по силе». Такое привлечение бояр к помочи в большем, чем те хотели, масштабе успокоило население Полоцка.

Вече имело в своем заведовании и контроле земскую кассу (скрыньку) и ведало поступление доходов и выдачу сумм. Такая общая скрынька была, например, в Полоцке, и ею сообща заведовали все круги местного населения, бояре, дворяне, мещане, черные люди. В этой скрыньке хранились земские суммы, и из нее производилась уплата спешной помощи «для потребизны земское», когда укажет (пожадает) господарь. Кроме сумм для выплаты помощи, собираемой со всего населения, поступали в скрыньку и другие доходы. Так, полочане имели важницу и пользовались доходами с нее сообща, «бояре поспол з мещаны»[18]. В. князь Александр обратил было этот доход в скарб, но Сигизмунд снова передал этот доход с важницы «по давнему боярам и мещанам на полы». Заведовала полоцкою важницей специальная комиссия из 2 бояр и 2 мещан, бояре и мещане распоряжались доходами.

В Смоленске город пользовался весчими пошлинами: вес медовый, соляной. В Смоленске и Полоцке в пользу города поступал конфискованный воск, забракованный в Риге или другом городе. Города получали доходы и со своих доходных статей, как например, бобровые гоны. Такими доходными статьями распоряжались сообща все круги населения. В Полоцке были бобровые гоны, переданные господарем городу для эксплуатации. Было это так. По общему правилу господарские бобровые гоны находились под строгим контролем и всякий ущерб, им нанесенный, строго наказывался. На этой почве у полочан с наместником и его врядниками выходили постоянные конфликты[19]. Наместник и его врядники штрафовали население за действительные или кажущиеся повреждения, учиненные населением господарским бобровым гонам. Населению это надоело, и оно предложило господарю передать во избежание дальнейших столкновений эти гоны ему, населению, за условленную ежегодную арендную сумму. Господарь согласился на это предложение, и ежегодная сумма определена в 200 рублей. Однако немного спустя полочанам показалось слишком отяготительным платить по 200 р., и стали просить господаря уменьшить им ежегодную аренду до 100 р. В. князь Александр согласился и приказал полочанам ежегодно платить за бобровые гоны 100 р. до скарбу в 2 срока, «на Встретенье, на Громници без кождого замешканья». Выплачивая господарю условленную арендную плату, город распоряжался излишками по своему усмотрению. Все эти суммы поступали в скрыню. Полоцкая грамота устанавливала порядок заведования скрыней: выбиралась комиссия из 8 человек, по 2 от разных кругов населения – от бояр, дворян, мещан и поспольства, все люди добрые, годные, верные. Скрыня запиралась четырьмя ключами: ключ боярский, дворянский, местский у мещан и ключ у поспольства. Отпирать скрыто могли, таким образом, все вместе, отдельно не могли. Выдавая из скрыни деньги, должны были вчинить личбу для общего сведения и проверки сумм.

Александр Ягеллончик. Художник А. Лессер

Вече могло налагать на население подати, платы, предназначавшиеся на городские нужды, серебщизны, поборы местские. Эти налагаемые местам серебщизны строго отличались от серебщизн земских, налагаемых господарем на все панство.

Для пограничных районом большое значение имели пограничные отношения: эти вопросы обсуждались на вече, и о них сообщали в. князю. В грамоте Казимира Пскову говорится: «…жаловали нам слуги наши, бояре полоцкии и мещане полоцкии, вся земля полоцкая, шти ж им от вас со Пскова кривды великии деються в землях и водах и в грабежах и во иных многих речах, а тын всем делом от вас нашим подданным управы нет»[20]. Позднее князь Александр установил такой порядок для разбора пограничных отношений и дел: «А коли отколе послы приедут о обидных делех земьских з Новагорода, со Пскова, з Лук, або з немец: ино наместнику нашому полоцкому с старшими бояр полоцкими, призвавши к собе войта и старших мещан, будет ди што тыкати, дела местского, послов приняти и отправити, как и перед тым бывало»[21]. Старая практика пережила введение Магдебургского права