Ткач Кошмаров. Книга 7 - Юрий Розин Страница 2

— Ананси, «Игла», цель — сочленения и база центрального жала, — мысленно бросил я.

Нити, до этого бывшие пассивной, хотя и сложной сетью, вдруг собрались в три плотных, невероятно тонких и острых жгута, сконцентрировавших всю свою прочность на кончиках.

Они не стали бить в лоб в броню. Два устремились к узким сочленениям двух передних ходильных конечностей скорпиона, третий — к самому уязвимому месту, основанию центрального жала, где хитин был тоньше. И вонзились.

Не для того, чтобы пробить броню Аватара насквозь — это было почти невозможно в текущих условиях. А для того, чтобы в момент начала его атаки передать короткий, резкий контр-импульс, сбить кинематику, нарушить баланс.

Скорпион, уже занесший жала для удара, вдруг дернулся, как марионетка, у которой дернули за нитки. Его движение нарушилось, он закрутился вокруг своей оси, пытаясь стабилизироваться. Его собственный импульс понес его в сторону, прямо на траекторию несущегося рядом гуманоида.

Тот, не глядя, грубо отмахнулся темной, как ночь, латной перчаткой, отбросив скорпиона назад, как назойливое насекомое. Послышался глухой удар и треск.

«Еще двадцать минут такого темпа, и наши суммарные запасы Потока упадут до критического уровня, — сообщил Ананси. Его голос был ровным, но я чувствовал, как дрожат, напрягаясь до предела, миллионы нитей. — Сепа теряет эффективность ускорения».

Значит, нужно было менять тактику. Сейчас. Прямой побег, основанный только на скорости, становился невозможен.

Горные пики, острые и бесплодные, проносились под нами, как брошенные кем-то гигантские копья. Я сканировал местность через сеть Ананси, отбрасывая варианты один за другим.

Ущелье — классическая ловушка, где нас зажмут и раздавят. Равнина — не даст никакого тактического преимущества, только открытое пространство для их залпов. Река или озеро — для существ их уровня не преграда.

И тогда я увидел его. Сначала как искажение в ровном сиянии звезд — черное пятно, которого не должно было быть на этой сияющей под ночным солнцем земле. Затем, по мере приближения, проступили детали: неровный, будто вырванный из плоти мира огромным клыком край, примерно в полкилометра в диаметре.

На глубине в несколько десятков метров все световые блики гасли, уступая место абсолютной, вязкой черноте, не отражавшей ничего. Это был Пролом Изнанки.

Вокруг него, на безопасном расстоянии, высился пояс фортификаций. Невысокие, но толщиной с городскую стену сооружения из темного, почти черного камня, пронизанные мерцающими линиями барьерных рун.

Внутри периметра теплились огоньки лагеря — костры, подвешенные на мачтах фонари, тусклое желтое свечение окон в казармах и лабораторных корпусах.

Я ощутил его еще до того, как разглядел детали — мощный, гудящий низкой, почти неслышной нотой барьер, окутывавший весь Пролом подобно стеклянному колпаку. Защита от любопытных, от случайных падений, от того, что может однажды попытаться вырваться наружу.

Идеально.

— Сепа, резкий сброс высоты. Прямо сейчас. Цель — центр Пролома. Все, что есть, в скорость, — мысленно приказал я.

Сколопендра, не задавая вопросов, не выражая сомнений, камнем пошла вниз, в почти вертикальное пике. Ветер, теперь уже не ревущий, а воющий на высокой ноте, заскрежетал по нашему щиту, словно пытаясь сорвать его.

Преследователи, видя маневр, тут же изменили траекторию, устремившись следом, но момент внезапности и наш резкий набор скорости в падении дал нам сотню-другую метров форы. Их Аватары слегка отстали, выстраиваясь в новую конфигурацию.

— Ананси, немедленная перестройка обороны. Приоритет — тыл и фланги. Игнорируй любые атаки по нашему прямому курсу, если они не несут критической угрозы, — добавил я, и мое намерение было тут же понято.

Паук на плече слегка дрогнул, и сеть нитей позади нас сгустилась, стала многослойной и более подвижной, в то время как вперед, по направлению к земле и Пролому, потянулись лишь редкие разведытельные волокна, зондирующие пространство на предмет скрытых ловушек, которых скорее всего не было.

Мы неслись к черному пятну, которое с каждой секундой росло, превращаясь из пятна в зияющую пасть. Я уже видел фигурки людей, выбегающих из бараков внизу, услышал резкий, металлический вой сирены, разорвавший тишину высокогорья.

Барьер перед Проломом засветился ярче, его руны закрутились, активируя полную мощность. От его поверхности теперь исходило легкое, видимое глазу марево — признак максимального напряжения.

Не снижая скорости, я скомандовал Сепе приготовить атаку. Ее огромное, более километра в длину, тело содрогнулось, энергия сконцентрировалась в области ее рта.

— Теперь! — мысленно крикнул я в момент, когда до барьера оставалось менее полукилометра.

Сепа открыла пасть и изрыгнула сгусток. Он не был однородным. В его основе лежал чистый, неструктурированный Поток — сырая, необузданная сила. Его обволакивала и вела вперед, как таран, мировая аура, энергия высшего порядка, действующая как универсальный усилитель.

А внутри, как ядро, пульсировал коррозийный компонент — специально выработанный Ананси за годы изучения разложения материи и энергетических структур. Комбинация, предназначенная не для прямого пробивания брони, а для разъедания связей энергии.

Сгусток ударил в сияющий купол барьера с противным, затяжным шипением, похожим на звук раскаленного докрасна металла, опущенного в ледяную воду. Место удара моментально почернело, покрылось густой паутиной черных, будто гнилых, трещин, которые поползли во все стороны с пугающей скоростью.

Барьер дрогнул, его низкий гул перешел в визгливый, высокочастотный скрежет, бьющий по нервам. В воздухе резко запахло озоном, горелой пылью и чем-то кислым, химическим.

Внизу, в лагере, началась настоящая суматоха. Крики команд, перекрываемые рёвом сирен, вспышки фар транспортов, мечущиеся тени. От земли оторвалась дюжина фигур.

Десять из них были мастерами Проявления Жизни разной степени силы, их силуэты светились внутренним светом разной интенсивности — от тусклого свечения до ярких, цветных ореолов. А двоед развернули вокруг себя Аватаров Нова прямо в полете.

Один Аватар принял форму изящного крылатого человека со змеиной нижней половиной, другой — массивного, приземистого голема, сложенного из грубых гранитных плит, скрепленных энергией.

Они были метров по сто пятьдесят каждый, и их появление означало, что местный гарнизон не шутит и готов защищать объект ценой серьезных потерь.

Сзади, наконец, нагнали пятеро первоначальных преследователей. Их Аватары, разогнавшиеся в пикировании, выстроились в линию на нашей высоте, готовые атаковать с воздуха.

Мы оказались в классической, почти учебной ловушке: снизу — защитники Пролома, злые и напуганные, сзади — разъяренные владельцы зеркала, а впереди — разъедаемый, но еще держащийся барьер над бездной.

— Переходим к глухой обороне. Круговая, полная концентрация, — отдал я приказ, и мои проводники отреагировали мгновенно, без