Переводчица для Босса - Никки Зима Страница 2

Глава 2

Водитель сигналит и не сбавляет скорость. Я инстинктивно дёргаю руль вправо.

Слышу ужасающий скрежет, мой «Миник» вздрогнул, подпрыгнул и с душераздирающим хрустом замер, наполовину въехав на газон, уперевшись в бетонную цветочную клумбу.

Вот гад! Так ездить нельзя! Здесь одностороннее движение, он был обязан мне уступить!

Из-под капота валит густой, ядовито-белый пар, заволакивая лобовое стекло.

У меня на глаза наворачиваются предательские слёзы. Пощёчина, увольнение, разбитая машина, и теперь — испорченный отпуск!

В этот момент Мерседес, как будто ничего не произошло, поравнялся с моим бедствующим авто.

И сквозь идеально чистое пассажирское окно я вижу пассажира.

Мужчина в дорогом костюме, откинувшись на кожаном сиденье, проезжает мимо и безразлично смотрит на мою мини-катастрофу.

Его взгляд абсолютно пустой, лишённый всякой эмоции — ни удивления, ни раздражения, ни даже любопытства. Он смотрит на меня и покорёженный «Миник», как смотрят на пыль на обочине: заметил, и тут же забыл.

Через секунду представительский лимузин скрывается из виду, а я даже не запоминаю его номера.

Белый пар из-под капота медленно рассеивается, словно дух моих амбиций, но чувство несправедливости разгорается всё сильнее.

Дрожащими пальцами я набираю номер ДПС.

— Да, авария, виновник скрылся, чёрный Мерседес... Нет, номер не разглядела, я была в шоке! — слышу я в ответ скучный голос оператора, посоветовавший ждать.

Я жду. Сначала сидя в машине, потом стоя на асфальте, опираясь на тёплый капот.

Соседские бабушки, словно стайка воробьёв, уже облепили балконы, с интересом наблюдая, как я терплю бедствие и иду ко дну моей московско-преподавательской жизни.

Проходит сорок минут.

Наконец, подъезжает машина ДПС.

Из неё неспешно выходят двое сотрудников: молодой, с безразличным взглядом, и постарше, с усами и выражением лица, ясно говорящим: «Опять эти неадекватные бабы за рулём».

Я, запинаясь и сбиваясь, начинаю объяснять:

— Выскочил из-за угла под знак, я резко дёрнула руль, чтобы избежать столкновения...

Молодой что-то лениво записывает в планшет, а его старший коллега, представившийся инспектором Громовым, скептически осматривает место происшествия.

— Мерседес, говорите? — переспрашивает он, подходя к моей машине, — а свидетели есть?

Я беспомощно оглядываюсь. Балконы моментально пустеют.

— Ну, видите ли, гражданка, — протягивает он, — никаких следов торможения или иных улик, подтверждающих вашу версию, нет. Похоже, вы просто не справились с управлением и въехали в газон.

У меня перехватывает дыхание.

— Как не справилась?! Он же прямо на меня вылетел! — почти кричу я.

— А где он, этот вылетевший? — разводит руками Громов. — Его нет. А ваша машина на газоне — есть. И разбитая клумба — тоже есть.

Они отказываются даже начинать поиски второго участника.

Мои слова для них просто фантазия расстроенной женщины.

Апофеозом же всего этого кошмара становится розовый листок, который инспектор с торжественным видом вручает мне вместе с протоколом.

— Штраф, — объявляет он, — за повреждение зелёных насаждений и выезд на газон. Оплатить в течение тридцати дней, в первые две недели скидка. Убирайте машину с проезжей части.

— Она не заводится, — говорю я.

— Тогда вызывайте эвакуатор. Всего доброго, — отвечает он.

Менты уезжают.

Что делать?

— Соберись, Лада. Это всё решаемо, — шепчу я себе.

Звоню в автосервис, в котором меняю масло, сообщаю о постигшей беде. Машину готовы принять и посмотреть, но нужен эвакуатор!

Пять минут в интернете — и я уже разговариваю с приятным мужским голосом из компании «БыстрыйБуксир».

— Стоимость от пяти до десяти тысяч, в зависимости от расстояния, — бодро отрапортовывает он.

Десять тысяч! Это, конечно, не копейки, но учитывая, что мой день уже превратился толи в трагедию, толи в полнометражную комедию положений, я соглашаюсь.

Себе на голову.

Два часа во двор въезжает видавший виды эвакуатор, с водителем, напоминающим медведя-шатуна после бессонной зимовки.

Я пытаюсь рассказать, что со мной произошло, но ощущение, что разговариваю со стеной.

Он молча, с профессиональным видом, цепляет мой бедный мини-купер и водружает его на платформу.

Когда «Миник» надёжно закреплён на платформе цепями и ремнями, эвакуаторщик обращается ко мне.

— С вас пятьдесят тысяч, — произносит он своим басом, от которого дрожат бархатцы на клумбе.

У меня перехватывает дыхание. Сказать, что я охренела от такой наглости — ничего не сказать. Да что же за день такой сегодня!

— Пятьдесят?! — я почти ору, — но мне по телефону сказали… от пяти до десяти!

— Вы, барышня, плохо расслышали, — без тени смущения заявляет он. — Услуга эвакуации пять-десят-тысяч-рублей. Или разгружаем?

В этот самый момент я осознаю, мой мини-купер и его эвакуатор полностью перегородили и без того узкий проезд.

На подъезде во дворе формируется длинная пробка из машин, жильцы которых спешат домой после работы. Вскоре слышу, как двор оглашает разноголосым, раздражённым хором клаксонов.

Из окон выглядывают любопытные соседи, я же готова сгореть от стыда.

Из ближайшей машины, которая выглядит как ржавое ведро, выходит мужчина.

— Ну, скоро вы? — бросает он, с ненавистью глядя на мой вишнёвый «Миник», — люди с работы, устали, а вы тут устроили цирк!

Эвакуаторщик, видя мою панику и растущее недовольство публики, вздыхает с видом великого гуманиста.

— Ладно, — говорит он, словно делая мне королевский подарок, — вижу, девушка ты неплохая, а день у тебя, похоже, не задался. Делаю скидку. Пятьдесят процентов. Двадцать пять тысяч, и мы едем. Иначе — разгружаю, а вы мне за вызов пять тысяч неустойки.

— Хорошо, — выдавливаю я, чувствуя, что меня очень нагло развели, — вот ваши двадцать пять. Везите. Адрес указан в заказе.

Он довольно кивает и уезжает.

Я плетусь в свою квартиру, чувствуя себя так, будто меня переехал целый бронетранспортёр.

Единственным моим желанием было добраться до дивана, свернуться калачиком и уснуть.

Ужинать я не стала. Так и поступила.

— Ничего, — шепчу я себе, зарываясь лицом в подушку, — всё устаканится. Завтра оформлю расчёт, отдам мини в ремонт.

И куплю себе красивый чемодан, купальник, открытое до безобразия коктейльное платье, офигенную шляпку и сногсшибательные солнечные очки. А потом вернусь и всем устрою ад. И..

И тут же засыпаю, потому что дальше мозг отказывается принимать реальность. Я погружаюсь в сон.

Мне снится море. Тёплое, ласковое, с шёпотом прибоя и запахом солёного бриза.

Я лежу на песке, и волны нежно омывают мои ноги, забирая с собой все тревоги…

Мне кажется, что во сне я слышу, как звучит песня Магомаева

«О, море, море. Преданным скалам. Ты ненадолго. Подаришь прибой!»

А потом я открываю глаза.

— Вашу ж мать, ити японский городовой!

Квартира по лодыжку залита водой. Хватаю швабру, бегу в ванную комнату.

Сначала думаю, что у меня трубу прорвало, а потом понимаю, что течёт в