Развод. Исправить ошибку - Ари Дале Страница 35

— У нас с Сашей котлеты с пюрешкой остались, будешь? — оглядывается через плечо, поэтому просто киваю, радуясь, что не нужно ничего говорить.

Не уверена, что смогла бы выдавить из себя путное. Мало мне чувство вины, которое растекается по венам, так еще к нему добавляется непонимание. Почему Леша заботится обо мне? Между нами же ничего не изменилось. Мы больше не муж и жена, мы больше не пара. Он просто отец моего ребенка.

Но, видимо, мучаюсь в сомнениях только я. Потому что Леша вынимает из холодильника два контейнера. Ставит их на столешницу, открывает. Достает из навесного шкафчика белую тарелку, а из выдвижного — ложку. Перекладывает еду: две котлеты и немного пюре. После чего ставит все в микроволновку.

Волнуюсь, что шум разбудит сына, поэтому оглядываюсь. Но Сашенька не издает никаких лишних звуков, даже когда микроволновка пищит, извещая о готовности, поэтому расслабляюсь.

Не проходит и минуты, как Леша ставит передо мной тарелку и кладет приборы, сам садится напротив, откидываясь на спинку стула. Одна его рука остается на столе, а вторая — ложится на бедро.

Запах мяса заставляет желудок скрутиться в тугой узел. Тошнота подкатывает к горлу, когда я думаю о том, что нужно запихнуть в себя хоть немного еды. Но все же беру вилку и втыкаю ее в пюре. Ведь прекрасно понимаю, что мое недомогание — просто последствие двухдневного голода.

— Прости, — слова бывшего мужа достигают меня, когда я подношу вилку ко рту.

Застываю. Но желудок бурлением напоминает, что нужно поесть.

— За что? — засовываю вилку в рот.

Приятный молочно-картофельный вкус разносится по языку.

— Это я виноват в твоем состоянии, — Леша постукивает кончиками пальцев по столу. — Если бы я на тебя так не давил, то ничего бы не случилось. Мало тебе стресса на работе, так еще я его добавил, — смотрит мне прямо в глаза. — Прости, пожалуйста. Я должен был с тобой нормально поговорить, а не пороть горячку. Поверь, за последние два я успел многое обдумать. Поэтому хочу дать тебе свое слово, что больше я так не поступлю. Мы все будем обсуждать. Обещаю.

Не знаю, что сказать. Даже жевать перестаю. Леша прав, он добавил мне стресса. Обещал отобрать ребенка. Заставил переехать. Я, снова встретив его, почти ничего не ела, толком не спала. Но вот чего не ожидала, так этого того, что он извинится. Раньше от него слов прощения было не дождаться. Мы часто ссорились. И если Леша оказывался в чем-то виноват, то, когда остывал, просто подходил и начинал разговаривать со мной как ни в чем не бывало. Что изменилось? Неужели он изменился? Вырос?

Не знаю ответа, поэтому молчу. Но, видимо, Леша и не ждет, что я что-то скажу, просто улыбается уголками губ и указывает подбородком на еду.

— Ешь. Тебе нужны силы, — двумя пальцами трет глаза.

Похоже, усталость сказывается и на нем. Но Леша прав. Нужно есть. Я должна быть сильной. Не только ради себя, но и ради Сашеньки. Я и без того уже подвела его.

Вздыхаю и беру вилкой еще немного пюре.

Пока ем, Леша не сводит с меня напряженного взгляда. Мне жутко неуютно находится под его пристальным вниманием, потому втягиваю шею в плечи, чтобы хоть немного защититься, но продолжаю есть.

— Хорошо, что ты проснулась, — снова начинает говорить Леша, когда на тарелке остается половины котлеты и немного пюре. — Я уже думал сестре звонить, чтобы она с Сашенькой посидела.

— Зачем? — отламываю ребром вилки кусочек котлеты и запихиваю в его в рот.

— Мне разрешили навестить жену Михаила, — Леша переводит взгляд на окно за моей спиной, я же перестаю жевать — Ее, конечно, пичкают сильными препаратами сейчас, но, может, хоть что-то из нее все-таки получится вытянуть.

Проглатываю котлету.

— Я еду с тобой, — кладу вилку рядом с тарелкой.

— Нет! — отрезает он, строго глядя на меня.

— Да! — вздергиваю бровь, сжимаю кулаки.

Вот по этому поводу я сдаваться точно не собираюсь.

— Лена, тебе нечего делать в психушке, — спокойно произносит Леша. Но я-то знаю, что кроется за его умиротворенным голосом: упрямство и желание все контролировать.

— Ты не понимаешь, — не отвожу непоколебимого взгляда от бывшего мужа. — Я была с ней, когда она потеряла ребенка. Я принесла ей эту ужасную новость. Я ее обнимала, утешала. И если она кому-то доверится, то мне, а не какому-то левому мужику. Поэтому я еду с тобой!

Глава 39

Как хорошо, что у меня есть тетя Зина. Когда я ей позвонила, она без возражений согласилась посидеть с Сашенькой, пока мы с Лешей будем заниматься “своими делами”. Да, мне все еще трудно произносить слово на “П”, которое с такой легкостью озвучивает мой бывший муж. Даже то, что Людмилу определили частное учреждение, не помогает. Суть от этого меняется. Она все также находится под наблюдением медицинского персонала. Ей все также дают сильнодействующие препараты. Ее все также не выпускают за пределы огороженной бетонной стеной территории.

Нужно отдать охране должное — нас тоже не хотели пускать. Только звонок Михаила Александровича главному врачу помог решить недопонимание, и мы въехали на территорию, засаженную высоченными соснами, которые скрывают залитую светом лужайку. Посреди нее находится трехэтажное белоснежное здание. Оно напоминает огромную коробку, утопающую в лучах солнца. Только люди в халатах, стоящих кучкой на крыльце, и множество окон с решетками дают понять, что мы приехали не в обычный пансионат.

— Останься здесь, — Леша поворачивается ко мне вполоборота, паркуясь на стоянке. Его черный свитер и такого же цвета брюки делают еще ярче белоснежную кожу и зеленые глаза, которые прожигают меня.

Тяжело вздыхаю. Последнее, чего мне сейчас хочется — ввязаться в очередную схватку. Мне хватило ее дома. Чтобы убедить Лешу, пришлось пригрозить, что я сама свяжусь с Михаилом Александровичем в случае необходимости. И когда поеду к Людмиле, то бывший муж, а также адвокат, не сможет быть рядом. Это сработало, но, похоже, ненадолго.

— Мы уже все обсудили, — отстегиваю ремень безопасности.

— Но ты не знаешь, как Людмила отреагирует на твое появление, — Леша перехватывает мое запястье вместе с рукавом кожаной куртки, когда я пытаюсь снять ремень с груди. Снова смотрю в его зеленые глаза, которые полны беспокойства. Бывший муж, явно, не скрывает от меня эмоций. Не знаю, как на это реагировать, поэтому игнорирую. — Вдруг она сорвется с катушек, увидев тебя, и мы ничего не узнаем?

— Леш, — опускаю плечи, расслабляясь, но руку вырвать не пытаюсь. — Не надо, правда.