Сироты Страны Чудес - Грег Ф. Гифьюн Страница 30

— Когда я спросил Кейтлин, она никогда об этой компании не слышала.

— Он никому не хотел рассказывать. Говорил, у них там правила и что не положено никому говорить, что там работаешь. Мне он сказал, но мне он много чего говорил. Например, как переживает, что Кейтлин вышла замуж. Они были очень близки. Он растил её сам, в квартире неподалёку от моста. Когда Кейтлин вышла замуж и уехала, ему незачем было держать такое жильё, он тут и поселился. Тогда я с ним и познакомилась. Он немного потерялся, знаете? Были у него друзья, но не особо он с ними тусил. Мне было его жаль. Наверное, потому что понимаю. Я тоже одна, и я тоже сама растила сына. Его отец — мой бывший — умер, когда тот был ребёнком.

— Мне жаль это слышать.

— Да, встал утром, говорит — нехорошо мне. Прошёл через комнату, кашлянул и упал. Вот так, прямо. Инфаркт. Тридцать чёртовых лет, Джоэл. — Биа отвернулась, жёстко затянулась, потом через силу улыбнулась. — Теперь я бабушка, можете себе представить. Двое внуков. Двойняшки-девочки. Вижу их реже, чем хочу, — сын с женой в Коннектикуте. Ну ладно, моя мысль в том, что когда вас двое, отношения такие тесные, что очень тяжело, когда они уходят, понимаете?

— Понимаю, — сказал Джоэл. — Полиция знает, что он работал в Tuser?

— Я им говорила.

— Он ещё работал там в момент гибели?

— Уволился за пару месяцев до смерти.

— Вы знаете, почему?

— Были проблемы.

— Какого рода проблемы?

Она помолчала, пила кофе.

— Можно рассказать, Биа. Я знаю, что у Лонни были трудности.

— Мы с Лонни, — сказала она, глаза наполнились слезами, — мы попробовали что-то вроде романа недели две, ладно? Иногда было даже хорошо. Но лучше у нас получалось дружить, знаете? Он был добрым, всегда смотрел, как я, всё ли нормально, спрашивал, хорошо ли прошёл день. Никому обычно не важно, какой у меня день был. Мало кто из тех, кто не на работе, вообще со мной разговаривает. Я живу в этом доме, где никого моложе ста лет нет, все глухие как тетерева, а потом въезжает мужик моего возраста, знаете? — Она вытерла глаза, смахивая слёзы тыльной стороной свободной руки. — Он был один, подруги не было, и насколько я понимала, голубым не был. Без обид — я люблю геев. Мой брат гей. Я полностью за права геев и всё такое. Я даже сама пробовала пару раз. Мне пятьдесят, дружище. Я отрывалась в восьмидесятые и девяностые. Дайте-ка мне передохнуть, верно? Я умею развлечься, и скажу вам — я и сейчас ещё ого-го, без базара! Но в итоге я люблю мужиков, что поделаешь? — Она взорвалась глубоким смехом, который тут же перешёл в хриплый кашель.

Казалось, не оставалось ничего иного, как засмеяться вместе с ней, — что Джоэл и сделал, пока её кашель не утих. — Вы в порядке?

— Да, нормально. Прости, что говорю непотребства, но иногда так хочется смеяться, знаете? Особенно в последнее время. — Она взяла бумажную салфетку из керамической подставки на столе и вытерла рот. — Ну вот, мы просто нашли общий язык, я и Лонни, понимаете? Когда он только въехал, он был другим. Немного грустным, но очень добрым. Всё было хорошо месяцами. Потом что-то начало меняться.

— Помните, что происходило в его жизни, когда эти изменения начались?

— Не так уж долго после того, как он начал ту ночную халтуру.

— Думаете, это как-то связано?

Биа пожала плечами. — Не знаю.

— Он рассказывал что-нибудь о работе или об этой компании?

— Кажется, нет. О работе он вообще редко говорил. — Она немного подымила, ничего больше не добавляя. — Он просто в один день стал каким-то странным. Параноидным, знаете? Думал, что за ним следят и что кто-то возится с его башкой. Типа промывает мозги или что-то такое.

— Он говорил, кто эти люди?

— Не говорил мне.

— У Лонни было оружие.

— Да, знаю, девятимиллиметровый.

— В чехле внизу его нет. Знаете, что с ним?

Она отрицательно покачала головой. — Полиция тоже спрашивала.

— Значит, они его не изъяли.

— Чёртова полиция, боже мой. — Биа закатила глаза. — Будто кому-то не всё равно. Поначалу суетились насчёт убийства Лонни, потому что пресса облепила это дело, как мухи навозную кучу. Хорошая новость, правда? Мужика застрелили на улице. Это же продаёт газеты, поднимает рейтинги. Но потом — после пары дней — никому нет дела. Просто охранник в торговом центре, кому интересно? Не сенатора же шлёпнули. Ну вот, менты тащат из квартиры всё подряд. Ходят важные, как будто большие начальники. Ооо, раскроют убийство! Берегитесь! Ага, ну-ну. Придурки не могли бы поймать руку даже в публичном доме.

Прикусив губу, Джоэл спросил: — Знаете, куда Лонни