Тайна серых пещер - Сергей Михайлович Ильин Страница 20

– Плинто, скажи им, чтоб заткнулись, – буркнул Прут, кое-как устраиваясь на полу. Камень совсем не тёплый. Придётся всю ночь крутиться, чтоб внутренности не застудить. – Пусть потерпят, потом утром поплачут и поговорят. День долгий был, и нам выспаться нужно.

Ученик шамана его просьбу выполнил. Человеки что-то провякали в ответ и затихли. Прут закрыл глаза и попытался заснуть. Какое там! Мало того что неровный пол неприятно впивался в бок острыми твёрдыми выступами, так ещё и перед глазами проносилась круговерть минувших событий. Вся их беготня по горам, ползанье по скалам, драки с коротышками. И конечно же падение со скалы Торка. Оставалось только надеяться, что раз уж им с Плинто повезло выжить, рухнув с высоты в воду, то и Торк не убился. А исчез, потому как от коротышек сумел отбиться. И до дому он доберётся, помоги ему Создатели.

Сзади спиной к спине прижался подползший поближе Плинто. Сразу стало намного теплее.

Хотя ученика шамана то и дело потряхивало мелкой дрожью, Прут как-то вдруг расслабился и полностью перестал обращать внимание на все неудобства. Они выберутся отсюда. Обязательно. Он почему-то был совершенно в этом уверен. Они с Плинто справятся. Ведь они настоящие орки. А орки никогда не сдаются на милость врагов и обстоятельств.

Глава 13

Разбудил Прута резкий грохот. Он аж подскочил.

Оказалось, заявились коблитты, решившие разбудить пленников, долбя своими длинными дубинами по жердинам загородок. Сухое дерево звонко отзывалось на удары. Ещё и многократное эхо звук усиливало.

– А вот, похоже, и решение проблемы, – наблюдая за орудующими палками серыми, поёжился от царившей в пещере сырой прохлады Прут. – Не зря говорят: поспи, а опосля придёт и мысля.

Натешившись бестолковым воспроизведением жуткого шума и убедившись, что все узники проснулись, коротышки занялись раздачей еды и питья.

Прут пригляделся к ним. Серые все были какими-то ущербными. Кто хромой, кто одноглазый. Кто и вовсе кривобокий. Ну и охраннички.

А разнообразием пищи тут действительно даже и не пахло. Всё та же рыба и вода.

Стоило одному из коблиттов закинуть в камору две белобокие рыбины, а потом, забрав старую пустую чеплашку, наполнить её водой и сунуть обратно, Прут резко подскочил к загородке и, подхватив посудину, выплеснул её содержимое в морду коротышке.

Ещё и башмак свой единственный с ноги сдёрнул и тоже в серого запустил.

Тот оскорблённо заверещал, зло и возмущённо замахал руками.

Тут же подскочили его дружки и принялись тыкать в Прута палками. А парень и не думал отскакивать, давай лишь уворачиваться. Куда этим калекам в ловкости с орком тягаться!

Хотя, конечно, не всех ударов избегать удавалось. Некоторые взрывали болью тело, заставляя морщиться и сдавленно шипеть. Но раззадорить коротышек Пруту удалось. Те совали сквозь загородку свои дубины столь увлечённо, словно соревнования между собой устроили. «Попади в орка палкой» называется.

А Прут и не против был. Продолжал ловко выкручиваться из-под ударов, да ещё и поддразнивать коблиттов начал, хихикая и рожи им корча.

Пару раз чуть глаз не лишился. Еле увернулся, но не перестал скакать и кривляться, выжидая подходящего момента. И дождался.

Поймал-перехватил самую тонкую из дубин, дёрнул на себя, вырывая из рук не ожидавшего такой каверзы коблитта. Отпрыгнул немного назад и со всей злости – хрясть палкой об колено! Отломал от неё кусок чуть короче локтя. Небрежно так за спину его забросил и снова – хрясть! Ещё один огрызок палки куда-то вглубь каморы не глядя швырнул.

А оставшуюся часть, всё ещё довольно внушительной длины, ка-а-ак кинет в сторону коблиттов! Правда, чуть повыше голов целился. Так, чтобы если палка и зацепит кого, меж жердин проскочив, то там за загородкой и осталась. Лишь бы назад не отлетела. Не хотелось бы, чтоб серые внутрь каморы за своей дубиной полезли. Этого Прут больше всего опасался.

Получилось. И по башке одному из уродцев заехал, и палка снаружи каморы осталась. И коблитты внутрь не полезли. Ни наказывать дерзкого мальчишку, ни обломки палок забрать. Вряд ли мальчишки испугались. Скорее всего, просто лень им было с ремнями, дверцу держащими, возиться.

Пошумели, дубинами помахали и ушли.

– Ты зачем вылил-то всё? – с укором спросил Плинто. – Теперь до вечера без воды сидеть будем.

– Вот зачем. – Потирая ушибленные места, Прут подобрал обломки палки и показал их ученику шамана. – Это наш шанс на свободу удрать. А воду мы и сами достанем.

– Где? – удивился Плинто.

– Там, – Прут кивнул на дырки в полу. – Только рубаху свою мне дай.

Ученик шамана посмотрел на него с сомнением, но рубаху всё же снял и отдал.

– А теперь смотри и учись, – наставительно заявил парень. – А то ишь: мы, шаманы, самые умные, мы хранители знаний… Запоминай, будешь потом знание хранить.

Он подошёл к самой широкой дыре, улёгся на пол и, держа рубаху за один из рукавов, сунул руку с ней в отверстие. Подождал, пока трепыхающаяся в бурном течении ткань хорошенько воду в себя впитает. Заодно выполощется маленько, а то ведь не первой свежести уже.

– Давай посудину сюда, – вытянул из дыры мокрую рубаху, – подставляй.

Отжал воду в чеплашку и снова руку с рубахой в дырку спустил.

– Ну как водица?

Плинто приложился к посудине, отпил:

– Хорошая. Холодная. Чистая.

– Ну и отлично. Ешь, пей, и делом займёмся. – Прут повторил процедуру с выжиманием воды из рубахи. – Нужно до ночи успеть палки заточить. Да так, чтоб коротышки не заметили и не отобрали.

Перекусили. Ещё попили и даже умылись набранной из дырки водой. Рубаху плинтовскую отжали хорошенько и сохнуть на остром выступе стены повесили. Сами уселись спиной к загородке и тихонько зашкрябали кончиками палок по шершавому каменному полу, не забывая между делом прислушиваться, не приближаются ли к их пещере коротышки.

Прут ещё и оглядывался частенько: вдруг подкрадётся кто. Пару раз перехватил внимательный, изучающий взгляд белобрысого. Мальчишка беззастенчиво пялился, даже не скрывая своего интереса к происходящему в соседней каморе.

Ну и пусть смотрит. И завидует. Лишь бы коблиттам не выдал. А то кто знает этих человеков. Наверное, даже Создатели не ведают, что там у них в головах творится.

Некоторое время им совсем никто не мешал. Но всё равно дело не быстро продвигалось. Не сильно-то