Эльфийский апокалипсис - Екатерина Насута Страница 56

власти и преференций, якобы он сильнее прочих рискует. Второй возразил, что если кто и будет главный, то это ему надобно, он вкладывается больше. Третий начал тянуть в заговор свою и женину родню, чтоб наперед, чтоб потом потребовать за заслуги свою долю. Четвертый вовремя понял, чем это чревато и испугался, что его вовсе вытеснят, точнее, использовать используют, ну а потом уже… Он всех и сдал. Кстати, очень удивлялись…

Аленка фыркнула и рассмеялась.

Смеяться было легко, и тьма оживающая ничуть не мешала. Наоборот, как будто яснее стало в голове и на сердце. И правильнее.

– А то. – Сашка взял и обнял. – Ощущение порой такое, что не дворец императорский, а цирк на выезде. И матушка у меня тоже хорошая, только нервная слегка. Она и при отце многими делами занималась, мне помогала. И помогает… устала очень.

Дыхание перехватило. Нет, не от страха. Хотя…

Наверное, матушка Александра не обрадуется.

– У нее на тебя планы, да?

– Ага… дома стопочка альбомов. В одном красавицы импортные, так сказать, с родословными и полезными связями. Второй – с местными барышнями, в рамках программы импортозамещения…

И девицы там наверняка родовитые, не чета Аленке. И красивые.

Хотя… не пугает. Чужая красота – нисколько. Сила выбор сделала, вон, сплелась, сроднилась почти, малости не хватает, чтоб смешалась и срослась на веки вечные.

– Просто не будет, да?

– Не будет.

– А матушка меня не одобрит.

Управу-то Аленка найдет. И на девиц, которые попытаются ее от Сашки отодвинуть, – а что попытаются, тут и думать нечего. И на родню их. Но с матушкой воевать не хотелось, все ж родня. И Сашка ее любит. И в целом нехорошо, когда дома ладу нет.

– Одобрит. Может, не сразу. Она упрямая, не любит, когда кто-то планы рушит. Но сама мне в последний раз сказала, чтоб без жены домой не возвращался. Так что… будем считать, что исполняю материнский указ. – Туман тоненько заржал – то ли привлекая внимание, то ли собственное, великой важности мнение высказывая. – Все-таки почему он так на меня смотрит, а? – возмутился Сашка и Аленку к себе ближе подвинул. – Будто подозревает в чем нехорошем. Иди гуляй, а то ж завтра на ярмарку эту… Слушай, а ты пойдешь?

– Пойду.

– Хорошо… Там тебя народу и представим. Что? Случай такой…

Громкий хруст ветвей заставил обернуться.

Нет, людей Аленка еще когда почуяла, но те держались в стороне, не особо мешая разговору. Однако сейчас из лесу донеслось слабое:

– Помогите… Ау! Ау, кто-нибудь…

– Голос такой… знакомый. – Сашка повернулся. – Туман, сходи…

Договорить он не успел, потому что голос сорвался на крик. Визг был громким, просто оглушающим, а следом донесся глухой рык.

– Сиди, – перехватила Аленка, – это Семен. Сейчас он дорогу покажет.

– Ты их по голосам различаешь? – удивился Сашка.

– Приспособилась. За столько-то лет…

– Тогда ладно. – Сашка как-то сразу успокоился. – В общем, план такой: едем на ярмарку. Всех берем под стражу. Потом вершим правосудие, в первичной, так сказать, обработке: определяем, кого под суд, а кого и помиловать можно. Или всех под суд, а к свадьбе как раз разберемся и помилуем. Тем более традиция, кого-то все равно надо. А пока пусть посидят и подумают над поведением. Ярмарка… ярмарка сама собою. Заодно сразу объявим о женитьбе. Пожениться тоже лучше прямо на месте, пока не понабежало всяких-разных…

Аленка слушала и улыбалась. Просто так.

Он ведь понимал, что все будет совсем иначе, но продолжал говорить и строить воздушные замки. И Аленка послушно восхищалась красотой их архитектуры. И тоже старалась не думать, что все будет иначе. Что…

Туман и тот слушал, склонивши голову. И с гривы его капала вода…

Запоздало вдруг подумалось, что та женщина, в лесу, она ж не знает, что Семен – это Семен, и намерения у него самые добрые, что… Подумалось и раздумалось.

Сам как-нибудь разберется, чай, не маленький.

– Осталась ерунда, если так-то. – Сашка опять вытащил свою книжицу и перелистал страницы. – Полчища врагов организовать. Ну не вписываются оне в заявленную парадигму нашей внешней политики.

– Насчет врагов можешь не волноваться, – заверила Аленка. – Сказала же, будут тебе полчища. Как раз к ярмарке, думаю, и подоспеют. – И чуть тише добавила: – Выстоять бы…

Глава 26,

в которой речь идет о том, как правильно за женщинами ухаживать

«В жизни и среди сволочей встречаются порядочные».

Из философской дискуссии, состоявшейся одним субботним вечером средь гаражей и посвященной животрепещущим вопросам сосуществования с новыми соседями

Юлиана поняла, что заблудилась.

– Твою же ж… – выругалась она вполголоса и включила фонарик.

Желтое пятно скакнуло на ствол, на другой, третий и, мигнув, погасло. Потом опять загорелось.

Нет, как вышло-то так? Хотя чего гадать, она всем давно поперек горла стоит, вот и нашли способ избавиться красиво. Когда Главнюк – дал же бог фамилию! – которого Юлиана давно про себя именовала Говнюком, что более соответствовало характеру, – вызвал ее к себе и со сладкой улыбочкой сообщил, что есть особое задание, она поняла: подстава.

– Ты же умная девочка, – проворчала она, боком протискиваясь меж двумя соснами, – ты же понимаешь, какие перспективы открываются…

Ага, чумовые просто.

Нет, ничего такого, выходящего за рамки обычного маразма, от нее не потребовали:

– Про чупакабру репортаж ты делала. Про русалок тоже. Так что съездишь в этот Подкозельск и отснимешь. И чтоб с трагизмом, чтоб сомнений ни у кого не осталось. А я премии накину.

И стало понятно, что свое Говнюк уже получил.

– А чего снимать-то? – уточнила Юлиана на всякий случай. – В каком ключе?

– На месте придумаешь. Главное, надо показать, какой Вельяминовы произвол творят. Скажи, что они… не знаю… людоедствуют на досуге? И кошек мучают. Люди за кошечек всегда сильно переживают. Ну ты ж опытная, сообразишь…

Сообразила.

Сразу сообразила, что заказ – подстава. Даже подумала, не прикинуться ли больной, но не прикинулась. Говнюк бы не поверил. Учинил бы скандал, увольнение… А ей как раз предложили подумать над концептом новой передачи. И на канале поприличнее, а не это вот все. Но трудовую надо чистую. И рекомендации.

А засрись она с Говнюком, тот точно зажал бы. Он бы и так зажал, но, если поставить, что, мол, услуга за услугу, глядишь, и разошлись бы миром.

– Твою ж мать! – Нога провалилась в какую-то яму, и каблук печально хрустнул, намекая, что ходить по лесу на каблуках – так себе идея.

И вообще…

Нет, материал получился бомбезный! Главное, всецело в концепт канала вписывается. И если Говнюк попытается зажать, Юлиана прямиком