Криминалист 9 - Алим Онербекович Тыналин Страница 2

Высокий, широкоплечий, в рабочей куртке. Дверь за ним медленно закрылась.

Человек постоял у двери секунд пять. Слушал. В блоке было темно и тихо. Он, видимо, решил, что здесь один и ему ничего не грозит.

Потом включил карманный фонарик. Направил в пол узкий желтый луч.

Затем повел фонариком по полу барака, от двери в сторону шкафчиков. Он старался не поднимать луч выше колена, действовал профессионально, чтобы свет не пробивался в окно и не выдавал его снаружи.

Луч скользнул по полу мимо моих ног, я стоял в углу, в плотной тени за дверью, и луч меня не достал. Человек смотрел в другую сторону, на шкафчики.

Он пошел вперед, к шкафчику Коннелли, второму слева от входа. Шел уверенно, не искал, сразу направился к нужному. Он знал, какой шкафчик ищет.

У шкафчика он опустился на одно колено. Поставил фонарик на нижнюю койку напротив, так, чтобы луч падал на заднюю стенку шкафчика.

Открыл дверцу шкафчика, она тихо скрипнула. Достал из кармана куртки отвертку, в свете фонарика блеснул металл.

Он начал откручивать заднюю панель. Движения привычные, быстрые и уверенные. Он знал, что панель снимается и что за ней есть полость. Знал, что там что-то лежит.

В свете отраженного от стенки фонарика я разглядел его профиль. Высокий и широкоплечий. Короткая стрижка с проседью.

Это Вейн.

Первый винт он выкрутил, положил на койку рядом с фонариком с тихим металлическим стуком. За ним последовал второй и третий.

Левая рука у него двигалась чуть скованно, я вспомнил что половина левого мизинца у него отсутствует. Он держал панель тремя с половиной пальцами левой руки, а откручивал правой.

Наконец он справился с четвертым винтом.

Панель отошла. Вейн отложил отвертку, отвел панель в сторону, прислонил к стенке шкафчика.

Наклонился ближе, направил фонарик в полость. Я видел его спину, склоненную над шкафчиком, широкие плечи в рабочей куртке. Он протянул руку в полость за пустой папкой.

Я сделал шаг от стены. Бесшумно, стараясь не скрипеть по дощатому полу. Поднял «Смит-Вессон», афонарик «Эвереди» в левой руке направил Вейну в затылок.

Включил свет.

Резкий белый луч ударил Вейну в спину и в затылок. Он замер. Не дернулся и не вскрикнул. Просто замер, рука осталась в полости шкафчика, спина наклонена вперед.

— Митчелл, ФБР, — сказал я ровно и негромко. — Руки на виду, Вейн. Медленно.

В дальнем углу барака зажегся второй фонарик, это появился Дорси. Луч лег Вейну на лицо сбоку. Дорси вышел из-за шкафчиков, держа «Кольт» в руке, ствол направлен в пол перед Вейном.

— Сайлас, — сказал Дорси. — Это шериф Дорси. Не делай глупостей. Держи руки на виду.

Вейн медленно вынул руку из полости шкафчика. Пустую, он не успел дотянуться до папки.

Поднял обе руки медленно, держа их на уровне плеч, ладонями вперед, чтобы было видно, что они пусты. Профессиональный жест человека, который знает, как себя ведут под прицелом.

Потом очень медленно, повернул голову. Посмотрел на меня через плечо. Прищурился от света фонарика.

Лицо у него было спокойное, обветренное, морщинистое, с еле заметным шрамом на левой щеке. Глубоко посаженные светло-серые глаза. Лицо человека, который ничему не удивляется. Который, может быть, ждал этого.

— Агент Митчелл, — сказал он. Низкий голос, северный выговор. — Я о вас слышал.

— Встаньте. Медленно. Руки за голову.

Вейн медленно поднялся с колена. Он высокий, шесть футов ровно.

В свете двух фонарей он стоял посреди барака, руки заведены за голову, его фонарик остался лежать на койке, светил в стенку шкафчика. Отвертка лежала рядом. Четыре винта рассыпаны на койке.

— Дорси, — сказал я. — Наручники.

Дорси убрал «Кольт» в кобуру, достал из кармана куртки наручники «Пиерлесс». Подошел к Вейну сзади.

— Руки за спину, Сайлас. По одной.

Вейн опустил руки за спину, нисколько не сопротивляясь. Дорси защелкнул наручники, сначала на одном запястье, потом на втором.

Я опустил «Смит-Вессон», но не убрал полностью. В конце концов, мы поймали человека весьма ловко орудующего геологическим молотком.

Подошел к койке, поднял фонарик Вейна и направил на шкафчик. За снятой задней панелью, в полости, лежала пустая папка «Манила Федерал» с надписью «Дневник Коннелли». Я ее не тронул.

— Вы пришли за этим, — сказал я.

Вейн молчал. Смотрел на папку в полости шкафчика. Потом перевел взгляд на меня.

— Дневник, — сказал он наконец. — В нем что-то есть на меня?

— Сначала ответьте на мой вопрос. Вы пришли забрать дневник Коннелли. Зачем?

Вейн долго смотрел на меня. Потом взглянул на Дорси. Потом снова на меня. Лицо у него не изменилось.

— Митчелл, — сказал он ровно. — Шифровка в дневнике. Это блеф?

Я смотрел на него.

— Почему вы спрашиваете?

— Потому что я знаю Коннелли. Вернее, знал. Он не вел шифрованных записей. Он был геодезист, а не разведчик. Он писал прямым текстом, цифры, замеры, заметки. Никакой шифровки у него быть не могло. Значит, слух про шифровку это умелая приманка.

— Если вы так решили, то зачем пришли?

Вейн чуть наклонил голову. В свете фонарика блеснул шрам на щеке.

— Потому что я не мог рисковать. Я уверился в этом только сейчас. Может, я ошибся, и он что-то записал. Я должен был проверить. Если бы там было мое имя, я бы забрал дневник. Если бы там ничего не было, я бы ушел, и никто бы не узнал, что я приходил. — Он помолчал. — Я не рассчитывал, что вы будете стоять в темноте у двери.

— Шифровка это блеф, — сказал я.

— Я так и подумал. — Вейн кивнул, медленно. — Но не мог не рискнуть.

В блоке было тихо. Печка потрескивала. Снаружи гудели генераторы, далеко звенел металл ночной смены. Дорси стоял рядом с Вейном и держал его за локоть.

Вейн долго смотрел на меня. В его лице не было ни злобы, ни страха. Что-то другое, усталость и расчет одновременно. Человек, который понял, что попался, и который уже начал просчитывать варианты.

— Агент, — сказал он. — Что у вас есть на меня?

— Достаточно чтобы посадить надолго.

— Конкретно, что именно?

Я смотрел на него. Решил, что прямота сработает лучше уверток, Вейн не из тех, на