Нартуган: Из огня и магии - Ануар Нурланулы Кошкарбаев Страница 11

— Кто его соперник?

Девон кивнул, убрав руки за спину.

— Мне удалось договориться с достойным оппонентом. Он — наследник хана и ещё ни разу не проигрывал в схватках. — Он выдержал паузу. — Будет проездом через наш город примерно через месяц. Если вы согласны, дуэль состоится.

Бике тихо щёлкнула ногтем по краю своего копья, задумчиво следя за сыном.

— Сильный ученик из влиятельного рода… Кто именно?

Она посмотрела на Нартугана — пристально, оценивающе, но без тени сомнений.

Девон усмехнулся, словно наслаждаясь моментом.

— Потомок последнего хана. Укротитель тёплых вод. Непобеждённый и одарённый… Мардан Касымулы.

Глава 5

Божественный запрет

— В начале всего был лишь твердый шар, и не существовало ничего кроме него. Он висел в пустоте, и не было никого, кто мог бы сказать, сколько это длилось. Никто не знал, откуда он появился, никто никогда не видел его Создателя. Но семеро, родившиеся внутри этого кокона, верили: однажды они смогут его найти. Особенно сильным было это пламя любопытства у четвёртого, которого позднее назовут Учёным.

Они были бесплотны, безголосы, безглазны. Они не видели друг друга и не знали, кто кем является. Они не знали даже, существуют ли. И тогда Пятый осмелился на невозможное.

Он изменил себя. Придумал глаза — и узрел. Придумал уши — и услышал. Придумал руки — и прикоснулся к остальным и начал показывать им новые возможности. Он был первым, кто нарушил прежний порядок, кто шагнул за пределы того, что было дано, поэтому его назвали Мутантом. Остальные последовали за ним, подчиняя тела своей воле, принимая новые очертания.

Тогда Первый сделал шаг вперёд. Вдохнув, он выдохнул Свет. Впервые за всё существование что-то озарило их мир. Ничто, в котором они томились, задрожал, его гладкая поверхность покрылась трещинами. Свет распространился, проникая в каждую частицу пространства, заполняя собой всё.

Второй, следуя за Первым, протянул руку и соткал тьму. Её нити переплелись, распространяясь там, где свет оставлял пустоты. Она не поглощала его, но разделяла, делая его несовершенным, разрывая его потоки, позволяя теням расти. Теперь там, где появлялся свет, всегда возникала тьма, и одно не могло существовать без другого.

Свет обжигал, тьма давила. В этот миг они увидели друг в друге угрозу. Им больше не казалось, что одно может существовать рядом с другим. Теперь каждому казалось, что он должен победить, иначе его творение исчезнет. Их противостояние стало частью мира. Он рождался в их столкновениях и жил в их борьбе. С того момента ни один из них не мог остановиться.

Седьмой не думал о сотворении, он просто играл, и в его руках возник Куб. Он не придал этому значения, но форма оказалась прочной, непохожей ни на что прежде. Остальные обратили внимание на его создание, но не сразу осознали его значение. Позже Куб назовут Божественным миром, но тогда он был всего лишь игрушкой в руках творца, который не знал, что сотворил.

Пока Первый и Второй разрывали мир на свет и тьму, остальные искали истину внутри созданного Куба. Он притягивал их, менял их мысли, заставлял задаваться вопросами. Грани его скрывали что-то, что никто из них не мог понять. Учёный наблюдал за этим. Куб озадачивал его, манил, но не давал ответа. Он не мог принять незнание, не мог оставить загадку без разгадки. Он решил, что если возможно создать Куб, то возможно создать и нечто большее. Он собрал свою силу, сжал её в сферу, гладкую и совершенную, запечатал внутри всё, что знал, и напрягся в ожидании. Он вслушался в его тишину, попытался найти в нём истину, но ответа не было. Тогда он сломал его.

Шар не исчез, он не распался — он разорвал само пространство. В тот миг, когда оболочка треснула, мир впервые увидел движение, которое нельзя было остановить. Поток вырвался наружу, унося с собой свет и тьму, закручивая их в спираль, растягивая в бесконечность.

Так родилась наша Вселенная.

— Понял? — Девона хмыкнул и уселся поудобнее, готовясь продолжить.

— Подожди… — Нартуган нахмурился. — Это действительно случилось? Или это просто сказка?

— Ты думаешь, мы тут собрались сказки рассказывать? — Девона фыркнул, лениво почесав брюхо. — Наши волшебники-учёные продвинулись куда дальше, чем людские. Они знают вещи, которые даже тебе, с твоей силой, сложно представить. Так что, нравится тебе это или нет, но это — истина.

— Ладно, ладно, не заводись, — Нартуган поднял руки, улыбнувшись краем губ. — Просто… звучит слишком грандиозно. Но я больше не буду перебивать. Интересно узнать, что было дальше.

— Вот так бы сразу, — Девона кивнул, чуть подтянув ремень, будто настраиваясь. — Значит так. Четвёртый создаёт нашу вселенную… а потом за ним начинают повторять другие. Они…

Он осёкся, нахмурился, потёр висок, словно пытаясь поймать ускользающую мысль.

— Кара-кура за хвост! Вот ты меня сбил! Теперь не могу вспомнить, что должен был сказать!

— Но я же вас не перебивал.

— Вот опять. — Девона махнул рукой, словно отгонял надоедливую муху. — Короче, главное ты понял. Четвёртый наполнил пустоту материей. Да ещё с таким энтузиазмом, что остальные не смогли сдержать свою зависть. Всё, что придумал Учёный, сразу же начало работать, будто заведённый механизм. Гравитация, кварки, свойства материи — всё встало на свои места. Это было настолько восхитительно, что Шестой тоже захотел сотворить нечто подобное. Пытаясь достичь того же уровня, он создал магический мир. Один из тех, где, кстати, побывал твой отец.

— И какой он?

— Внешне его жители ничем от нас не отличаются. Но если им отрубить хотя бы палец, вся энергия, что делает их живыми, тут же вырвется наружу. Внутри них нет ни крови, ни органов, только чистая магия. И её можно завладеть, можно использовать…

— Это же то же самое, что убить человека. — Нартуган сжал губы, его взгляд стал жёстче.

— В их мире — да. В нашем? Это просто будто проткнуть надутый шарик. — Девона засмеялся, хлопнул себя по кожаному ремню. — Да не смотри ты так. Кстати, магия, что в тебе, пришла именно из этого мира.

— Это как?

— Мутант создал мир, населённый огромными чудовищами. А Третий сотворил своё царство, где живут существа, не похожие на людей, но ходящие на двух ногах. Кстати, сама идея двуногих удивила почти всех среди Семёрки.

— Но вы так и не ответили про магию. Почему она из другого мира?

— Подумай сам. Стал бы Учёный создавать нечто, что ломает все его системы и нарушает законы логики? Он ждал, что люди, следуя его принципам, постепенно разовьются и достигнут его