Смерть позвонит сама - Андрей Анатольевич Толоков Страница 45

лучиком. Жизнь устроена так, что все когда-нибудь заканчивается или переходит в иную форму. Алла устала от однообразия, устала от неопределенности, она устала быть вечной любовницей. Два года назад она взяла и вышла замуж. Не потому, что полюбила, а потому, что захотела быть в равном статусе со своим сувереном.

– Так она замужем? – прервал рассказ заведующей Костя.

– Теперь уже нет. Я, наверное, очень подробно рассказываю. Я могу и в двух словах.

– Нет, – ответил Немирович. – Рассказывайте в деталях.

– Муж Аллы, – продолжила Кушнир, – ее ровесник. Работает в прокуратуре каким-то помощником. Я в этом не разбираюсь.

– Фамилия? – резко спросил Немирович.

– Соловьев. Алла взяла его фамилию.

Костя опять бросил взгляд на Бауэра. Тот кивком подтвердил, что знает такого работника прокуратуры.

– Прожили вместе недолго, – рассказывала дальше Лидия Яковлевна. – Гена совсем Аллочке не пара. Он флегматичный, инертный, серый какой-то. Человек в футляре. А она – фестиваль. Яркая, смелая. Ничего не боялась. Гена через какое-то время понял, что у Аллы есть любовник. Перед Новым годом они разошлись. А пару недель назад Алла говорила, что Гена приходил к ней. Готов был все простить. Предлагал Алле опять сойтись. Она посмеялась. Зря она. С мужчинами так нельзя. Даже с такими, как Гена.

– Детей у них, я так понял, нет?

– Нет. Алла не любила детей и не хотела. Правда, однажды – это было в прошлом году, на мой день рождения – она мне высказала такое соображение. Мол, Иван Ильич хочет, чтобы она от него родила сына. У него же две дочери, а мужчина сына хочет. Алла тогда – то ли всерьез, то ли нет – сказала: родить, что ли, от Курчатова – она его так в шутку называла. Гена пусть думает, что его ребенок. А Курчатов будет на коротком поводке. Но мне думается, это фантазии. Выпила вина, и понесло. Нет, детей она не хотела. Для себя жила.

После такого подробного рассказа Кушнир, Константину была понятна вся картина жизни и поступков Аллы Соловьевой. Круг ее общения, интересы. Уже было с чем работать.

– Вы как думаете, кому понадобилось избавиться от Соловьевой? – спросил Костя.

– Бог с вами, молодой человек. О чем вы говорите? Зачем от нее избавляться? Я даже представить не могу, чтобы кто-нибудь из ее знакомых мог на такое пойти. Нет! Не выдумывайте!

– А Гена? Вы сказали, она сильно обидела его.

– Что вы! Соловьев не из той породы. Самое грозное, что Гена может сделать, – это хлопнуть дверью. Я не могу себе представить что-то подобное.

– А что она могла делать в этом районе, около воинской части?

– Понятия не имею. Я никогда не слышала, чтобы она туда ездила. Не могу вам помочь.

…Обыск квартиры Соловьевой ничего не дал. Обычная трехкомнатная квартира. Плохо убранная. Судя по всему, Алле было не до порядка в доме. Она не утруждала себя особо. Чего было в достатке, так это ювелирных украшений. Кушнир сказала, что Соловьева любила драгоценности. Умела их носить. Одежда в шифоньере тоже была не производства «Красный большевик». Секретарь товарища Курбатова была одета не хуже жены высокопоставленного дипломата.

Когда Немирович уже собирался покинуть дом Соловьевой, в коридоре появился мужчина в прокурорской форме. Костя сразу понял, что это Геннадий Соловьев. Вид у него был немного растерянный. Движения заторможены.

– Вы Соловьев? – спросил Немирович.

– Да.

Помощник прокурора достал свое удостоверение и показал его капитану.

– Мы закончили здесь. Сейчас приедет следователь Бычков, – сообщил Костя. – Если вы хотите…

– Я ничего не хочу, – перебил Костю бывший муж. – Я хочу, чтобы вы нашли этого гада.

– Ищем. У вас нет никаких предположений?

– Есть.

– Поделитесь.

– Она возвращалась от него.

– От кого?

Геннадий замешкался. Он не мог решиться назвать фамилию второго секретаря.

– Ну же! – торопил Константин. – От кого?

– От любовника.

Соловьев опять замолчал. Немировичу надоели эти сопли, и он решил сказать все сам.

– Если вы боитесь, позвольте мне. Она возвращалась от Ивана Ильича. Правильно?

– Вы уже знаете?

– Работа такая. Почему вы решили, что она была у Курбатова?

– А где еще она могла быть в это время?

– Предположим. А почему она поехала именно в тот район? Ночью. Там есть кто-то знакомый?

– Нет. Я вообще не могу понять, что Алла там делала. Хотя…

Соловьев махнул рукой, давая понять, что не хочет больше обсуждать этот вопрос.

– И все-таки, – стоял на своем Костя. – Что значит ваше «хотя»?

– У Аллы бывали и мимолетные знакомства. Мог понравиться мужик, и все. Аллу несло черт знает куда. Вот, вероятно, наш местный маньяк и попался.

– С чего вы взяли, что у нас есть маньяк?

– Капитан, вы забыли, где я работаю?

– Нет, не забыл. Но о маньяке никаких сведений нет. Об убийствах женщин – да. Но не о маньяке. Откуда такие предположения?

– Товарищ капитан, – Геннадий покачал головой, – это Каракуль не хочет слышать о серийном убийце. Ему отчетность нужна гладкая. Он тут делает город образцового правопорядка. Только вымпел дяде Пете не нужен. Ему в область надо вернуться. Но мы-то с вами понимаем, что к чему.

– Возможно, вы и правы, – не стал отрицать Немирович. – И все-таки я повторю вопрос: кто из знакомых Аллы мог пойти на такое?

– Никто, – уверенно ответил Соловьев. – Из тех, кого я знаю, таких нет. Я же говорю, это случайное знакомство.

– Где это знакомство могло состояться?

– Где угодно. Хоть на улице. Поймала попутку, вот тебе и знакомство. У Аллы это все очень быстро делалось.

Это было похоже на правду. Соловьева могла ночью, возвращаясь домой, поймать попутную машину. Водитель этой машины вполне мог быть тем самым убийцей. Роковое совпадение или за Аллой злодей следил? Возможно и то и другое. Прежде чем отпустить Геннадия, Костя спросил:

– Алла была без вещей, без украшений. Такое могло быть?

– Нет. Она всегда носила сумочку. А украшения тем более. Я сейчас скажу, что могло быть на ней.

Геннадий вышел в коридор, открыл там шкафчик. Потом прошел в комнату, достал из серванта шкатулку с украшениями, посмотрел и объявил:

– Записывайте. Сумочка из белой кожи. С длинным ремешком. На лицевой стороне два накладных кармана с клапанами из красной замши. Украшения: здесь нет двух колец. Одно тоненькое, золотое, с тремя маленькими камнями. Это искусственные бриллианты. Второе крупное, с квадратным изумрудом. Золотая цепочка с кулоном круглой формы и камнем. Камень александрит, круглый. Диаметром примерно сантиметр. Возможно, еще нет браслета. Точно не скажу. Она покупала его уже после развода. Или ей подарили. Две недели назад я видел его на ее руке. Штука дорогая.