Смерть позвонит сама - Андрей Анатольевич Толоков Страница 43

Глава двенадцатая. Аллочка

– Мы сегодня поедем с тобой в одно укромное местечко, – с довольной физиономией сообщил Костя Алене.

– Нет, дорогой, – возразила девушка.

– Это почему?

– Потому, что сегодня я приглашаю тебя к себе в гости.

– Но…

– Никаких «но», – прервала Немировича Алена. – Мама сегодня ушла к подруге. Она останется у нее ночевать. Мы будем одни. А в то укромное местечко съездим в следующий раз. Хорошо?

Такого поворота Костя не ожидал. Он кивнул несколько раз и широко улыбнулся.

– Я хочу побыть с тобой. – Алена погладила Немировича по щеке. – Чтобы никого не было. Ты и я!

– Я весь ваш, госпожа, ведите меня, ведите.

Этим вечером Костя выбросил из головы все. Он был с Аленой. Они были одни. Думать ему хотелось только о любимой. Смотреть на нее, чувствовать ее дыхание, ее первозданное тепло. Слышать ее голос. Что может сравниться с этим чудом – быть рядом с любимым человеком? Ничто.

Они сидели допоздна. Очень долго разговаривали, а потом Алена протянула руку и тихо сказала:

– Пошли со мной.

Дальше все было без слов. Ночь они провели вместе. Они любили. Они наслаждались…

Три прерывистых звонка в дверь напугали сладкий сон. Костя вскочил как по тревоге и сел на край кровати. Бежать нагишом открывать как-то неудобно.

– Это Мария Федоровна? – спросил Немирович у Алены.

– Нет. Мама должна прийти после девяти.

Костя взял с тумбочки часы и посмотрел время.

– Без десяти шесть, – озвучил он.

– Мне кажется, это по твою душу, – сказала Алена, накинула халатик и пошла открывать.

Не ошиблась. В дверях стоял Витя Бауэр. Он извинился и спросил, тут ли Константин Сергеевич. Костя услышал знакомый голос, быстро натянул джинсы и вышел в прихожую.

– Привет, Витя, что случилось?

– Поехали, товарищ капитан, – очень невесело сказал Бауэр. – Опять.

– Я все понял. Жди внизу. Я мигом.

Опять таксофон. Только теперь на южной окраине города. Труп молодой женщины, лет около тридцати, свернувшись калачиком, лежал на полу будки. В руке зажата черная трубка от телефонного аппарата. Провод вырван с корнем.

Когда Немирович и Бауэр подъехали к месту происшествия, там среди прочих уже были Мантуленко и Вера Мохова. Сан Саныч, небритый, злой, стоял немного поодаль. На месте убийства делала свою работу Вера.

– Сука! Что происходит?! – вполголоса выругался Сан Саныч и посмотрел на часы. – Дикий Запад какой-то! Я здесь один как памятник. Прокурорских нет. Оперов моих черт где-то носит. Что за мать твою! – Мантуленко зыркнул на стоящих рядом Немировича и Бауэра. – Сейчас Волков подъедет, идите и переворачивайте весь район вверх дном. Не может быть, чтобы никто ничего не видел.

– А кто сообщил? – спросил Костя.

– Женщина вот из этого дома, – Мантуленко указал на пятиэтажку, около которой и была телефонная будка. – Сын в четыре утра возвращался от девушки и наткнулся на труп. Пацану семнадцать лет. Испугался. Мать тут же и позвонила. С ней дома Фомич разговаривает.

– А Глущенко где? – спросил Костя.

– Где, где! – вскрикнул Мантуленко. – Тебе в рифму ответить? Ночью домой приперся в хлам. Ты знаешь что, Константин Сергеевич, бери-ка отдел в свои руки. С этим алкашом всю работу завалим.

– А я говорил, – вставил робко Бауэр.

– А твой номер последний! – рявкнул Мантуленко. – Советчик, мать твою!

– Спокойно, Сан Саныч, спокойно, – тушил пожар Костя. – Нервами здесь не поможешь. А что вот это за забор?

Немирович указал на высокий бетонный забор через дорогу от телефонной будки.

– Это воинская часть, – пояснил Мантуленко.

Немирович вышел на дорогу и посмотрел в обе стороны. Дорога была без перекрестков, во всяком случае в пределах видимости. Шла эта дорога вдоль забора воинской части. Немирович увидел недалеко КПП части. Костя вернулся к таксофону.

В эту минуту к оперативникам подошла Мохова.

– Время смерти между часом ночи и двумя. Задушена веревкой, – говорила Вера. – Очень похоже на убийство Пурловой. Она сопротивлялась. На руках ссадины. Сломан каблук. Трубка в руке осталась. Схватилась за нее машинально. Документов у нее нет. Вообще при ней нет никаких вещей.

– Убийца забрал, – сделал вывод Мантуленко.

– Или подобрал добрый прохожий, – предположил Бауэр.

Сан Саныч опять бросил злой взгляд на Витю.

– И еще, – добавила Мохова, – мне кажется, что я ее видела. Она мне знакома. Не могу вспомнить откуда.

Немирович подошел к таксофону. Он стал разглядывать женщину. Она была далеко не из простых. Шатенка с хорошей стрижкой. Одета в трикотажный батник красного цвета, несоветского производства. Костя мог, даже не смотря на этикетку, это определить. Белая юбка из хорошей хлопковой ткани, тоже не ширпотреб. Красные закрытые босоножки на толстом каблуке. Такая стильная женщина должна была носить украшения. Но ни на руках, ни на шее ничего не было. Так же как и отсутствовала дамская сумочка.

– Вера, – обратился Костя к эксперту, – ты обратила внимание, во что она одета?

– Глупый вопрос, Немирович, – дерзко ответила Мохова. – Я, как любая нормальная женщина, сразу оцениваю оболочку соперниц моего вида. У нее все шмотки иностранные. Вот эта юбочка у спекулянтов рублей сто стоит. Половина моей зарплаты. Про батник и босоножки я тоже молчу.

– Только вот где украшения? Ни колечка, ни браслетика, ничего нет.

– А должно быть, – подхватила Мохова. – Не школьница же она. Стоп!

Вера подняла указательный палец, как бы требуя полной тишины.

– Браслетик, – произнесла она после непродолжительной паузы. – Точно, браслетик. Я вспомнила. Вспомнила, где я видела ее. В ювелирном магазине.

– Она продавщица?

– Нет. Она подбирала себе браслет. Точно, это она. – Вера невольно закрыла глаза, восстанавливая в памяти тот день, когда видела женщину. – У мамы был юбилей. Я пошла выбрать ей подарок. Мама сережки хотела с рубином. Там эта женщина примеряла браслет. Я почему запомнила ее? Дорогой браслет был. Но не в этом дело. Она разговаривала с заведующей. Они точно были знакомы.

– Вот и хорошо, – сказал Костя, – ювелирный во сколько открывается?

– Наверное, в десять.

– Делай фото. Витю пошлем. Расскажешь ему подробности.

Вера пошла посвящать Виктора, а Костя опять присел на корточки рядом с убитой.

– Вот мы и узнаем, как тебя зовут, – тихо сказал Немирович. – А потом и все остальное. Но сначала пойду я с вояками поговорю.

Костя, никому не говоря ни слова, пошел в сторону КПП.

– Куда это он? – возмущенно спросил Мантуленко.

– Не бери в голову, Саша, – шепнула Сан Санычу Вера. – Твое дело – ему не мешать. И все будет как надо.

Мантуленко нахмурился и навис над женщиной, словно глыба.

– Я погляжу, ты прямо очарована этим пижоном. Так ты губы-то не раскатывай. Он поиграет с тобой и укатит в свою