Тайны Лунного зала - Роман Каграманов Страница 5

и лунная тропа на полу сжалась, похожая на нить. «Откуда голос знает про него?» – вопросы вспыхивали и тут же гасли: времени на ответы не было, и дом словно понимал это, вытягивая на ее пути ровные полосы света. Добежав до своей комнаты, Мария запрыгнула на кровать и, поджав ноги, крепко прижала колени к подбородку, вслушиваясь в собственное дыхание.

– Молодец, – произнес тот же таинственный голос.

Мария затаила дыхание. Дом, казалось, слушал вместе с ней. Где-то внизу едва слышно тикали часы – их ход теперь казался ритмом, который кто-то задает издалека. За стеной дрогнула ветка, царапнув стекло, как гусиное перо бумагу. Луна нарезала на полу прямоугольники света, и пыль в этих прямоугольниках плавала, как невесомая золотая рыбья чешуя. Мария не сразу поняла, что снова дышит – медленно, ровно, стараясь не спугнуть чье-то невидимое присутствие.

Глава 3

Недоброе утро

– Почему ты все время смотришь на меня так, будто это я во всем виновата?

Аманда тыкала вилкой в остывший скрэмбл и прожигала Седрика взглядом. Кухня их квартиры в центре Грей-Палмс была далеко не самой уютной: мраморная столешница, холодные стулья, уставшие цветы в вазе.

– Потому что виновата ты, – спокойно ответил Седрик. – Ты опять устроила сцену на улице. На тебя люди оборачивались.

– Мне плевать, кто оборачивался. Мне не плевать на то, что ты творишь, – сказала Аманда. – Ты перестал быть нормальным. Ночью уходишь, днем дергаешься, как будто тобой кто-то управляет. И да, твои «друзья» мне не нравятся.

Седрик положил вилку, аккуратно, на край тарелки, вытер губы салфеткой и посмотрел на нее так, словно сомневался, стоит ли вообще продолжать разговор.

– Тебе не нравится квартира? – спросил он тихо. – Вид из окна? Еда? Деньги? Подарки?

– Мне не нравишься ты, который приносит все это домой. – Аманда поднялась. – Мне не нравится твой взгляд. Он пустой. Как у тех, кто… – Она запнулась, посмотрела на его руки. – Ты пугаешь меня, Седрик.

– Любая женщина может испугаться собственной тени, – фыркнул он. – Прекрати драматизировать.

– «Собственной тени»? – Она усмехнулась и мотнула головой. – Твоя тень живет отдельно. И иногда она двигается, когда ты стоишь. Я все вижу.

Седрик отодвинул табурет. Подошел к окну. Город под ними просыпался: булочные распахивали двери, влажный асфальт блестел, маленькие старушки с палками для ходьбы переходили дорогу на красный. Он молчал.

– Хватит, – сказала Аманда глухо. – Я устала оправдываться перед собой, перед подругами. Ты не человек, Седрик.

Он обернулся. В глазах у него на миг промелькнул странный отсвет – как отражение от стекла, которого в комнате не было.

– Ты не знаешь, что говоришь, – произнес он ровно. – И не понимаешь, с кем споришь.

– С любимым раньше, – ответила она. – Сейчас – с чем-то, что притворяется моим мужчиной.

Седрик подошел ближе и положил руки ей на плечи.

– Сегодня вечером ужинаем в «Палмс Бистро». Я заказал стол. Ты любишь их тарта. Оденься красиво. Я хочу тебя радовать.

Аманда сбросила его руки.

– Ты думаешь, благодаря ужину я не смогу разинуть рта? – спросила она. – Думаешь, тартар сотрет из моей памяти то, что ты вчера сделал? Снова? Ты ударил меня.

– Ты сама довела до этого.

– Нет, Седрик, это ты меня доводишь.

Он шагнул вперед. Аманда отступила, уперлась в край стола. Он поднял руку – быстро, – и ладонь хлестнула ее по щеке. Звук был таким, будто ударили не по коже, а по дереву. Щека Аманды вспыхнула, в глазах потемнело на секунду.

– Одевайся, – сказал он. – Пошла вон отсюда.

Аманда молча схватила сумку с дивана, на ходу втащила в нее кардхолдер, телефон, помаду, не глядя проверила ключи. Руки дрожали так, что ремешок едва поддался. Она сунула ноги в кеды.

– Я не приду сюда, – еле выговорила она.

– Конечно, останешься жить в своем «Морнинг Смеллс», – ухмыльнулся Седрик. – Там тебя жалеют. Там ты – бедная, несчастная.

После паузы он добавил:

– Вернешься к ужину, – произнес он, не спрашивая, а утверждая.

Ручка послушно повернулась. Аманда открыла дверь и выскочила в коридор.

Лифт ехал долго. Аманда прижала ладонь к горящей щеке и пыталась дышать ровнее. Сердце било не в груди, а где-то в горле. В голове вспыхивали куски ссоры, его рывок, ее шаг назад. Лифт дернулся, двери разошлись. В квартире Седрик не двигался. Он смотрел на дверь, будто видел сквозь нее лестничную клетку, лифт, холл, улицу. Он вдохнул – слишком глубоко для обычного человека. Потом медленно разжал пальцы. На подушечках остались тонкие белые полосы – следы от ногтей, из-за слишком сильно сжатого кулака.

– Вернешься к ужину, – произнес он в пустоту, как обещание. – Ты всегда возвращаешься.

Он повернулся к окну. Город жил своей жизнью: дети смеялись на остановке, ожидая школьного автобуса. Потом взял телефон, посмотрел на экран и медленно набрал сообщение.

Глава 4

Таинственный голос

Мария не знала, сколько прошло времени с того момента, как она залезла в постель. Наверное, около часа или двух. В ночной тишине она продолжала думать о голосе, так странно и неожиданно возникшем у нее в голове. О голосе. Ей казалось, что кто-то находится рядом и наблюдает за ней, вот только вокруг не было никого.

– Ты в моей голове? – спросила Мария. В душе она надеялась, что никто ей не ответит, однако…

– Я везде.

И правда: голос звучал одновременно и в мыслях Марии, и где-то неподалеку, вблизи кровати, из-за шкафа, под потолком.

– Кто ты? Я сошла с ума? – тревожно спрашивала Мария, сильнее кутаясь в тяжелое одеяло из верблюжьей шерсти. Оно часто согревало ее зимними вечерами, но сегодня, увы, ее одолевал иной холод.

– Нет, ты не сошла с ума. Тебе не следует идти в участок. Доверься мне. – Мария вдруг поняла, что голос принадлежит женщине, но кому именно, не знала.

– Мамочка, это ты? – с надеждой спросила Мария.

– Нет, милая, я не твоя мама. Ты должна быть осторожнее. В городе тебя могут ждать проблемы, – повторил встревоженный голос. Откуда она знала про планы Марии? Давно ли она следит за ней? Мария поднялась с кровати и пересела на подоконник, на котором часто проводила время.

Стекло было прохладным, город за окном дышал ровно, как спящий. Окинув комнату с новой точки зрения, Мария вновь не увидела ничего подозрительного. Все больше разуверяясь в собственной вменяемости, она обратилась к голосу:

– Как тебя зовут?

– Рита, – ответила невидимая собеседница. – Мы должны встретиться. Купи билет на шестой трамвай и отправься до конечной. После поверни направо и пройди вдоль путей. Увидишь магазин,