Молчание греха - Такэси Сиота Страница 2

У пары была дочь-второклассница, и, хотя о похищении ей не говорили, похоже, она понимала, что ситуация сложилась не очень хорошая. Ей и так было неуютно в доме, полном незнакомых взрослых людей, и родители хотели уберечь ее от лишних неприятных впечатлений. По их просьбе за ней приехали бабушка и дедушка и отвезли в свой дом в Тибе.

– Братик любит маму, поэтому он обязательно вернется, – постаралась она ободрить мать, прощаясь у порога, и Акэми снова заплакала.

Группа поддержки потерпевших порекомендовала семье Татибана отдохнуть, но, конечно, той ночью они так и не легли спать. Акэми несколько раз мерещились телефонные звонки, но на самом деле преступники никак себя не проявляли.

На следующий день полиция префектуры Канагава столкнулась с небывалым в истории японской преступности разворотом событий.

12 декабря 1991 года

На следующее утро, около пяти часов, Акэми вышла из спальни и начала готовить завтрак, в то время как женщина-следователь тоже пришла на кухню и пыталась с ней общаться. В доме было восемь мужчин, включая Хироюки. Эта женщина-следователь своим присутствием обнадеживала Акэми, которая была крайне встревожена.

По требованию полиции Хироюки до открытия своего магазина поехал в банк и снял со счета 5,2 миллиона иен, почти все свои накопления. Предполагалось, что переговоры пойдут трудно, поскольку это составляло лишь четверть запрошенной суммы.

Хироюки владел домом на участке площадью восемьдесят цубо с садом, не имел долгов по ипотеке и даже купил за наличные роскошную машину «Цельсиор». Однако летом продажи основного бизнеса компании, который выиграл от экономического бума, начали падать, и открытие филиала обернулось неприятными последствиями. Именно в то время люди начали ощущать разницу между тем, как выглядела тогда экономическая ситуация и какой экономика была на самом деле.

Старший следователь пришел к выводу, что предварительная подготовка, проведенная преступниками, была сделана небрежно. На тот момент не было ни одного случая похищения людей с целью выкупа, в расследовании которого участвовала полиция, когда преступники смогли бы получить наличные деньги и скрыться, поэтому такое преступление было чрезвычайно рискованным. Следовательно, оно должно было быть тщательно подготовлено, и самым важным было получить информацию о финансовом положении семьи похищаемого ребенка. Именно по этой причине полиция сочла преступников неподготовленными и, следовательно, отметила их непрофессионализм.

L1 собрала команду из двадцати пяти человек – сотрудников Первого специального следственного отдела полиции префектуры, детективов, имеющих опыт в делах с похищением людей, членов мобильного поискового отряда – для сопровождения передачи выкупа.

В 11:57 зазвонил телефон в гостиной дома Татибана. Когда Хироюки, принесший деньги для выкупа, взял трубку, он услышал голос, измененный войсченджером:

– Отправляйся в семейный ресторан «Техас» на шоссе сто двадцать девять.

Видимо, опасаясь быть обнаруженным, преступник прервал звонок через четыре секунды. Даже следователи удивились такой краткости. Преступник не спросил, готовы ли деньги для выкупа, не назвал время встречи, так что полиция получила возможность заблаговременно приехать в ресторан и устроить засаду.

Хмурым днем «цельсиор», за рулем которого был Хироюки, прибыл в «Техас» – через сорок шесть минут после звонка. Пятьдесят минут спустя, в 13:33, преступник позвонил в ресторан.

– Двигайся дальше на север по шоссе сто двадцать девять в Сагамихару. Инструкции найдешь за вывеской шиномонтажки «Фалькон» на префектурном шоссе пятьсот восемь.

Голос из войсченджера был слышен всего восемь секунд. И на этот раз опять не прозвучало упоминаний о готовности денег для выкупа и о времени встречи.

К «Фалькону» подъехали около 14:00. За вывеской был разорванный в клочки лист белой бумаги с надписью: «Жди в парке Комия в Хатиодзи». Больше ничего. Писали по линейке, чтобы скрыть почерк.

Так дело вышло за рамки префектуры Канагава и затронуло столицу[4].

Обычно расследования, касающиеся нескольких префектур, требуют вмешательства Отдела содействия совместным расследованиям, но в случае похищений ситуация иная. Детективы специальных подразделений живут с четким осознанием важности взаимного сотрудничества, поэтому они в ходе регулярных совместных учений хорошо узнают своих коллег, по крайней мере в соседних префектурах.

И в этот раз было достаточно, чтобы инспектор специального отряда полиции префектуры Канагава позвонил инспектору специального отряда столичного управления полиции и сообщил, что он выезжает в Хатиодзи. Сложные процедуры оставили на потом, и по одному звонку инспектора все, начиная с начальника уголовного отдела столичного управления полиции, пришли в движение. Уже на этом примере видно, что при расследовании похищения людей идет борьба за каждую минуту, за каждую секунду. Обычно принято считать, что Токио и Канагава живут как кошка с собакой, но при особых обстоятельствах они работают как единая полиция Японии.

Следователи, ехавшие за «цельсиором» в направлении Хатиодзи, чувствовали, что события развиваются как-то не так. Не было того напряжения, которое обычно сопутствует расследованию случаев похищения людей. Дворники «цельсиора» смахивали капли дождя, начавшегося, как и предвещал прогноз погоды.

В 14:27 на номер 110 поступил звонок из дома в районе Нака, Иокогама. Полицейские, находившиеся в L1, испытали шок, услышав сообщение диспетчера.

– Похищение?

Между бровями начальника первого следственного отдела полиции префектуры Кэнтаро Оно залегли глубокие морщины.

– Моего внука похитили и требуют выкуп, – сказал позвонивший мужчина.

Полиция всегда бросает на расследование дел о похищениях людей с целью получения выкупа все свои силы и возможности. Это крайне серьезные происшествия, способные нарушить весь мировой порядок, если дать им произойти. Поэтому такие преступления крайне рискованны и не имеют шансов на успех. И вот, несмотря на это…

Сложилась беспрецедентная ситуация, возникновения которой полиция префектуры никак не могла предположить. Одновременно были похищены двое детей.

* * *

Примерно за полтора часа до этого в доме Сигэру Кидзимы, проживающего по адресу Иокогама, район Нака, Яматэ-тё, раздался телефонный звонок.

– Твой внук Рё у нас. К трем часам дня приготовь сто миллионов иен старыми банкнотами, – сказал измененный войсченджером голос. – Если сообщишь в полицию, сделки не будет. Внук домой не вернется.

В семье похищенного Рё Найто четырех лет была сложная обстановка. Брак между его матерью Хитоми Наито и ее мужем фактически распался, и они жили отдельно. Хотя Хитоми была матерью-одиночкой, она не работала. Бросила школу и неоднократно сбегала из дома, а когда ей исполнился двадцать один год, ее отец Сигэру отрекся от нее, и, выходя замуж, она не пригласила родителей на церемонию.

Однако Хитоми поддерживала контакты со своей матерью Токо Кидзимой, и Сигэру молчаливо принял это, поскольку у него теперь был внук. Он не разрешал ему переступать порог своего дома, но был в курсе того, как рос Рё, поскольку бабушка иногда с ним встречалась.

В тот день, сразу после того