Слишком глубоко - Ли Чайлд Страница 3

- Что случилось с Гибсоном? Значит, это был не несчастный случай.

Видич не ответил.

- Гибсон был хорошим водителем. Он знал эту дорогу. Он не стал бы просто так разбивать свою машину. Значит, авария была не случайной, верно? Скажи мне прямо.

- Была. И не была.

- Это твое представление о ясности?

- Послушай. Я узнал кое-что о Гибсоне. Сегодня утром.

- Что узнал?

- Не могу сказать. Не по телефону. Но это имеет последствия.

- Какие последствия?

- Прежде всего, нам нужно сдвинуть наш график.

- На сколько?

- У нас есть максимум сорок восемь часов. Потом нам нужно уехать. Как будто нас никогда не существовало.

- Это невозможно.

- Возможно. Забери из дома все необходимое. Только самое необходимое. Не слишком много, чтобы не вызвать подозрений. Нам нужно выполнить одну физическую работу. Потом мы сможем обналичить счет.

- Работа не состоится в течение пяти дней. Это невозможно. Мы должны дождаться окончательной доставки.

- Нет. Мы должны взять то, что есть сейчас. Восемьдесят процентов чего-то лучше, чем сто процентов ничего. Я поговорю с Флетчером. Заставлю его сдвинуть график.

- А если он не согласится?

- Мы уйдем.

- Я не хочу уходить. Я организовала эту работу. Нашла возможность. Я вложила в нее средства.

- Я понимаю. Но, в конце концов, эта работа — роскошь. Она не является решающей. Мы должны оставаться сосредоточенными. Думать о будущем. О нашей новой жизни. А не о том, что мы оставляем позади.

Пэрис не ответила.

- Остался только один нерешенный вопрос. - Видич посмотрел на разбитый «Линкольн. - Он подумал о двух мужчинах, которых вытащил из него. Гибсоне. И гиганте-незнакомце. Один мертв. Другой жив. По крайней мере, пока. Он поднес телефон к уху и сказал: - Мне понадобится много фосфора. Можешь принести его в дом?

- Я могу попробовать. Сколько?

- Достаточно, чтобы сжечь тело. Полностью. Отпечатки. Зубы. ДНК. Все до последней мелочи.

3

Ричера снова разбудил звук. На этот раз открывалась дверь. Его глаза были закрыты, но он чувствовал свет. Довольно тусклый. Потом гораздо ярче. Он услышал приближающиеся шаги. Одни. Они подошли близко, затем остановились. Ричер медленно открыл глаза, несмотря на яркий свет. Головокружение немного утихло, но все выглядело блеклым и выцветшим, как акварель, нарисованная новичком, который не добавил в смесь достаточно краски. Рядом с Ричером стоял мужчина. Он был одет в джинсы и серую футболку. Он был худощавым, как бегун, и ростом, наверное, метр девяносто. Его кулаки были сжаты, и Ричер подумал, что он выглядит злым, может быть, даже испуганным, но пытается это скрыть.

Мужчина сказал: - Я Даррен Флетчер. А вы кто?

Ричер проигнорировал его. Если бы его обыскали, Флетчер уже знал бы его имя. А если Флетчер его не обыскивал, то не стоило тратить на него слова. Ричер сосредоточился на окружающей обстановке. Он увидел, что на его запястьях и лодыжках были надеты наручники, и что он был привязан к прямоугольному стальному столу. Пол был покрыт белой плиткой, а стены были обшиты стальными полками. Ричер предположил, что это было какое-то хранилище или помещение для приготовления пищи. Затем он снова повернулся к Флетчеру, потому что от одной только мысли о еде ему стало тошно.

- Это молчание? Оно тебе не помогает, — сказал Флетчер. — Ты должен понять, насколько серьезна ситуация. Человек погиб. Он был моим другом. Поэтому ты должен сказать мне, кто ты такой. Ты должен объяснить, почему ты был в его машине. И что заставило его сойти с ума и врезаться в дерево.

Ричер не мог вспомнить ничего о машине, аварии или мертвом человеке, но он понял, что это не укрепит его позицию в переговорах, поэтому сказал: - Снимите эти наручники. Тогда я вам расскажу.

Флетчер покачал головой. - Убедите меня, что вы не имеете никакого отношения к смерти моего друга. Тогда я сниму наручники.

Ричер ничего не ответил.

- Неумно. Я могу заставить тебя говорить, если ты не начнешь сам.

Ричер сказал: - Можешь? Потому что я вижу только одного из вас.

- Тебе не стоит меня проверять. Поверь мне. Так что будь разумным. Убеди меня.

- Тогда ты меня отпустишь?

Флетчер кивнул.

- У тебя есть ключ?

- Конечно.

- Покажите его мне.

- Нет. - Флетчер помедлил. - Почему?

- Чтобы продемонстрировать свою добросовестность. Докажите, что можете сдержать слово.

Флетчер вздохнул и вытащил из кармана маленький серебряный ключ. - Удовлетворены?

- Еще одно. Освободите мою левую руку.

- Сначала говорите.

- Вот в чем проблема. Мое левое запястье сломано. Я чувствую, как оно опухает. Он сдавливается наручниками. Это может быть серьезно. К моменту, когда мы закончим разговор, может быть нанесен ущерб. Я могу лишиться руки.

Флетчер не ответил, но и не убрал ключ.

- Давай. Освободи одну сломанную руку. Что я с ней сделаю? Три здоровые руки все равно будут связаны, а единственный ключ у тебя. Освободи ее, и я буду говорить.

Флетчер еще на мгновение замялся. На месте аварии упоминалось о сломанном запястье. Он помнил об этом. Но он был осторожным человеком. Он переложил ключ в левую руку, достал из-за пояса пистолет Глок, который ему дал Видич, и шагнул вперед, подняв пистолет и положив палец на курок.

Флетчер сказал: - Попробуй что-нибудь, и я застрелю тебя твоим же пистолетом.

Ричер не имел понятия, почему Флетчер считал, что пистолет был его, но у него не было времени на вопросы. Поэтому он просто сказал: - Я понял.

Флетчер продолжал держать пистолет, нацеленный на лицо Ричера. Он наклонился. Вставил ключ в наручники на левом запястье Ричера. Повернул замок. Наручники распахнулись. Они с грохотом упали на пол и ударились о ножку стола. Флетчер выпрямился. Пистолет все еще был в его правой руке. Ключ все еще был в левой. Ричер с трудом сосредоточился на них. Головокружение снова усиливалось, и изображения угрожали разделиться на две части. Ричер заставил свое зрение оставаться четким, затем резко поднял руку и схватил Глок за ствол. Он поднял его вверх и в сторону. Затем он зажал его обратно. Движение было резким и жестоким, и Ричер продолжал его, пока пистолет не оказался в горизонтальном положении, а дуло не направилось на грудь Флетчера. Палец Флетчера был зажат спусковым