Во вражьей шкуре - Александр Николаевич Карпов Страница 20

– В автомобиль, стоящий слева, сложить все свои вещи и оружие. По моей команде занять места в автомобиле справа и в автобусе. Во время движения соблюдать воинскую дисциплину. В контакт с посторонними лицами по пути следования не вступать. Конечный пункт движения – военный аэродром. Время прибытия туда – через три часа. Нас всех разместят в одном ангаре. Там снова переодеваемся в немецкую форму, а свои вещи сложим в родные вещмешки. Вопросы?

Все молчали, но капитан опытным взглядом заметил некоторое смущение на лицах курсантов и оценил общее напряжение. Он сразу определил сам то, что могло больше всего интересовать его подчиненных, а потому, не дожидаясь от них вопросов, сам начал говорить:

– Заброска в тыл врага будет производиться на нескольких бомбардировщиках посадочным способом. Предполагавшаяся для вас парашютно-десантная подготовка была отменена, и, соответственно, заброска на оккупированную территорию десантированием с воздуха не состоится. Горючего для самолетов в частях ВВС и так не хватает. Для обучения парашютистов выделяется кое-что. Но на вас решили не тратиться. Посадка будет осуществляться на недостроенный аэродром. Его когда-то начали готовить для нужд нового аэроклуба, но война помешала закончить стройку. Однако взлетно-посадочную полосу делали с учетом возможного использования ВВС. Поэтому бомбардировщики она вполне может принимать. В конце лета прошлого года туда аварийно сел сбитый в бою СБ. Тем самым он показал, что использовать недостроенный аэродром вполне допустимо.

Глава 2

Осмотревшись по сторонам, Максим привычно побежал вперед, петляя между кустами и деревьями, перепрыгивая кочки. Через полминуты интенсивного бега он спрыгнул в неглубокую, хорошо замаскированную траншею, которая вела в укрытую растительностью полуземлянку, служившую наблюдательным пунктом разведчикам.

– Дуб! – негромко прокричал он пароль, когда остановился в нескольких шагах от входа, чтобы обозначить себя тому, кто поджидал его внутри.

– Рябина! – прозвучало в ответ.

Максим наклонился, чтобы не удариться головой о низкую притолоку, и вошел внутрь. Там выглядело все как обычно. Сверху бревенчатый потолок, с одной стороны – деревянная стена, остальные – земляные. Две вытянутые по ширине и поросшие снаружи травой амбразуры открывали хороший обзор флангов. Одна из них выводила на расположенный примерно в полутора километрах от нее железнодорожный мост через не очень широкую реку с почти пологими берегами, покрытыми густой растительностью. А вторая – на пост охраны на перекрестке из трех дорог, одна из которых вела к тому самому мосту и к расположенной возле него зенитной воинской части гитлеровцев, прикрывавших с воздуха близлежащий к реке участок железной дороги.

– Что у тебя? – просил Максим рядового Фишера, у которого принимал смену для продолжения дежурства и наблюдения.

– Все спокойно, – ответил тот и добавил: – Кухня проезжала туда, а потом назад. Еще какая-то машина была, выгружали что-то. Я все это записал для Шефера. А ты с какими новостями пришел?

– Командир приказал разведать в деталях все то, что касается охраны железнодорожного моста: количество солдат, тип и число орудий, что у них на подступах. Это нужно на тот случай, если минировать его придется для подрыва. И такое вполне возможно.

– Ага! Минировать? – изумился рядовой Фишер, натягивая на лицо злую улыбку. – Там точно четырехорудийная батарея. А еще пулеметы. Мост хорошо прикрыт с земли от воздушных целей. И сам посмотри: пушки стоят на возвышенностях. Это значит, что их легко направить на обстрел всего того, что пойдет на них по округе со стороны любого леса и даже по воде. Ни на катере, ни на барже не подступишься. По земле только пехотой атаковать. Никакая техника к нему не подойдет. Лес слишком густой кругом, считай, непроходимый для нее. Имеется одна-единственная дорога, и та прямая, узкая и подходит с хорошо простреливаемой стороны. Да еще и пулеметы в ячейках по периметру. Не меньше отделения солдат охраны с каждой стороны от полотна дороги и с каждого берега. Разводы караулов круглосуточные. Там в наличии целая рота охраны.

– Значит, против нас не меньше четырех автоматических пушек и столько же МГ-34. Ну и обслуга орудий, конечно, и охрана моста человек на восемьдесят. Знатный мост, раз его так хорошо охраняют, – глядя в одну из амбразур, сказал Максим.

– Вот именно! – согласился Фишер и добавил: – Теперь подумай, как его минировать? Нас в четыре раза меньше, чем фрицев! И мост далеко не хлипкий. Основания капитальные. Чтобы его взорвать, надо много заложить взрывчатки.

– Но у меня приказ обер-лейтенанта Шефера. Так что придется скрытно подойти как можно ближе к мосту и все там как следует посмотреть. Не знаешь, где тут можно это сделать? Сам не примечал еще? – спросил в ответ Максим и перешел к другой амбразуре, из которой открывался обзор на пост охраны возле перекрестка дорог.

Прильнув к биноклю, он почти сразу увидел, как один из немецких солдат в это время бегло заскочил в невысокую дощатую постройку и что-то приложил к голове, находясь в ней, что отчетливо было заметно в небольшое окно, расположенное на ее стене. Пытаясь разобраться в этом, Максим посмотрел в сторону и, разглядывая уже знакомое ему по предыдущим периодам наблюдения место, заметил выходящий из-под крыши сооружения провод, который не видел раньше.

– Смотри-ка, – обратился он к рядовому Фишеру, – да у них там телефонный аппарат есть. А провод от него ведет в сторону моста. Не иначе как у них тут имеется передовой пункт связи. И пост охраны дороги и телефон.

– Я не видел его, – пытаясь оправдаться, ответил Фишер и прильнул к амбразуре рядом, чтобы разглядеть то, что заметил при наблюдении в бинокль его товарищ.

– Значит, связь у них тут постоянная, – протянул Максим и добавил: – Вернешься назад, сообщи об этом Шеферу. Может, его эта информация наведет на нужную мысль.

Фишер покинул его, отправившись к разведчикам. Они расположились на старых, покинутых еще в прошлом году при наступлении гитлеровцев на Москву позициях подразделения связи Красной армии. Места расположения таковых были обозначены на одной из карт, которыми пользовался обер-лейтенант Шефер. Несколько землянок, соединенных глубокими, обшитыми досками и тонкими бревнами траншеями, стояли на возвышенности в редком, не очень густом лесу. Место было выбрано не случайно. Вокруг него все довольно хорошо просматривалось. Неподалеку был ручей, из которого брали воду. Довольно близко проходила дорога, соединявшая несколько населенных пунктов, большей частью покинутых жителями. Она вела на шоссе, служившее в это время важной транспортной артерией для снабжения вражеских войск. При этом дорога была хорошо видна с места дислокации подразделения