Временник Георгия Монаха - Георгий Амартол Страница 126

вселенной так же и еще больше пострадали — одни от (земле)трясения[2130], а другие морем затоплены были. И даже на глубоких местах и в пучинах между[2131] Адриатическим <и Эгейским> морями и во многих других местах вода расступилась и разошлась, как стены <с обеих сторон>, и показалась суша. /И373/ И многие находящиеся тогда в плавании корабли, в бездне[2132] оказавшись, снова поднялись, когда вода вернулась. -Ф С- Непрерывно <и одно за другим>[2133] происходили трясения, и один город в Вифинии /237в/ весь распался, и окрестности его, и многие деревни и поля и многие дела были уничтожены, и город в Геллеспонте под названием Герма весь был разрушен до основания. -С Кроме того, в разных местах много пропастей образовалось, так что люди от страха в горах пребывали, и от бездождия много скотины и людей погибло.

Глава 49

После же Грациана царствовал Феодосий Великий[2134], 17 лет (378-395). Тогда отец Фе[одосиев], по имени также Феодосий, /Б562/ ополчившись против варварских племен, огромные полки победил, сделав удобопроходимыми пределы греческой земли. И хватит об этом. А сына своего, надеждой великого, но малого возрастом — ведь он едва переступил юношескую ступень — передал его на воспитание боярину одному по имени Амаксовий, сообщнику своему /237г/ по нраву и похвалам. Амаксовий же этот кротким научением и суровым убеждением порученного[2135] ему юношу в светлом молчании[2136] жизни его утвердил. Еще тогда, говорят, Феодосий увидел себя во сне царским [венцом] и порфирой украшенным.

Когда же Валентиниан старший умер, Максимин казнитель[2137] <управление> страной Галльской в безумие превратил, и, выдумав какую-то причину, Феодосия старца, победами насыщенного, повелел убить. Феодосий же, [перед] смертью[2138] божественное крещение приняв и для бессмертия возродившись, преставился. В это же время младший Феодосий, бывший в сане дуки, тою же стрелою зависти, что и отец, <был> так же неправедно изгнан Максимином. /238а/ Но Бог его сохранил. Оставшись в том же сане и получив свое имущество, он, по царскому повелению отправившись в Испанию, в отчие земли, где он и родился, там в молчании и кротости жизнь проводил. Он взял в жены Плакиду, которая была [тогда] царицей[2139] и естество разумом, а похвалы славой побеждала. Тогда <и> царей от нее родил. /Б563/

Между тем Валент посылает царю Грациану грамоту, повелевая прислать к нему Феодосия /И374/ По пути Феодосий узнает о смерти Валентовой; он входит в город, называемый Сермий. Готы же беспощадно разоряют все города и страны, <и> греческое войско бежит от <лица> их. Тогда Грациан призывает Феодосия, находившегося в Сермий, и, по /238б/ совету бояр греческих, завидующих ему, посылает его, побуждаемый (боярами), с немногими воинами против такого многочисленного жестокого войска, почтив его, на погибель, саном воеводы[2140]. Ведь царь не распознал злого умысла и зависти, <легко ускользающей по природе>. Феодосий же, ничего не знавший, полностью победив готов, считавшихся непобедимыми, вскоре предстал перед царем с великой победой, увенчанный, по Божьему решению, царским венцом. Ведь после того, как Грациан венчал его, он был облачен в новую и удивительную порфиру, как древний царь. Поскольку плечи его были больше, чем у всех людей, одежды других царей не подходили ему, — <ведь> всех людей был выше ростом, и всякая царская одежда ему была мала — и наконец он воссиял, украсившись порфирой Константина, благочестивого царя, которая пришлась ему впору[2141]. /238в/

Грациан же себе [и] /Б564/ брату Западные [области] оставил, а Феодосию о Восточных заботиться повелел. Совершив много благочестивого и благородного против мучителя Максим(ин)а, пошедшего в Британию[2142], Грациан убит был в Лугдоне мужеством дуки[2143], скорее своими преданный, чем силой врагов захваченный. –Р

Брат же его Валентиниан, живший в [И]талии, будучи напуган убийством брата и угрозой войны, мир, Максимом <лицемерно > ему предложенный с радостной охотой[2144] принял. Тогда Юстина, мать его, с радостью[2145] открыла склонному к добрым речам[2146] сыну нечестивую отраву[2147] арианского еретичества, которое скрывала при жизни мужа своего, /И375/ и убедила (его) Амвросия, противящегося /238г/ ей правым словом, из церкви Медиоланской вооруженной рукою изгнать и в изгнание послать, и церковь разделить, и войну начать против святынь. –Р Р- Тогда Венивол, высокий саном, словами царицы пренебрег; предпочтя воинскому поясу и чину православную веру, бросил свой пояс к царевым ногам. А Максим мучитель, желая от бесчестного <имени> мучителя избавиться и явить себя законным царем, послал Юстине грамоту, <порицая> нечестивое и скверное <намерение> и запрещая вести войну против веры Божией и устои /Б565/ кафолической[2148] церкви низвергать, и с этим начал приближаться к Италии. Услышав об этом, Юстина обратилась в бегство, одновременно от брани и от нечестивой совести, первой /239а/ оказавшись в изгнании, которое иереям готовила. –Р Ф- Бежавший же со скверной матерью царь Валентиниан Италии лишился и из своего царства изгнан <был>. Придя же на Восток, он <так> был принят благочестивым царем Феодосием, что, казалось, он в тех краях скорее царствует, чем в изгнании пребывает. <Благодаря> Феодосию он сразу же очистился от мерзкого еретичества, излив нечистый яд, которым вредила ему неразумная мать, и принял Христа по верному научению Феодосия. И, много наученный Феодосием упованию на веру, он узнал, что царское войско не оружием стоит, а [благими] мыслями. С[л]ово, сказанное Феодосием Валентиниану, было таково:

— Видел я, Валентиниан, сказал он, /239б/ что благочестивые цари <и> без помощи войска часто достигали победы, и покоренные противники становились данниками опередившей (их) победы[2149]. Та[к] божественный Константин, с помощью Божией [возвысившись, Ликиния, Божьего мучителя], потопив, погубил; так и /И376/ славный Валентиниан, твой отец, /Б566/ царством управлял, благополучнейше сохраняя его невредимым от врагов, <так как> Бог защищал[2150] его, и в бесчисленных битвах <невероятные> победы над противниками одержал, множество разных варваров погубив. Валент же, твой дядя, Бога терзая, <осквернил церковь>, скверный, убийством святых и изгнанием святителей и священников и по воле Божией сгорел, готами иссеченный[2151] и побежденный. А ты, идя на войну, держишься имени еретика? Правильно верует во Христа[2152] Валентиниан, /239в/ неправедно изгнавший тебя из царства. Твое неверие помогло Максим(ин)у. Он мучитель только против царя, ты же начал [войну] против Господа <Бога>. Я дам тебе войско и окажу тебе помощь.