Песни для прекрасной - Марен Вивьен Хаазе Страница 56

— Черт, — тихо прошипел он. — Я… Я не могу.

— Что?

— Ты… Слишком много всего произошло. Слишком много, что не отпускает меня. Я хочу этого так сильно, но в то же время… мне становится еще сложнее.

Я тяжело сглотнула. Затем кивнула.

— Ты прав, — сказала я, не в силах признать, как больно резанули его слова. — Давай забудем.

Мне показалось, что в его глазах мелькнула боль. Я еще раз поправила платье, схватила сумку и направилась к двери. Я не оглянулась, потому что, если бы сделала это, сердце подпрыгнуло бы на мгновение, а затем полностью и безвозвратно разбилось на мелкие кусочки.

20. Сьюки

— Может, начнем с эдлибов? Или сразу возьмемся за интро или куплет?

Ривер сидел за фортепиано в своей домашней студии, вновь и вновь повторяя основную мелодию, над которой мы работали. По крайней мере, так выглядела наша продуктивность в этот четверг. Я пришла два часа назад, и первые двадцать минут мы просто молчали. На вчерашний поцелуй на вечеринке мы с Ривером решили дружно закрыть глаза. Как будто ничего между нами не произошло.

— Как скажешь, — я взглянула на него. Точнее, на его спину. Он не поворачивался ко мне, кажется, уже целый час, ограничиваясь короткими фразами. — Или можно сразу взяться за куплет.

— Ну так что? Эдлибы или куплет?

— Куплет.

Он тихо простонал, провел рукой по кофейным волосам и слегка покачал головой.

— Надо было настоять на

Neon Dreams

Она была куда лучше. А сейчас у нас даже текста нет.

— Если продолжишь в таком духе, ничего не выйдет. В любом случае нам нужно работать над чем-то новым, раз с предыдущей песней не вышло и…

— Все бы вышло, если бы ты не сдалась так быстро, — тихо проворчал Ривер.

— Что, прости?

Когда он медленно повернулся ко мне с каменным выражением лица, я презрительно приподняла бровь.

Он скрестил руки на груди. Было очевидно, что он здесь лишь по необходимости, хотя буквально вчера его язык исследовал мой рот. Идиот. Где-то глубоко внутри кольнуло, потому что мне так хотелось, чтобы все было иначе.

— Тебе стоило бороться за ту песню. Изо всех сил.

— Зачем? Даже если мне тоже обидно, Тайриз был прав, — пожала я плечами. — Если он считает, что мне больше подходит поп, а не соул, я ему верю. Соул подождет до следующего альбома.

— Бред. Ты слепо идешь у него на поводу, предавая саму себя, — резко бросил он, нахмурив брови.

— Никого я не предаю. Кто знает, может, мы еще выпустим ее позже, или переработаем, или еще что-то.

— Значит, ты признаешь, что зря похоронила этот трек? — Ривер уставился на меня и стиснул челюсти.

— Я совру, если скажу, что не люблю эту песню, но, возможно, сейчас просто не ее время, и нам стоит сначала выпустить что-то более коммерчески успешное.

— Или ты просто боишься перечить Тайризу и веришь каждому его слову не задумываясь, — фыркнул он и раздраженно закатил глаза. — Ничего удивительного.

В долю секунды я выпрямилась и напряглась.

— На что ты намекаешь?

Прищурившись, он пристально посмотрел на меня.

— Ты всегда так поступаешь.

— Ты совсем рехнулся? — не веря своим ушам, я покачала головой. — Я вообще не понимаю, о чем ты.

Он презрительно фыркнул.

— Прекрасно понимаешь, Сьюки. Хотя бы раз ты задумывалась, как часто Картер тебе лгал? Ты можешь себе представить, что твой такой замечательный брат мог бы тебе солгать?

— Я доверяю Картеру. Он мой лучший друг, у нас нет секретов друг от друга и…

— О, значит, ты, конечно же, рассказала ему про наш поцелуй? — сказал Ривер слащавым, ангельским голосом. В его глазах читалось откровенное самолюбование. — Или нет?

Во мне закипала ярость,

нет

, гнев. Ривер выводил меня из себя.

— С какой стати я должна рассказывать что-то, что не имеет никакого значения?

Тишина.

Мне показалось, я уловила тень разочарования на его лице, но он тут же выпрямился, сжал губы и… промолчал.

— Или ты считаешь по-другому? — я нахмурилась. — Это же была ошибка, да?

Посмотрим, удастся ли мне вытянуть из него хоть что-то и заставить его раскрыться.

— Конечно, ошибка, — ледяным тоном ответил он. — Вторая по величине в моей жизни. Сразу после того, как доверился тебе и Картеру.

— Как хорошо, что мы больше не друзья.

— Это только ваша вина. Ой, прости. Особенно

твоя

и твоей наивности.

Во рту появилась горечь. Его слова причиняли боль, этого я не могла отрицать.

— Я не наивна. Это ты — придурок, который вечно лезет в дерьмо и не может выбраться, даже если будет врать сотню раз. — Я сжала кулаки. Он приоткрыл рот, словно собирался что-то сказать, но я резко мотнула головой. Ни желания, ни сил терпеть этот бред у меня не осталось. — Давай просто работать над песней. Иначе не успеем.

— Пожалуйста. Как скажешь.

Я схватила блокнот, пытаясь сосредоточиться, пока Ривер нервно барабанил пальцами по бедру. Я дергала ногой, чувствуя, что вот-вот взорвусь. Гнев и непонимание нарастали внутри меня, пока я не вскочила и не начала метаться по комнате, чтобы успокоиться. Закрыв глаза, я сосредоточилась на мелодии, которую Ривер начал играть. И тогда мне пришла в голову идея.

— We were young, we were full of

[19]

[Когда мы были молоды, мы были… (англ.).]

…

— Foolishness

[20]

[Глупыми (англ.).]

, — пробормотал он и начал играть мелодию снова.

— Full of

trust

[21]

[Доверяли друг другу (англ.).]

.

Он презрительно фыркнул.

— Как насчет… The day I met you, my life was destined to be ruined but I didn't notice until

[22]

[В тот день, когда я встретил тебя, моя жизнь была обречена, но я не замечал этого, пока… (англ.).]

…

— Until you thought it would be best to blow it all

[23]

[Пока ты не решил, что лучше все разрушить (англ.).]

.

— Until

you

thought it would be best to lie and

[24]

[Пока ты не решила, что лучше солгать и… (англ.).]

…

— It was

you

, who threw it all away and I was the one, who

[25]

[Это был ты, кто все разрушил, а я была той, кто… (англ.).]

…

— I was the one, who was betrayed. The one, who didn't even have a chance

[26]

[Я был тем, кого предали. Тем, у кого даже не было шанса (англ.).]

.