Большая семья - Семён Аркадьевич Кузнецов Страница 34

Тому, кто споткнется здесь раз, не придется уже спотыкаться вторично…

Ваня, идущий впереди, протянув руки в стороны и балансируя, смело вступил на мост.

Юношеский задор вдруг проснулся в Сергее: он почти бегом прошел по двум скрепленным железным рейкам, из которых состоял этот наскоро сделанный мост.

— Бычок № 1! — Сергей увидел впереди бесформенную груду камней и железобетона.

Трудно было представить себе, что здесь возвышалась раньше одна из мощных основ огромного стройного сооружения.

«Итак, последний бычок плотины отбит у врага!» — подумал Сергей.

— Ложись!.. — изо всех сил закричал кто-то рядом. Сергей не успел сообразить еще, что происходит, как у самой плотины, в нескольких метрах от того места, где он находился, в воду упал снаряд. Раздалось страшное шипенье, и столб воды фонтаном взлетел высоко над головой.

Лежа на камнях, Сергей заметил, как Ваня пополз вперед, извиваясь меж камнями и подбитыми орудиями.

«Старый бывалый солдат», — промелькнуло в голове Сергея, и он тут же поймал себя на мысли, что этому «старому» солдату едва ли было больше двадцати двух лет.

Сергей видел, как Ваня остановился и, нагнувшись, осветил фонариком расщелину между двумя большими глыбами бетона. Вдруг откуда-то справа раздались выстрелы. Ваня сразу исчез, словно утонул среди камней. Сергей снова залег и, быстро перекинув автомат с плеча на руку, открыл огонь по тому месту, где, очевидно, была засада врага.

Совсем близко, чиркнув о камень, ударилось несколько пуль. Кто-то из товарищей (Сергей не имел возможности оглянуться, чтоб узнать, кто это), подоспев на помощь, застрочил из автомата.

Впереди, там, где Сергей недавно видел Ваню, что-то взметнулось вверх и вслед за этим послышались раскатистые взрывы.

«Ручные гранаты!» — угадал Сергей. Вскоре он услыхал Ванин голос, что-то надтреснутое и необычное слышалось в нем. «Неужели ранен?» — ужаснулся Сергей и быстро пополз вперед.

— Ваня, Ваня, что с тобой?..

— Кажется, ранили, гады… — застонал Ваня.

Сергей подполз к нему. Неожиданно рука Сергея наткнулась на что-то горячее. Он стал торопливо ощупывать узкое пространство.

— Ножницы! — крикнул он голосом, которого сам не узнал. Так кричат, увидев перед собой внезапно смертельную опасность.

— Ножницы! Скорее! — страшно закричал Сергей еще раз и зажал горящий шнур. Резиновый кожух, внутри которого тлел огонь замедленного действия, сильно накалился. Сергей не чувствовал, как горячая резина обжигала его руку, Михаил уже был рядом с ним. Орудуя саперными ножницами, он старался перекусить шнур. Плотная, как железо, резина не поддавалась.

— Нет! Нет! Не уйдешь!.. — как будто к живому врагу, обращался Михаил к огню, крадущемуся под прикрытием резинового кожуха в тело плотины, чтоб произвести уничтожающий взрыв.

Сергей понял, что этот горящий шнур — последняя ставка врага, который, отчаявшись удержать плотину, решил уничтожить ее.

— Наконец! — Михаил напряг последние силы и перерезал шнур. Отбросив в сторону горящий конец его, он потянул за собой другой, тот, который вел к заряду.

— Да, наконец, — проговорил и Сергей, вытирая пот со лба. Ладонь невыносимо жгло.

— Покажите? — Михаил посветил на ладонь фонариком и покачал головою. — Сильно обожгло.

Быстрым движением он разорвал индивидуальный пакет и завязал Сергею руку.

— А что с Ваней? — обеспокоился Сергей.

— В плечо, навылет… — ответил кто-то.

* * *

На рассвете Лобанов, Сергей и Михаил были уже в центре города.

В горкоме еще работали.

В кабинете секретаря было людно.

Секретарь поднял глаза на прибывших.

— Ну, какие вести? С чем вернулись?

— Все в порядке! — ответил Лобанов и начал рассказывать об операции на плотине.

В кабинете стало тихо. Плотина — это было то, чем жили все присутствующие в последние часы. И вот она спасена: тол и авиабомбы мертвым грузом лежат на дне реки.

Секретарь горкома шумно выдохнул воздух, глаза его блестели.

— Ну вот, значит, живем!.. — воскликнул он и улыбнулся Сергею. — Последняя операция с автоматом.

Автомат лежал на коленях у Сергея, он погладил его здоровой рукой и тоже улыбнулся.

— Жаль разлучаться: хорошая машина, товарищ Кондрат!..

Некоторые из присутствующих удивленно взглянули на Сергея.

Сергей, Михаил и секретарь горкома засмеялись. Обращаясь к присутствующим, секретарь сказал:

— Товарищи, кличка Кондрат — это уже прошлое… Подпольная кличка. Теперь можно раскрыть секрет… Вот рекомендую…

Он встал и по очереди представил Михаила и Сергея.

— Инженер Сергей Федорович Гайдамака. У немцев тоже Гайдамака, партийная кличка Андрей.

Один из присутствующих зашевелился на стуле, а затем поднялся и сказал голосом, прерывающимся от волнения:

— Одну минуточку… разрешите спросить… Ваш отец Федор Игнатьевич Гайдамака?..

— Федор Игнатьевич! — удивленно ответил Сергей. — Вы знаете его?

— Прошу познакомиться, — сказал секретарь горкома Сергею. — Это представитель нашего завода, эвакуированного на Урал, товарищ Кучеренко.

— Представитель завода?.. Значит он знает, где отец, мать, знает, где Вера?..

Сергей не подошел, а подбежал к Кучеренко.

— Так что же вы молчите? Ну, говорите же, рассказывайте!

На сером от въевшейся пыли и пороха лице Сергея возбужденно сверкали черные глаза. Он почти не слыхал объяснений Мирона Белоусова о том, что сидящие в кабинете — бригада с Урала, которая приехала сегодня ночью вслед за нашими частями для восстановления завода.

— Фамилия моей жены — Березкина Вера, Вера Антоновна! Вы не встречали такой?..

— Она работает у нас на заводе. Начальник цеха.

Сергей весь сиял от счастья. Куда девалась усталость, боль в обожженной руке. Он засыпал Кучеренко вопросами. Одна счастливая встреча — и вот он нашел всю семью: отца, мать, жену, о которых свыше двух лет не имел ни малейшего известия.

Кучеренко отвечал обстоятельно, но как-то сдержанно.

«Он чего-то не досказывает», — подумал Сергей и, взяв Кучеренко за руку, уже серьезным тоном спросил: — С кем-нибудь из них, может быть, что-то случилось? Скажите откровенно! Я за эти годы привык ко всему.

— Кроме родителей и жены, у вас есть еще брат Петр? — спросил вместо ответа Кучеренко.

— С ним несчастье? — упавшим голосом сказал Сергей.

— Нет, нет! — ответил Кучеренко. — Он жив, здоров, капитан, командует эскадрильей.

Кучеренко глядел прямо в глаза Сергею и продолжал четко и твердо:

— В прошлом году Петр Гайдамака прислал домой письмо, в котором…

— Ах, вы вот о чем! — облегченно вздохнул Сергей и взглянул поочередно на Мирона Белоусова и Михаила.

Секретарь горкома с улыбкой сказал:

— Если в письме говорится о встрече братьев в необычных условиях, тогда… тогда все в порядке!

— Значит, ошибка? — протяжно проговорил Кучеренко, а обратись к Сергею, сказал: — Сообщение вашего брата стоило вашим родным очень много…

— Поверили?..

— В письме было написано черным по белому, — словно оправдываясь, возразил Кучеренко.

— Вера никаких не сделала выводов? — хрипло промолвил Сергей.

— Вера Антоновна не хотела верить и не верила…

— Значит… надеялась и