Бумажная империя 5 - Сергей Жуков Страница 26

взглянул на моё фото с торжественного парада на Дворцовой, что было крупно напечатано на обложке, а затем на фото Императора, стоящего на балконе Зимнего, что красовалось на соседней странице. После, он молча подошёл к стене, снял оттуда официальный портрет Александра Пятого, что висел практически в каждом заведении, и стал держать его на вытянутой руке, рядом с моим лицом.

— Ну? — не выдержала Вика. — Говорю же, похож!

Гагарин чуть улыбнулся, многозначительно хмыкнул и повесил портрет на место.

— Работать идите, — скомандовал он, направившись обратно к своему кабинету уже вместе со мной.

— Может и правду похож… — послышался за спиной неуверенный голос Стаса.

— Пришёл саботировать работу? — усмехнулся Гагарин, когда я зашёл в его кабинет. — Напоминаю, это всё ещё твоя газеты и прибыль тоже.

— Ты обдумал мой вопрос? — без улыбки спросил я.

Он понял, что шутки кончились и сел в своё кресло.

— Да, без существенного расширения штата, новой типографии и крупных вливаний нам не обойтись, — начал управляющий.

— Тут уже яблоку упасть негде, не говоря уже о людях и новом оборудовании, — заметил я и он согласно кивнул. — Ну, получается у нас нет иного выхода?

— Да, идея одним махом вывести голос улиц на весь город заманчива, но слишком амбициозна, — покачал головой Гагарин. — Да ещё и это разделение по нескольким категориям интересов, что ты предлагал — оно кратно увеличит работу.

— Оно кратно увеличит наши возможности и прибыль, — возразил я. — И когда я говорил про отсутствие возможности расширения штата, я вовсе не имел ввиду то, что мы откажемся от планов развития Голоса улиц.

— А что тогда ты имел ввиду? — насторожился Гагарин, уже привыкший к моим безумным идеям.

Но нет. Похоже, он ещё не привык, потому что реакция его была сверх эмоциональна:

— Что ты хочешь сделать⁈ Как? Зачем? Когда?

Холодный и невозмутимый характер управляющего Невского вестника вмиг испарился, стоило мне только сказать, что нашему изданию нужно своё собственное здание, да побольше.

— Мы давно переросли это место, — спокойно говорил я. — И как бы горько ни было, отсюда давно пора перебираться в помещение попросторнее. Наш офис должен соответствовать статусу крупной городской газеты, плюс пора разделить Невский вестник и Голос улиц, ну и необходимо пространство под полноценную, большую типографию.

— Целое здание… — тихо произнёс Гагарин, отпивая кофе, хотя сейчас ему впору было пить ромашковый настой.

Я уже давно задумался о том, что нам необходимо расширение и прорабатывал варианты. Пока что всё это упирается в крупные инвестиции, на которые вряд ли кто-то из скептически настроенных аристократов решится. Ну или заёмные средства, хотя банковская история у меня скажем так не самая лучшая.

В общем этот вопрос остаётся открытым, но факт в том, что нам нужно большое, современное и презентабельное здание поближе к центру города.

— И к тому же, мне теперь нужен офис, где будет вертолётная площадка на крыше, — блаженно улыбнулся я, вспомнив про серебряную пулю, которой наградил меня Морозов за спасение его сына и всего рода.

Да и в моём поместье теперь нужно будет найти место для вертолёта, благо огромная территория позволяет это сделать.

В этот момент в голове уже был образ серебряного корпуса, стоящего на вершине холма и утопающего в лучах тёплого, закатного солнца.

— Позволь поинтересоваться зачем тебе вертолётная площадка? — с прищуром спросил Гагарин, вероятно догадываясь о чём-то, потому что дальше он спросил: — А ещё подскажи, что тебе всё-таки Морозов прошептал там на трибуне?

Я не мог сдержать улыбки, когда сказал ему про мой новый транспорт.

— Вертолёт⁈ — раздалось восклицание управляющего, да такое громкое, что его услышали греющие уши сотрудники.

— Вертолёт? Где? Что? — словно крики чаек, послышались вопросы любопытных работников, мигом оказавшихся в дверях.

Целых пять минут мне потребовалось, чтобы рассказать про награду от Морозова и про мои ощущения от первого самостоятельного полёта.

— А ты ведь не умеешь пилотировать, — задумался Стас.

— Сомневаешься, что у меня получится? — улыбнулся я.

— Я ничуть не сомневаюсь и готова стать пассажиром-испытателем, — тут же воскликнула Вика и все вокруг загалдели, споря и обсуждая как им хочется полетать на вертолёте.

Мне сразу вспомнился момент, когда я катал пацанов-доставщиков на своей машине как награду за хорошую работу. Пожалуй, можно будет повторить тот удачный эксперимент, вот только надо будет поднять ставки. Уверен, ради такого приза мои сотрудники свернут горы.

— Я серьёзно, у тебя ведь нет лицензии пилота, — вновь сказал щепетильный Стас.

И тут его можно было понять. Поскольку авиация в здешнем мире была уделом небольшой прослойки высшего общества, то как таковых лётных академий и школ не было. Было два пути обучения и получения лицензии — военная служба в лётных войсках, либо частные уроки у опытных пилотов и последующие экзамены в Министерстве транспорта. Морозов конечно же предложил мне несколько кандидатур в качестве инструкторов, но все они конечно же находились в Москве. Так что этот вопрос мне предстоит решить самому.

Уже не став отвечать на бесконечные повторяющиеся вопросы, я прихватил со стола свежий номер Голубой крови с моим портретом на обложке и направился к выходу, бросив напоследок Гагарину, чтобы начинал продумывать необходимое количество площадей для нового офиса.

— Новый офис? Где? Когда? Чур мне отдельный кабинет с кофемашиной! — послышались голоса сотрудников, которые словно пираньи набросились на управляющего.

Свистнув, я позвал Акали, которая всё это время тешилась в лучах любви здешних сотрудниц, и мы вышли на улицу.

Я открыл багажник своей новой-старой машины и собака послушно запрыгнула туда, сразу же свернувшись клубком.

Распутина не обманула и это действительно была полная копия моей машины, что она «одолжила» после проведённой у меня ночи. Единственное отличие — цвет. Под чёрной плёнкой скрывался серебристый кузов.

Неспешно проезжая через перекрёсток Костромской улицы и проспекта Менделеева, я лишь в последний момент заметил летящий на меня грузовик. Ударив по тормозам, я остановил свою машину, чудом избежав трагедии. Акали, сидящая в багажнике, раздражённо зарычала.

— Пристёгиваться надо, — бросил я ей, а затем перевёл взгляд обратно на дорогу на уносящийся вдаль грузовик.

Это был не просто грузовик, это была пожарная машина и, судя по проблесковым маячкам, спешила она на вызов. Чуть замешкавшись, я услышал сзади истошное бибиканье.

Сразу