Ожидается снег - Екатерина Огнева Страница 10

ответил таким же. Досье на Мёллера он изучил, тот не обладал никакими магическими способностями, но техника его слушалась почище ручного тигра. Может, это тоже добавляло злости сторонникам немагической Дальгрии? Технический гений на службе у сверхъестественных сил?

Тех, кто приходил к ним с севера, всегда называли фру Хольда. Старыми они были, молодыми, прекрасными и ужасными. Фру Хольда, несущая снег, повелевающая ветрам, была рядом. В детских сказках, где она награждала трудолюбивых и наказывала лентяев. В балладах, где зимняя всадница одним поцелуем могла заморозить сердце путнику и увезти его в свой край. В сагах о тех, кто зашел далеко на север, но смог договориться с сестрами вьюги и вернуться. И, наконец, в Договоре.

Договор был заключен вскоре после появления Сварта в королевском совете. Текст Никодемус знал наизусть, как и всякий, изучавший магическое право. Очень простой: сторона, именуемая «фру Хольда», согласна сотрудничать со стороной, именуемой «король Дальгрии». Примечаний мелким шрифтом почти не было, со сверхъестественным мелкий шрифт почему-то не работал.

Нынешняя фру Хольда появилась во Фрингене не так давно по меркам своего народа, около пятидесяти лет назад. Тогда же была основана «Погода для вас». Воздействие на погодные условия, превращение их в благоприятные, и прочее. Ник подозревал, что всё гораздо сложнее, иначе каждый фермер уже покупал бы в рассрочку дождь для своего поля. Но общественное мнение считало всё, что творилось за дверями «Погоды», чистой магией. Отсюда и противники самого предприятия и сумасшедшие, желающие пообщаться с фру Хольдой и вернуться домой по локоть в золоте, по колено в серебре.

Никодемус вырос на хуторе. В тех краях еще собирались на долгие зимние посиделки, чтобы рассказывать истории, которые случились по-настоящему. С дядей, троюродным братом, дедом. Вывод, который сделал маленький Ник из этих историй: с хольдами лучше не связываться. Поэтому сейчас он с удовольствием остался бы перед дверью кабинета, но работа есть работа.

Кабинет был самый обычный. Мебель деревянная, того модного еще перед войной с бритонцами периода, когда и цветы, и лозы, и звериные морды. На стенах вместо картин висели в тяжелых рамах карты: водные течения, роза ветров, движения облаков. Книги в одинаковых пронумерованных переплетах на полках, ничего лишнего.

Странным было то, понял он, что присутствия хозяйки в кабинете не ощущалось. Женщины за столом с тем же успехом могло здесь и не быть.

Она была прекрасна, это само собой. Но это было совершенно неважно. Непроницаема, вот это слово. Не понять, сердится она, или радуется, напряжена или ее мысли далеко отсюда. Ник вспомнил стишок, который твердил в детстве по ночам, когда на хуторе начинали трещать от мороза стены, а корову приходилось заводить в сени, чтобы не замерзла насмерть:

'Ледяная королева,

Не держи на нас ты гнева.

Холода смирим огнём,

Хольда, обойди наш дом.'

Его Высочество поклонился первым и задвинул речь о том, как счастлив сотрудничеству. Фру Хольда серебристым голосом ответила, что это честь прежде всего для них.

— Герр Мёллер всё покажет и объяснит. Предполагаю, что вам нужна обзорная экскурсия, а уже потом можно будет обсудить, работа в каком отделе предпочтительнее. А ваш спутник?

— Никодемус Хольст, — представил его принц.

Ник шагнул вперед и неловко поклонился.

— Я отвечаю за безопасность Его Высочества.

— Понимаю, это разумно, — кивнула фру Хольда. — Откуда вы родом?

— С севера, фру. Округ Гамла, озеро Стина.

Она чуть улыбнулась, и в кабинете стало светлее, словно за окном уже выпал снег.

— О, Север гораздо дальше. Но я помню озеро. Там, где Тролльи камни?

— Да, фру. Обжора, Гордый и Соня.

— Раньше камней было четыре, — пояснила она Мёллеру. — Помню, как упал Зубастый, тогда был сильный ветер.

Зубастый, по рассказам стариков, упал уже лет двести как. «Она не человек, — напомнил себе Ник. — Она — буря в человечьем обличьи. И моя задача — уберечь принца посреди всего этого».

Принц держался отлично. Даже когда в отделе бытовой магии на них налетела толпа человеческих и альвовских девушек, на миг оттеснивших Никодемуса. Сосед по квартире, оперный певец, рассказывал, что какого-то известного тенора так лишили костюма прямо после спектакля: разорвали на сувениры на память. Тут дело ограничилось хихиканьем сотрудниц и вежливым обещанием принца непременно зайти еще.

— Надо им завтра пирожные принести, — сказал Юхан, когда они вышли в коридор. — Попрошу на кухне в Розенхофе.

У Ника страшно зачесалось ухо. Точно кто-то полз по нему или тихо, но противно жужжал. Он посмотрел на принца, как учили, но никаких магических воздействий не обнаружил. Проблемой было еще и то, что всё здание давно пропиталось магией.

— В снабжение не хотелось бы, — рассуждал принц. — В технический не возьмут… или возьмут?

— Мы никого туда не берем без предварительной подготовки, — ответил Эрик Мёллер, и Ник выдохнул. На испытания в техническом отделе они смотрели через защищенное прочным стеклом и заклятиями окно. Было очень похоже на полигон для сдачи зачетов по магическим и боевым дисциплинам в университете.

— Тогда надо еще подумать, — продолжил принц. — Это должно достаточно хорошо выглядеть и на фото. Ведь кого-то из журналистов придется рано или поздно впустить внутрь.

Никодемус мрачно переглянулся с Мёллером. По крайней мере, это им одинаково не нравится.

— Приехали! — по коридору навстречу им бежал какой-то человек.

«Мы уже два часа как приехали», — удивился Ник.

— Кто, Маркус? — спросил Мёллер.

— Так полиция же, — удивился человек. — Всех опрашивать.

Если бы Эрик Мёллер был альвом, у него бы уже вовсю дергалось ухо. Но он лишь помедлил, а потом ответил ровным голосом:

— Проводи их ко мне, предложи кофе, я скоро буду. Ваше Высочество, герр Хольст, продолжим?

— Это из-за меня? — удивленно спросил Юхан.

— Нет, что вы. Мы часто консультируем полицию по поводу заклинаний и всякого прочего. Маркус разберется. Пройдем в отдел логистики? Думаю, вам там понравится.

* * *

В дверь кабинета постучали. Наверное, это Вальтер принес кофе.

Заместитель главы планового отдела очень выразительно посмотрела на громко тикающие настенные часы. Рабочий день стремительно летел к концу, и внезапно нагрянувшие сыщики со своими расспросами сегодня были совершенно ни к месту, о чем Маргарете не преминули сообщить несколько раз.

— Я могу идти, фрекен следователь?

— Да, идите, фру, большое вам спасибо за сотрудничество.

Толку с ее допроса было немного. А за дверью и правда оказался напарник с двумя картонными стаканчиками и благоухающим пакетом свежих пончиков. Через два квартала в пекарню ходил, здесь на кухне точно таких не найти.

Закрыв за дамой дверь, он оглядел Маргарету сочувствующим взглядом.

— Ну как? Есть что-нибудь?

Та