Развод. Новый год. Здравствуй, новая жизнь! - Ксюша Иванова Страница 9

Хватаю телефон.

Бедаев! Вот только не это!

Отключаю.

-Давай сюда, - за спиной внезапно появляется Лев и ловко отбирает мобильный. - Я поговорю с ним.

-Ой, Лев, не надо! Зачем тебе это нужно? Я разберусь...

-Как говорит бабуля, лошадь сдохла, лучше слезть, - изрекает "народную мудрость" он, но не звонит, просто держит телефон в поднятой вверх руке, чтобы, видимо, я не достала.

Достанешь тут, если я ему по плечо со своим немаленьким ростом! Пару раз неловко подпрыгнув, как дурочка, наконец, соображаю, что это бесполезно.

-Или ты собираешься простить его и принять обратно? - спрашивает с ноткой презрения в голосе.

Эх, я вообще не думала ещё, что я собираюсь делать!

Вчера было как-то не до этого. Сегодня тем более.

А пора бы уже начинать думать. Потому что вечно обременять своим присутствием людей не будешь.

Но простить и принять обратно? Мне даже думать о таком неприятно.

Телефон звонит снова.

Лев вопросительно поднимает бровь.

-Давай, я сама отвечу?

-Хорошо. Но сначала послушай. Мой дом - твой дом. Можешь жить здесь столько, сколько нужно. И я помогу тебе всем, чем нужно. И защищу. Поняла?

Киваю.

На глаза наворачиваются слезы.

Ведь вот если так подумать... Лев ведь меня и не знает совсем. Я ему - чужой человек! Ну, подумаешь, девчонка, с которой вместе играли в детстве!

А вот... Готов помогать. Почему-то.

-И сегодня Новый год у меня встречаешь. Сегодня точно никуда не отпущу.

Выдыхаю.

Так. Ладно. Только не реветь!

-Давай телефон, - протягиваю руку.

-Согласна сегодня остаться?

-Подумаю.

-Нет, телефон не отдам, если не согласишься, - на полном серьёзе говорит он.

-Лев, что за детский сад?!

-Обещай, что останешься! Иначе я сам ему сейчас отвечу.

-Ладно. Обещаю! Обещаю! - все равно в праздник неудобно напрягать своими проблемами друзей, да и билеты к маме, наверное, в такой день не купишь. А здесь я уже, вроде как, прижилась...

Получаю телефон.

Маршал проходит к дивану и начинает раздеваться, явно намереваясь лечь спать после дежурства.

В нерешительности смотрю в его спину. Разговаривать с Бедаевым при Маршале как-то вот совсем нет желания!

Пишу ему сообщение:

"Родион, я завтра приеду и мы поговорим".

"Нила, ты где?"

"С ума сошла?" - строчит, как из пулемёта, короткими предложениями.

"Я приехал, а тебя нет!"

"Ты ничего с собой не сделала?"

"Ты в больнице?"

Ох, он явно преувеличивает свою ценность для меня. Сильно преувеличивает. Уж покончить жизнь самоубийством из-за его измены мне и в голову не пришло.

Что на это ответить?

Взгляд задумчиво скользит по комнате иииии...

Неожиданно останавливается на спине Маршала.

Вторая обнажённая мужская спина за это утро.

Вторая красивая обнажённая мужская спина.

И вот что у меня за дурь в голове! Просто кошмар какой-то!

Вместо того, чтобы придумать достойный ответ Родиону, я делаю вид, что пишу сообщение, а сама исподтишка пялюсь на Льва.

Ну, что же... Если сравнить Дракона и Маршала, то... Тут и сравнивать нечего. Там - молодой тонкий звонкий, чуть подкачанный, видимо, чтобы было красиво.

Здесь - сила и мощь. Широченные плечи, мощные руки... Наклоняется, стягивая с себя штаны. А задница...

Нервно сглатываю.

Докатилась ты, Нео! Упала ниже плинтуса!

Ты любуешься мужской задницей и у тебя при этом слюнки текут.

Но в оправдание мне можно сказать с уверенностью, что тут точно есть чем полюбоваться!

-Слушай, - вдруг говорит он.

Испуганно дергаюсь всем телом, не зная, куда перевести взгляд. Он мечется по всей комнате, пока Лев разворачивается! Только бы не понял, что я его разглядывала!

-Я диван разложу. И ложись со мной - досыпай. Ещё же рань несусветная. А ты мне выспавшаяся нужна. У нас дел по горло...

Одним движением раскладывает диван. Вторым ловко расстилает по нему простыню.

-Со мной все-таки безопаснее, чем с каким-то там...

Не уверена...

Телефон снова звонит.

Машка! За всеми своими бедами я совсем забыла про неё!

Ну, уж ей-то я не ответить никак не могу.

-Ты спи, не буду мешать, - выскальзываю в общий коридор и нажимаю "ответить"...

11 глава

-Родила, - довольно выдыхает в трубку Машка. - Девочка, три шестьсот. Меня хвалили за то, как я дышала. И вообще, всё хорошо.

Она тараторит в трубку, а я стою посередине коридора и улыбаюсь.

-Слава Богу, Маш! Я так рада! Я поздравляю тебя! От всей души...

-Но, Нила, звоню я тебе не поэтому! - переходит на заговорщицкий шепот.

Жду, боясь даже предположить, что она может сейчас мне сказать.

-Короче, если ты стоишь, лучше присядь.

Ну, вероятно, она видела в роддоме Бедаева? Каким только чудом он смог пробиться внутрь, если даже меня туда не впустили. Но, с другой стороны, для денег нет ничего невозможного. Как и для счастливого отца...

-Сижу уже, не волнуйся, - вру я. Мне кажется, после того, что произошло вчера, меня будет трудно вывести из равновесия. - Говори!

-Короче. Меня положили в одну палату с другой женщиной, рожавшей этой ночью.

Вероятно, с Милой? Только этого не хватало! И Мила, вероятно, рассказала о Бедаеве и встрече со мной?

-Короче, она сейчас пошла к врачу. Ребенок спит. Прикинь, у неё родился мальчишка с тёмной кожей. Не прям совсем, а такой, знаешь...

-Метис, - подсказываю я.

-Да. И волосы такие... Кучерявые. Так вот! Она рыдает все утро! Мол, как я мужчине своему ребенка покажу! Он меня бросит.

Нет, присесть все-таки нужно.

Такое нарочно не придумаешь.

-Так вот я ей говорю, - продолжает вещать Машка. - Что не нужно было с двумя спать одновременно. А она...

Машка начинает хохотать так, что мне становится за неё страшно.

-А она говорит, мол, с негром спала год назад. Просто это генетическая память сработала. Ой, не могу-у-у! И где она, эта память у неё находится? В... В этом самом месте, что ли?

Невольно улыбаюсь.

Ну, если это, действительно, Мила. То... Так Бедаеву и надо! Есть все-таки справедливость на этом свете!

Хотя... Ребенок-то ни в чем не виноват.

А он, бедный малыш, в шаге от того, чтобы лишиться отца. А может, и матери.

-Слышу, что чувствуешь ты себя хорошо. Я рада, - говорю ей. - Ты за Артура не переживай. Телефон его все еще у меня. Я постараюсь с ним связаться в ближайшее время.

-Ой, а его выпустили!