Переводчица для Босса - Никки Зима Страница 20

Деньги, скорее всего, пропали. А на полу раскинулась моя мама — главная драматическая актриса всех времён и народов, которая вместо «Оскара» заработала нам лишь двухнедельную отсрочку и совет поступить в театральный.

— Мам, всё, спектакль окончен, не лежи на полу, — вздыхаю я, чувствуя, как по мне ползут мурашки от обиды.

И протягиваю ей руку.

Она встаёт как ни в чём не бывало и отряхивается.

— Ничего, доча! Они ещё у нас попляшут!

Глава 21

Спустя несколько дней.

В офисе прикрываю за собой дверь и вхожу в кабинет, где расположено царство главы кадровой службы нашей компании.

Прямо напротив Светланы сидит кандидат на вакансию переводчика. Парень лет тридцати пяти в идеально отглаженной рубашке, галстуке и костюмчике.

— Продолжайте, — сажусь в свободное кресло, чтобы понаблюдать.

Парень немного охреневает от моего появления.

— Стресс-тест, — объявляет Светлана ледяным тоном, — перевод контракта. Без телефонов, без словарей. Время — десять минут. Представьте, что вы на переговорах в ресторане.

Результат хитроумного теста покажет, насколько он нам подходит.

Светлана включает запись. Из динамиков вырывается гул ресторана — звон посуды, разговоры, чей-то смех и фоновая музыка.

Кандидат морщится, но берёт в руки ручку.

— Переведите вот этот контракт, точность — прежде всего, — она передаёт чистые листы и распечатку контракта.

Переводчик начинает работу. Бледнея, парень строчит перевод, нервно покусывая нижнюю губу.

Так продолжается ещё минуту, и тут бабах! Из динамика внезапно несётся звук падающего подноса, звон разбитых бокалов, которые ни с чем не перепутаешь.

Кандидат вздрагивает, цепенеет, но через некоторое время берёт себя в руки и продолжает работу.

Он пару раз оглядывается на меня в поисках поддержки, но встречается с моим холодным взглядом. На войне, как на войне, дружок.

На четвертой минуте его ждёт сюрприз от Светланы:

— Теперь дополнительное задание. Медицинская статья. С русского на корейский. Устно.

Она включает перед ним диктофон, который оказывает гипнотическое действие. Кандидат в ступоре. Перед ним листок. Он начинает говорить, запинаясь, что-то мямлит.

Здесь важна его реакция на стресс. В тексте наверняка много незнакомых терминов. Именно они его и ломают. Он отодвигает от себя листок и с трудом выдавливает из себя фразу.

— Мне кажется, я вам не подхожу.

— Уже четвёртый за эту неделю, — отчитывается Светлана, после того как кандидат, торопливо прощаясь, с позором бежит с поля боя, — ищем дальше?

— Однозначно!

Я пришёл на стресс-тест, потому что не поверил ей, что ни один не справился.

Светлана кладёт на стол отчёт и разводит руками.

— Мирон Максимович, ни один не прошёл тест, средние результаты чуть больше пятидесяти восьми по стобалльной шкале…

— Нам нужен переводчик, Светлана Николаевна. Есть вопросы?

— Нет-нет, — Светлана кивает, но отводит глаза.

Ещё через неделю уже сам вызываю её к себе.

— Пока результаты тестов неутешительны, нормальные переводчики с корейского будто исчезли как класс.

Понимаю, что кадровичка старается и не врёт.

— А что там из ваших прежних закромов, у вас же всегда есть скамейка запасных?

— Из свободных только Каренина.

— Каренина? Что-то знакомое. Что за Каренина?

— Лада, та что переводила на последней встрече с корейцами.

Поздравляю, здрасте-приехали. Опять эта распрекрасная соседка.

— И что? Вы хотите сказать, что она справилась с тестами лучше мужчин?

— Профпригодность девяносто один из ста, в стресс-тесте — девяносто шесть.

У нас своя шкала, по которой мы определяем, насколько нам подходит кандидат.

Мужественно переношу этот жестокий удар судьбы по мужскому самолюбию.

— Чёрт с вами, пусть выходит, — я сдаюсь, — но продолжайте искать, вдруг эта ваша Каренина тоже соскочит.

Светлана улыбается. Это что выходит? Эта Каренина только мне не нравится? Выхожу с каменным лицом.

Звонит через час:

— У нас небольшие сложности. Лада готова выйти, но говорит, что может через две недели.

— С какого перепуга? Ей что, работа не нужна?

— Говорит, что её затопили и она вся в ремонте. Вы же знаете, Мирон Максимович, что такое ремонт. Ждёт, когда полы перестелят, а строители день работают, потом на два пропадают.

Этого мне ещё не хватало. За две недели всё может измениться, мне нужен переводчик сейчас.

Звоню Алине.

— Зайди.

Моя ассистент тут как тут.

— Вызвали, Мирон Максимович?

— Найди мне Румянцева, это бригадир отделочников из «Шика», напомни, что у него передо мной должок.

— Да, помню, вы его прикрыли, взяли вину на Эй-Эн Групп, когда он сроки сорвал.

— Точно.

— Что от него требуется?

— Нужно отремонтировать однушку от и до. Чтобы всё было в идеале. Чтобы работали его самые лучшие люди.

— Адрес?

Диктую адрес, у Алины поднимается одна бровь, когда она слышит название улицы и номер дома. Типа интересненько.

— Соседи снизу. Я им большой потоп устроил.

— Когда они должны приступить?

— Сегодня.

Алина кивает.

— Телефон затопленных соседей есть или взять в управляющей компании?

— Телефон у Светланы в кадрах спросишь.

— Материалы?

— За счёт компании, пусть заказчица выбирает всё, что ей по душе.

Вторая бровь Алины ползёт вверх и выгибается в дугу. Мол, интересный поворот — неслыханный аттракцион щедрости от Сухорукова.

Она снова кивает.

— И да, чуть не забыл. Пусть Румянцев поможет выбрать хорошие стеклопакеты, окна у них там совсем хреновые.

— Тоже за счёт компании?

— Да.

Уголки губ Алины тянутся вниз и делают лягушонка.

Глаза выражают лёгкое недоумение: и кому же это у нас так повезло? А главное — за что? Но она быстро справляется с любопытством и эмоциями.

— Будет сделано, шеф! Кстати, Кирилл Валерьевич прилетел. Вы в курсе?

— Я в курсе.

Кирилл вернулся ранним утром из Доминиканы, и раньше вечера я его не ждал.

Удивляюсь, когда Алина сообщает, что Кирилл уже был в офисе с утра.

— Он уехал на объект, передал, что его сегодня не будет, но если что, то он на связи.

Мог бы и позвонить, гадёныш.

Глава 22

Я захожу в холл «Эй-Эн Групп» и на мгновение замираю. У меня внутри всё сжимается от сладкого, трепетного предвкушения.

Это не просто новая работа. Это похоже на воплощение какой-то невероятной мечты. Солнечный свет льётся через панорамные окна небоскрёба, заливая золотом безупречный интерьер.

Воздух буквально звенит от сдержанной деловой суеты — ровный стук клавиатур, приглушённые голоса, ритмичные шаги по глянцевому полу.

Каждая деталь, от дизайнерских светильников до безупречных линий рабочих столов, говорит об отличном вкусе тех, кто обставлял и создавал дизайн этого помещения.

Светлана из кадров встречает меня с тёплой улыбкой. Она проводит меня через анфилады светлых залов, и я ловлю на себе взгляды сотрудников.