Патология влечений. Руководство по профайлингу - Леопольд Сонди Страница 79

Мы провели тестирование побуждений у близнецов. Среди испытуемых было 36 психически здоровых монозиготных пар, 36 однополых и 25 разнополых дизиготных пар – школьников и взрослых (возраст от 8 до 38 лет). С помощью близнецового метода было определено «соотношение сил» между окружающей средой и наследственностью.

Таким образом, на основании близнецовых исследований мы можем высказать следующее мнение относительно подверженности влиянию, внушаемости и воспитуемости представителей восьми побудительных потребностей.

I. Высокая степень подверженности влиянию и, соответственно, воспитанию следующих потребностей:

1) е: потребность в ярости, ненависти, гневе и мстительности, зависти и ревности, которые накапливаются до предела, а затем внезапно взрывообразно разряжаются (другими словами, «злость» в человеке);

2) s: удовольствие от садизма, стремление к агрессии;

3) d: склонность к анальности, а также удовольствие от копания в грязи и присвоения чужих ценностей.

Для этих трех побудительных потребностей сила экзогенных факторов является, по-видимому, большей, чем сила наследственности.

Следует отметить, что многое из отмеченного нами в качестве успехов воспитания при более внимательном анализе разоблачит себя как элементарная «маскировка».

II. Средняя степень подверженности влиянию, внушению и воспитанию представителей потребностей:

4) hy: выставление себя напоказ, постоянное нахождение «на сцене» (в патологическом смысле – эксгибиционизм).

5) т: оральная потребность и желание прикрепиться, к которым относится все называемое «гедонизмом».

III. sh: Низкая степень подверженности влиянию, внушению м воспитанию представителей потребностей:

6) р: стремление к расширению «Я», т. е. властное стремление «быть кем-либо» и возвышению личности; в культурном смысле – тяга к духовности.

7) h: стремление отдавать и получать, нежность и женственность в людях, онтогенетическая склонность к бисексуальности.

8) к: тяжелее всего поддается воздействию тенденция к обладанию, эгоизм, эгоцентризм, аутизм и нарциссизм, поэтому мы называем побудительный фактор к «железобетонным» фактором.

Гуманизация побуждений

Можно ли гуманизировать варварские, бесчеловечные побуждения посредством воспитания и терапии?

Прежде всего, мы должны по-новому определить для себя понятия «гуманность» и «гуманизм».

Гуманность – это поистине редкая судьба побуждений единственной в своем роде, экстремально-позитивной группы людей, которых можно характеризовать посредством двух кардинальных признаков: 1) Их «Я» выбирает из унаследованных и присущих каждому человеку противоположных нар побудительных потребностей и тенденций чаще всего их гуманные формы; 2) их дух распространяет гуманные потребности на каждого человека.

Гуманизмом называется духовное движение, которое борется за расширение любви и распространение гуманности.

Итак, гуманность означает судьбу побуждений; гуманизм же – чисто духовное движение.

Таким образом, гуманизированные люди – это те личности, которые выбирают из противоположных побуждений самые гуманные и распространяют их не только на самих себя, членов своей семьи, единоверцев, представителей своего социального класса, расы, нации, к которым они сами принадлежат, но и на всех без исключения людей.

Лечение побуждений

С помощью экспериментальной диагностики побуждений исследовалась эффективность лечения психически больных шоковой терапией (электрошоком, инсулиновым и кардиазоловым шоком), а также искусственным сном. В ходе экспериментов было установлено, что у не слишком старых шизофреников здоровое, гуманизированное «Я» остается неповрежденным. Оно занимает выжидательную позицию на заднем плане, чтобы в определенный момент (например, в ответ на шоковое воздействие) снова выйти на сцену, с которой его вытеснило негуманизированное шизофреническое «Я».

Лечение сном, как и шоковое воздействие, вызывает изменения в проявлении постоянно борющихся друг с другом полярно противоположных побудительных структур. В ходе экспериментов подтвердилось, что и гуманность, и негуманность присутствуют в нас одновременно, но в одном случае «Я» выбирает негуманность, а в другом (например, после шокового воздействия или лечения сном при психозах) – гуманность. Оба способа терапии позволяют «выманить» на нереднеплановую «сцену» здоровую, гуманизированную часть личности, но только на непродолжительное время.

Как же воздействовать на занимающее позицию «Я», чтобы гуманизированная часть личности «получила аккредитацию» на более длительный срок? Здесь мы стоим перед почти неразрешимой загадкой. Возможно, путь к решению вопроса показывает нам именно глубинно-психологическое лечение неврозов, при котором также необходимо решать эту проблему. Катарсическая конфронтация пациента со своими вытесненными бессознательными стремлениями воздействует почти так же, как и шок от лечения инсулином, кардиазолом или электричеством. Только в этом случае «новое» гуманизированное «Я» специально усиливается и фиксируется посредством новых видов идентификации.

Второй вопрос, требующий обсуждения: действительно ли для длительного изменения в паре противоположностей всегда достаточно осознания инфантильно вытесненного? Ведь Юнг еще много лет назад писал, что во многих случаях конфронтация может осуществляться не только с индивидуальным инфантильно-вытесненным, но и с коллективным бессознательным.

Судьбоанализ предполагает конгломерат трех функций бессознательного:

1. Индивидуальное бессознательное с инфантильным вытесненным содержанием, переработка которого относится к сфере фрейдовского психоанализа.

2. Родовое бессознательное, в котором динамически функционируют латентные родовые побудительные стремления, несущие угрозу. Конфронтация и примирение личности с «латентными предками» – это уже задача судьбоаналитической терапии.

В. Коллективное бессознательное, содержания которого перерабатываются в юнгианской аналитической психотерапии посредством конфронтации с архетипами.

Таким образом, фрейдовский психоанализ – это онтогенез бессознательного, судьбоанализ – его генетика, а юнгианская аналитическая психология – археология бессознательного. Эти три направления глубинной психологии являются родственными, поскольку берут начало из эпохального открытия Фрейдом бессознательного.

Кроме того, все три направления основываются на одной и той же фундаментальной предпосылке, а именно вытеснении и переносе. Однако между ними есть и существенные различия. Во-первых, каждое направление занимается исследованием психики на разной глубине. Во-вторых, методы исследования у них различны.

Онтогенез, генетика и археология бессознательного вместе составляют целостность глубинной психологии. Исходя из самостоятельных, но взаимосвязанных исследовательских направлений, мы можем надеяться на открытие целостной психической картины глубин души.

Остается последний, пожалуй, самый сложный дискуссионный вопрос: достаточно ли человеку для гуманизации только осознания своих индивидуальных, родовых, коллективных латентных побудительных стремлений?

Судьбоанализ дает на это отрицательный ответ. Одного осознания латентных побудительных стремлений недостаточно, чтобы отреагировать их в гуманизированной форме. Человеку нужно оказать помощь в соответствующей разрядке несущих опасность и осознанных стремлений, так как осознание и разрядка – не одно и то же. Побудительная потребность только тогда является безопасной, когда она разряжена или, другими словами, отреагирована. Поэтому судьбоанализ и отмечает значимость выборов в профессии, дружбе и любви.

Взаимосвязь между кругами профессий и наследственностью рассмотрена нами в книге «Судьбоанализ» (1944 г.). Здесь мы хотели бы подчеркнуть еще раз, что соответствующий родовому бессознательному выбор профессии часто представляет наиболее подходящий и длительный способ излечения патологии побуждений. Вот только некоторые примеры, подтверждающие правильность данных выводов.

Недавно мы познакомились с двумя племянниками убийцы, один из которых стал мясником, а другой – хирургом.

Дочь одного венгерского палача ушла в монастырь.

Сестра убийцы матери стала монахиней-миссионером.

Отец морфиниста, который на терапии проявил себя как фетишист дамского нижнего белья, владел фабрикой нижнего белья в Америке и т. д.

Представленные примеры показывают нам,