Восстание меньшинств - Леонид Григорьевич Ионин Страница 21

сознание общих ценностей и/или целей, сознание принадлежности к группе. К таким структурированным единствам, можно относить самые разные группы. Например, семью. Или, например, целое общество. То есть речь может идти о группах самого разного масштаба, отличие которых от категорий и агрегатов состоит в том, что они имеют, во-первых, устойчивую структуру, во-вторых, не менее устойчивое сознание общности. К ним относятся не только «органически» возникшие группы, такие, как семья или общество, но и сознательно, намеренно организованные социальные единства. Это организации, рабочие группы, команды, партии, социальные движения, наконец. Их называют иногда целевыми группами.

Эти три типа групп можно расположить в континууме от полного отсутствия группового единства, групповой структуры, осознания принадлежности к группе до максимальной организованности, наличия жесткой структуры, наличия сознания принадлежности к группе.

Класс в себе и класс для себя

Кому нужна эта приведенная в предыдущем разделе классификация, и чему она может служить? Может показаться, что все это чистая схоластика. На самом деле за этими подразделениями таится глубокий, не только теоретический, но и практический смысл. Нам здесь важен социально-политический смысл этих представлений. И в этой связи приходится вспомнить, что такое «класс в себе» и чем он отличается от «класса для себя». Именно вспомнить, потому что в советское время эти парные понятия входили в обязательное «меню» политического и социального знания, а в наше время, если иногда и вспоминаются, то как пример советско-марксистского «буквоедства и начетничества».

Как известно, Карл Маркс понимал под классами такие социальные группы, которые различаются по их отношению к средствам производства. Различная форма собственности на средства производства и, главное, наличие или отсутствие этой собственности являются, по Марксу, основными критериями классообразования. Но этих объективных критериев еще недостаточно для того, чтобы говорить о классе в полном смысле слова. Это еще класс в себе. Класс в полном смысле, по Марксу, – это класс для себя, то есть класс, осознавший себя как особую социальную группу со своими собственными интересами, противостоящую другим группам. Противостояние, оппозиция данной социальной группы определенной другой группе – это один из важных признаков класса. Такое противостояние может играть мобилизующую роль, превращая класс в себе в класс для себя, другими словами, диффузно и рассеянно существующих индивидов в целенаправленно действующую боевую организацию. Еще одним важнейшим признаком класса является классовое самосознание. Наиболее адекватной формой выражения классового самосознания является, полагал Маркс, политическая партия.

Итак, в рамках марксистской социологии социальный класс в себе – это класс, который не осознает общности своих интересов и свои исторические цели. А класс для себя – это класс, осознавший свое место в истории, свою историческую роль и вступивший в борьбу с другими классами в ходе осуществления этой роли. Соотнесем эти марксистские представления с тем, что сказано выше о классификации групп по степени осознания ее членами своей групповой идентичности. Получается, с точки зрения этой классификации, что Марксов класс в себе — это рабочий класс как статистическая группа или категория. В переводе на язык обыденности это выглядит так: есть некая совокупность людей, ведущих диффузное существование, рассеянных по городам и странам, все они работают на фабриках, ведут одинаковый образ жизни, и при этом не осознают того, что они принадлежат к одному классу – пролетариату, которому предстоит выполнение великой исторической миссии.

Появляется марксизм, нашедший в пролетариате класс, которому суждено осуществить историческую задачу. Марксисты начинают пролетарскую пропаганду, начинают «вносить» в пролетариат революционное сознание, выходят газеты, идет организационная работа по объединению рабочих всех стран для совершения социалистической революции. Возникает пролетарский интернационализм, цель которого выразил лозунг «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!». В 1847 г. в Лондоне была создана тайная революционная организация Союз коммунистов, ставшая предечей огромного числа коммунистических и социалистических партий по всему миру. Вскоре возникло объединение партий – Международное товарищество трудящихся, затем затем Коммунистический интернационал с исполкомом в Москве, ставший организующим центром международного рабочего движения. Это были боевые организации трудящихся всего мира.

Так появилась организация. Так появился класс для себя. А это и есть то, что мы определили как сознательно созданное социальное единство, обладающее организацией, своим сознанием и всеми прочими признаками целевой группы. Но главным здесь была высочайшая степень идентификации членов группы с ее, группы ценностями и целями.

Но самое интересное в том, что, по существу, это те же самые люди. Это те же самые человеческие лица, что некоторое время назад в совокупности представляли собой категорию, то есть статистическую группу, которая ни на что не в состоянии воздействовать даже в индивидуальном, не то что во всемирноисторическом масштабе. А теперь эти люди представляют собой организованную социальную группу, которая поставила себе целью ни больше ни меньше, как изменить ход мировой истории. И надо отдать ей должное, она изменила ход мировой истории. Вот в чем отличие класса в себе от класса для себя.

Разумеется, были и групповые действия иного рода – действия агрегатов, например, что проявлялось в рабочих бунтах, стихийных стачках и т. п. Но это трактовалось как переходные формы на пути к организованной деятельности.

Что, кроме наличия общих ценностей и целей отличает коллектив от категории, или, скажем проще, группу от категории. (1) В группе господствует сознание взаимозависимости, принадлежности к группе. Это даже не столько сознание, сколько чувство, потому что речь идет не столько о функциональной, сколько об эмоциональной зависимости. Иногда это называется корпоративным чувством. (2) В группе существует специфическая нормативная структура. Когда возникает нормативная структура, возникает и конформное по отношению к группе и, соответственно, отклоняющееся поведение. (3) Формируется ролевая структура. Существуют весьма сложно организованные группы, наряду с которыми встречаются крайне слабо связанные образования, соответственно, возникают разные типы структур. (4) Формируются структурные иерархии. Возникает система статусов, система власти, система авторитетов. (5) Складываются групповые границы, например, правила приема в группу и, соответственно, правила исключения. (6) Возникают групповые символы (флаги, эмблемы и т. п.). (7) Формируется групповое владение. Этим не исчерпываются признаки группы как организованного социального единства, но этих признаков, в принципе, оказывается достаточно для описания специфики той или иной социальной группы. Это аналитический аппарат описания групп. В предыдущем разделе мы уже частично использовали его для описания групп меньшинств.

Прослеживая процесс превращения пролетариата из класса в себе в класс для себя и «конвертируя» при этом «класс в себе» в «социальную категорию», а «класс для себя» – в «социальную группу», мы решали две задачи, крайне важные с точки зрения нашего дальнейшего исследования. Во-первых, мы пытались достигнуть некоторого прояснения самой категории меньшинства. Как показано выше, в определениях