Поднебесная: 4000 лет китайской цивилизации - Майкл Вуд Страница 6

Так начался новый век по западному календарю; в то время казалось, что Китай, подобно другим частям света, будет расчленен и поделен между иностранными державами или же превратится в конгломерат региональных государств, как уже случалось в X в. в эпоху Пяти династий или в конце пути империи Юань — периода монгольского правления. В мае 1900 г. войска восьми союзных держав заняли Пекин, а на священной территории храма Неба, оккупированной американскими солдатами, разместился временный командный пункт коалиции. Храм и великий алтарь были осквернены, фасады зданий изуродованы, сады вытоптаны, а кипарисы вырублены. Хранившиеся на складах ритуальные принадлежности были украдены, а музыкальные инструменты сломаны.

Проведенная на солнцестояние 1899 г. ритуальная церемония, таким образом, оказалась последней в своем роде. В 1914 г., уже после падения империи, военный диктатор Юань Шикай, желая подкрепить свои претензии на пост президента, попробовал собрать уцелевшие фрагменты и возродить церемонию. В тщетной попытке воззвать к духам он даже «воспользовался кинематографом», но то, что в итоге получилось, было всего лишь костюмированным представлением. Глубинный смысл архаических жестов, слов и музыки внезапным и удивительным образом испарился.

С этого момента одно потрясение следовало за другим. Революция 1911 г. положила конец империи, просуществовавшей более двух тысячелетий. На ее месте была основана республика, которая за свою короткую жизнь так и не познала мира. XX век с его крестьянскими восстаниями, японской интервенцией, гражданской войной и коммунистической революцией стал для Китая периодом тяжелейшей травмы, к которой добавились катастрофы «большого скачка» и «культурной революции» 1950–60-х. Ни одна другая страна в современной истории не перенесла столько испытаний.

Все эти события были составной частью почти двухвековой революции, которая началась с Первой опиумной войны и результатом которой стало появление современного Китая. Но они — лишь завершающие эпизоды целой серии жестоких катаклизмов, неоднократно происходивших в китайской истории. Начиная с бронзового века, эта история представляет собой череду взлетов и падений многих династий, и на всем ее протяжении китайцы упорно сохраняли идею единого государства, опирающуюся на древний архетип политической власти, который просуществовал вплоть до наших дней. Этот идеал централизованной авторитарной бюрократии, руководимой мудрым императором, его министрами и учеными, как мы увидим, живет в сердце китайской культуры даже после падения империи.

После коммунистической революции алтарь Неба, этот утонченный символ китайской цивилизации, какое-то время использовался в качестве городской свалки; он вообще лишился — пусть даже внешне — последней капли своей сверхъестественной силы. Но в настоящее время он восстановлен как общедоступный памятник под открытым небом и вновь окружен кипарисами. Те, кто приходит сюда в пору зимнего рассвета, вероятно, все еще могут прикоснуться к миру древних и почувствовать их мысли.

Завершившая собой 2200-летний период Китайской империи, церемония 1899 г. ныне выглядит притчей, событием, подводящим черту под драматическим прошлым и формулирующим вопросы, которым еще суждено возникнуть. Что именно происходит в тот момент, когда великая и древняя цивилизация, вбирающая самое большое население в мире, переживает крах, сопровождаемый гигантскими и разрушительными судорогами насилия? Каким образом она может обновиться? Наконец, что это значит — быть современным? История не знает других примеров столь масштабного и всеобъемлющего цикла перемен. И теперь, в XXI в., вновь вспоминая о тех поразительных событиях, мы также имеем право задаться вопросом о том, какими были движущие идеи этой цивилизации и как с подобным прошлым соотносится нынешний Китай. Так воздействует ли китайское прошлое на китайское настоящее? И каким образом эта история повлияет на будущее страны в ключевые десятилетия, которые определят судьбу планеты и в которых Китаю предстоит сыграть важнейшую роль?

Глава 1. Корни

Знакомство с китайской историей следует начинать с географии. Сегодня Китай представляет собой огромную страну, простирающуюся с юга на север от пустынь Синьцзяна и Тибетского плато до гор Бирмы и Вьетнама и от девственных просторов Маньчжурии до приграничной реки Ялуцзян. Путь от Кашгара на крайнем западе Синьцзяна до столицы составляет 4000 километров. В северных регионах Китая большую часть года стоит холодная и зачастую ненастная погода, а в южных регионах господствует субтропический климат; в одних частях страны выращивают просо и пшеницу, в то время как в других культивируют рис. Древнейшие в мире зерна одомашненного риса были найдены на китайском юге при раскопках поселений, которые датируются началом VII тысячелетия до н. э. При наличии столь разительного природного и климатического контраста два великих климатических пояса Китая на протяжении тысячелетий отличались друг от друга по населению, языку и культуре, причем этот контраст сохраняется и поныне.

Но какими бы бескрайними ни были эти внешние земли, историческая колыбель Китая намного компактнее. Она расположена между Желтым морем и предгорьем — там, где две великие реки спускаются с высокогорных плато Цинхая и Тибета. На севере, по берегам Хуанхэ (Желтой реки), зарождались первые государственные образования, а на юге, в долине реки Янцзы, позднее сложился главный центр, обеспечивающий подъем народонаселения, благосостояния и культуры. В эпоху империи Хань, соответствовавшую римскому периоду в истории Запада, китайское государство впервые распространило свою власть за эти пределы, достигнув оазисов Центральной Азии, а в VII в. н. э. империя Тан на какое-то время установила непосредственный контроль над Синьцзяном. Однако большую часть истории территория Китая ограничивалась пространством между двумя реками. Нынешние гораздо более обширные границы Китайской Народной Республики утвердились лишь в XVIII в., когда огромная многоплеменная империя маньчжуров, которая называлась Великая Цин, простерла свою власть на Монголию, Синьцзян и вассальный Тибет.

Сегодня исторический центр страны с севера на юг можно пересечь на поезде меньше чем за один день. Реализация одного из многих поразительных инфраструктурных проектов недавнего времени полностью преобразила сферу общественного транспорта, и скоростной поезд покрывает расстояние в 2300 километров от Пекина до Гуанчжоу всего за восемь или девять часов. Тем, кто предпочитает путешествовать в более умеренном темпе, 24 часов на поезде с остановками хватит для того, чтобы пересечь долину Хуанхэ и добраться до цветущих южных областей — до исторической области Цзяннань, «страны к югу от реки», о которой с таким чувством писали китайские поэты. Это будет путешествием не только в пространстве, но и во времени. Оно позволит нам, глядя из окна, рассмотреть более глубокие исторические закономерности, древние очертания ландшафта и цивилизации.

Первые цивилизации в долине Хуанхэ возникли не на морском побережье, а на центральной равнине, ближе к тому месту, где эта река стекает с гор. Ниже по течению раскинулись широкие, постоянно меняющие свои очертания