Конец истории КПСС - Виталий Юрьевич Сарабеев Страница 22

Летом 1991 г. в ряде городов прошли съезды рабочих, на которых стоял вопрос о проведении Всесоюзного съезда рабочих. На II Инициативном съезде коммунистов России 30 июня 1991 г. была принята специальная резолюция об организации рабочего движения. А ЦК КП РСФСР принял решение провести аналогичный российский съезд рабочих и крестьян осенью 1991 г. Однако к этому времени многие рабочие движения и организации уже провели свои учредительные съезды и конференции, конституировались на всесоюзном и республиканских уровнях независимо от партии, без ее поддержки и уходя в непримиримую оппозицию к ней. Время было упущено.

В информации отдела ЦК КПСС по связям с общественно-политическими организациями от 26 июля 1991 г. «крайне непродуктивной» была названа позиция пассивного отрицания или противодействия возникновению рабочих организаций. Но при этом отдел предлагал занять двусмысленную позицию: не инициировать проведение съездов рабочих в регионах, если таких инициатив в них не возникает, но включаться в их подготовку и проведение там, где этот вопрос назрел, т. е. опять не руководить процессом консолидации рабочего движения, а пытаться перехватить инициативу, если объявятся силы, которые возглавят этот процесс. «Хвостизм» — так в партии исторически называлась подобная болезнь.

Авторы называли съезды рабочих «преходящей и специфической формой рабочего движения, обусловленной особенностями нынешней ситуации в стране» — по недомыслию или осознанно отрицалась сама возможность консолидации рабочего класса, превращения его из класса «в себе» в класс «для себя». Они выражали уверенность, что в дальнейшем «по мере формирования эффективных систем социальной защиты, обновления и усиления деятельности КПСС и профсоюзов» потребность в таких съездах отпадет. Партийным организациям рекомендовалось действовать на основе постановления Политбюро ЦК КПСС «О позиции КПСС в рабочем движении страны»[187].

В этом постановлении отмечалось, что рабочее движение развивается «в общем русле обновления общества». Вся противоречивость его развития сводилась к тому, что, с одной стороны, оно способствует проведению реформ, но, с другой стороны, «нередко порождает неконституционные действия, наносящие ущерб экономике». Негативно оценивалась деятельность ряда зарубежных профцентров за вмешательство во внутренние дела СССР и внесение раскола в советские профсоюзы и противопоставление рабочих организаций КПСС. Признавалась неготовность руководящих органов партии и большинства партийных организаций к новым явлениям в рабочем движении. Партийные организации призывались к осуществлению «незамедлительных, энергичных и в то же время взвешенных действий, направленных на восстановление и укрепление естественных взаимосвязей между КПСС и рабочей средой». Впервые на официальном уровне было заявлено о необходимости «емко отразить» отношение КПСС к рабочему классу в новой Программе партии и провести специальный Пленум ЦК, целиком посвященный вопросам рабочего движения.

Провозглашалась задача «освобождения рабочего движения от экстремизма», «не допускать превращения рабочего движения в сферу конфронтации». Рабочее движение должно составить «основу общегражданского согласия в нашем обществе». «В трудовых коллективах активно формировать настроения трудящихся в поддержку проводимых в стране прогрессивных преобразований» (т. е. в сторону рынка), при этом представлять КПСС «партией социальной защиты трудящихся». «Каждый партийный комитет должен выработать меры по смягчению социальных последствий» перехода к рынку для каждого предприятия. «Сосредоточить внимание коммунистов на реализации инициатив трудящихся, направленных на повышение их роли в управлении производством, решении конкретных проблем жизни трудовых коллективов». «Содействовать созданию рабочих клубов, других форм реализации политической активности рабочего класса». «Содействовать выполнению соглашений профсоюзов с правительственными и хозяйственными органами» в противовес «разрушительной и противоправной стихии забастовочного движения» (т. е. социальное партнерство). Организация экономической и правовой учебы трудящихся, нацеленной на приобретение ими знаний, прежде всего связанных с переходом к рыночной экономике. Активно противостоять попыткам раскола профсоюзного движения; добиваться широкого представительства рабочего класса, выражения его интересов в Советах народных депутатов и других выборных органах. Через депутатские группы коммунистов в Советах добиваться принятия нормативно-правовых актов, защищающих жизненные интересы рабочего класса в условиях рынка. «Приоритетны вопросы разгосударствления в пользу коллективных форм собственности»[188].

Таким образом, только перед самым запретом партии Политбюро от имени всей партии и за всю партию, уже переживавшую в это время раскол, попыталось определить отношение к нарастающему рабочему движению. Это было сделано вынужденно, под влиянием хода событий, когда партии как единого целого уже не существовало, а потому позиция ее Политбюро уже не могла рассматриваться как позиция всей партии. Партия на то и партия, чтобы постоянно отслеживать изменения социально-классовых отношений в обществе, определять и корректировать свое отношение к разным социальным классам и группам общества, успешно руководить борьбой своего класса и реализовывать его интересы, когда она становится правящей партией. КПСС же предала забвению это важное теоретическое положение марксизма и оказалась на обочине политического процесса.

Однако еще годом ранее данные социологических опросов делегатов XXVIII съезда и проходившего накануне его российского партийного съезда свидетельствовали об абсолютном неприятии определения КПСС как политической организации рабочего класса. Делегаты обоих партийных форумов в массе своей (80 % по опросам) видели КПСС «партией консолидации всех слоев общества, поддерживающих идеи социализма»[189]. Правда, эти идеи уже понимались по-разному даже внутри Политбюро. При этом более 80 % делегатов поставили во главу угла государственной политики интересы некоего абстрактного человека, а интересы классов оказались вообще на последнем месте[190]. Впрочем за абстрактными рассуждениями о том, что интересы некоего человека выше интересов государства, читалось стремление обеспечить право частного собственника.

К началу XXVIII съезда КПСС общество подошло уже крайне поляризованным: по данным социологов, 20 % респондентов вообще считали партию не нужной, столько же (почти как делегатов съезда) видели в партии организацию рабочего класса. А идея консолидации вокруг партии всех слоев общества, поддерживающих идеи социализма, оказалась приемлема лишь для 36 % опрошенных. Каждый четвертый вообще затруднился определить свое отношение к вопросу, какой должна быть партия[191].

После съезда в партии и обществе усиливаются процессы социального и идейно-политического размежевания. Однако в плане первоочередных пропагандистских и организационных мероприятий в связи с итогами XXVIII съезда, утвержденными Секретариатом ЦК КПСС, еще предполагается «вести широкий диалог с общественно-политическими организациями, объединениями и движениями, использовать встречи со всеми группами населения „в интересах консолидации общества“»[192]. Эта двойственность между провозглашаемым «общенародным» характером партии и растущим сопротивлением ее политике так и не будет разрешена, еще более разрушая единство партии, усиливая отток из нее рядовых коммунистов, среди которых наблюдались и антирыночные настроения. Так, по данным исследований, каждый четвертый делегат XXVIII съезда КПСС безоговорочно считал, что переход к рынку — предательство социализма[193]. Только 4 % из 363 опрошенных делегатов съезда рабочих Москвы, состоявшегося в июле 1991 г., высказались