По эту сторону истории. В защиту другой историографии - Ахим Ландвер

Ахим Ландвер

По эту сторону истории. В защиту другой историографии

УДК 930.1

ББК 63.01

Л22

Редакторы серии «Интеллектуальная история» Т. Атнашев и М. Велижев Научный редактор А. Олейников Перевод с немецкого В. Котелевской

Ахим Ландвер

По эту сторону истории. В защиту другой историографии / Ахим Ландвер. – М.: Новое литературное обозрение, 2026. – (Серия «Интеллектуальная история»).

Действительно ли история такая, какой мы привыкли ее представлять, – всеобщий, однонаправленный и необратимый процесс, идущий из прошлого через настоящее в более или менее предсказуемое будущее? Ахим Ландвер в своей книге ставит под сомнение эту концепцию, созданную европейской культурой и претендующую на универсальность. На различных примерах – от календарей и часов до ядерных отходов и литературных экспериментов Клода Симона – автор показывает, что за привычным взглядом на историю скрывается сложное переплетение времен, а вовсе не трансцендентная сила, возвышающаяся над событиями. Это защита «другой историографии» – не утешающей своей определенностью, а открывающей пространство нереализованных возможностей. Книга не обещает простых ответов, но помогает лучше ориентироваться в мире, где времена больше не выстраиваются в единую линию. Ахим Ландвер – профессор истории раннего Нового времени в Констанцском университете.

ISBN 978-5-4448-2946-2

© Wallstein Verlag, Göttingen, 2020

© В. Котелевская, перевод с немецкого, 2026

© Д. Черногаев, дизайн обложки, 2026

© OOO «Новое литературное обозрение», 2026

Настоящее и прошедшее,

Вероятно, наступят в будущем,

Как будущее наступало в прошедшем.

Если время всегда настоящее,

Значит, время не отпускает.

Ненаставшее – отвлеченность,

Остающаяся возможностью

Только в области умозрения.

Ненаставшее и наставшее

Всегда ведут к настоящему.

Т. С. Элиот. Четыре квартета 1

Предисловие к русскому изданию

Обращение к теме времени может показаться странным по разным причинам.

Прежде всего, многочисленные явления, привычно объединяемые понятием «время», настолько обыденны, что, кажется, едва ли заслуживают внимания. Время просто существует, мы во власти времени, мы не можем ни забыть его, ни преодолеть, в лучшем случае им можно с выгодой управлять. Что еще тут можно добавить?

Что ж, очевидно, немало. Нам показывает это другой, внушающий чуть ли не благоговение взгляд на «время». Ведь, как известно, столь тривиальное понятие рассматривается и на самых высоких уровнях абстрагирования. Будь то соображения философские, социологические, астрофизические или связанные с квантовой теорией, ни одно из них не обходится без порой крайне сложного теоретизирования, которое сводится в итоге к неразрешимому, может статься, вопросу о том, что же такое это загадочное время.

Помимо представлений о чрезмерной сложности времени существует (как минимум) еще одна, третья точка зрения на этот предмет (если время вообще можно назвать «предметом»). Эта позиция признает значимость связанных с ним феноменов, но принимает их преимущественно как нечто само собой разумеющееся.

Именно этот мнимо самоочевидный подход к теме времени побудил меня написать эту книгу. В моей родной специальности, в исторической науке, вряд ли кому-либо нужно объяснять, что время значимо и почему оно значимо. Однако как только это фундаментальное условие признано, время принимается как данность и рассматривается в качестве бесспорной рамочной категории. Время – это среда, в которой может совершаться то, что обычно называют историей.

Тема времени неоднократно и глубоко осмыслялась в исторической теории. Так что здесь я, разумеется, совсем не первопроходец. И все же у меня складывается впечатление, что в этой констелляции проблем все еще таятся неразрешенные трудности. Исторической науке, которая по сути своей далека от теории, поскольку сосредоточена на исследовании событий, а не на самих принципах исследования, эта историография могла бы, опираясь на свою исконную область – вопросы трансформации и темпоральности, – предложить собственные теоретические положения, которые затем могли бы быть приняты другими дисциплинами: это в корне изменило бы существующую ситуацию, когда историческая наука односторонне полагается на их теоретические разработки.

Вопросы темпоральности связаны для меня не только с конструктивными возможностями теории истории, но и с практическими аспектами. Заниматься теорией времени вовсе не означает находиться вдали от повседневности. Напротив, с помощью понятия хроноференции, которое я, помимо прочего, ввожу в этой книге, я надеюсь лучше описать конкретные исторические и социальные формы обращения со временем. Речь идет об абстрактном понятии, служащем для описания конкретных временны́х практик.

Хотя, безусловно, некоторые кажущиеся маргинальными размышления о времени или исторической теории вряд ли окажут решающее влияние на политику или общество, тем не менее не следует упускать из виду, что не существует ни одного политического конфликта или социальной проблемы, которые обходились бы без моделирования времени. Любая попытка оказать политическое влияние неизбежно связана с выдвижением, а зачастую и установлением определенных хроноференций, которые связываются с идеальным образом желанного, порой безнадежно ностальгического прошлого – оно обещает лучшее, а то и лучезарное будущее. Разумеется, существуют и негативные варианты этих желанных проекций – презираемые состояния прошлого, от которых стремятся освободиться, а также апокалиптически окрашенные будущие, протягивающие свои ядовитые щупальца в настоящее.

Я пишу это предисловие осенью 2025 года – в политической ситуации, когда война, массовые изгнания, сворачивание демократии, набирающие силу авторитарные и диктаторские режимы, открытое презрение к инакомыслящим и инакосущим, экономическое неравенство и уничтожение окружающей среды достигли таких масштабов, которые еще недавно казались попросту немыслимыми, по крайней мере экономически привилегированной части мирового населения. Разве мы уже не оказались на «правильной» стороне истории в поворотную эпоху 1989‑го —1990‑х годов?

Конечно, здесь невозможно вмешаться с помощью одних лишь соображений о теории времени и теории истории. Но с помощью таких понятий, как хроноференция, можно лучше описать не только эту сумятицу, но и, что еще важнее, альтернативы. Потому что время не просто «есть», потому что мы не должны позволять себе внушать, где бы мы ни жили, будто существует неумолимая и неоспоримая стрела времени, уготовившая нам это настоящее и столь же неоспоримо направляющая нас в определенное будущее, но потому что времена во всем их многообразии, или, точнее, многовременность, являются порождениями культуры.

Мы меняем миры, мысля их иначе. И осмысление времени играет в этом инакомыслии отнюдь не последнюю роль.

Ахим Ландвер

сентябрь 2025 года

Имманентность исторического

Введение

Повсюду времена

Порой достаточно выглянуть в окно – а лучше, пожалуй, выйти прогуляться. Подобно тому как производители наклеивают на товары стикеры с указанием срока годности продукта, мы, бесцельно слоняясь, можем снабдить знакомые окрестности датами. Дом на другой стороне улицы был построен без малого сто лет назад. Через две улицы нас поджидает уже XIX век, а ближе к центру города найдутся жилые дома, которые на добрую пару веков старше. С противоположной стороны огромный незастроенный участок, где экскаваторы и грузовики выводят крест-накрест свои па-де-де, сообщает нам о домах, которых пока нет и в помине, но их будущие жильцы уже сейчас, сияя с гигантских рекламных щитов счастливой улыбкой, фланируют среди залитых солнцем зеленых насаждений. Позади легко различить лесной массив, среди него высятся дубы причудливой формы, и остается лишь гадать, о каких временах они могли бы поведать. Если бы мы только понимали их послания! За углом мужчина средних лет садится в свой автомобиль – раритет, десятилетиями колесивший по дорогам, состояние которого, освященное временем,