Развод. Разбитые мечты - Марго Лаванда Страница 8

Но вдруг, на секунду, его голос меняется. Становится тише.

— Ты неважно выглядишь, — произносит он уже почти без злобы. — Сейчас приедем и я вызову врача.

Откидывается назад, закрывает глаза и делает глубокий вдох. Я смотрю на его руки — сильные, напряженные, они сжаты в кулаки. Он тоже на пределе.

Мы оба в клетке, просто с разных сторон прутьев.

Я отворачиваюсь к окну. С момента начала нашей перепалки я даже не заметила, что мы тронулись с места. Уже едем по трассе.

Закрываю глаза. Впервые с самого начала нашего разговора позволяю себе просто… устать. Забыть на пару мгновений, что рядом — огонь, холодный, беспощадный. Габриэль. Мой враг.

И возможно, мой единственный шанс выжить.

Я даже забываюсь коротким сном. А когда открываю глаза, понимаю — мы уже за чертой города. Здесь дышится легче. Очень много зелени. Двухэтажный дом, лаконичный, из черно-белого камня, утопает в деревьях. Тихий, отстраненный, будто специально спрятанный от остального мира. Высокие, железные ворота скользят в сторону беззвучно, как в кино.

Большие панорамные окна, холодный и величественный, очень стильный дом, он встречает меня тишиной. Ни запаха еды, ни шума телевизора. Только шелест дверей, мягкий свет из встроенных ламп в потолке, и звук каблуков пожилой служанки, которая, не глядя мне в глаза, ведет меня наверх.

Второй этаж. Гладкий деревянный темный пол, коридор. Меня проводят в просторную спальню. Огромная кровать в центре, стены серо-бежевые, свет приглушенный. Никаких фото, никаких личных вещей.

— Меня зовут Анна, если вам что-то понадобится, только скажите.

— Спасибо. Можно мне воды? И я бы хотела отдохнуть, чтобы меня не тревожили.

Мне хочется заползти в угол, свернуться и исчезнуть. Но я дохожу до кровати, ложусь, и тело словно проваливается в темноту. Ни мыслей. Ни снов. Только беспамятство.

Глава 9

— В шкафу есть необходимые вещи, — говорит служанка. — Вы можете переодеться.

— Спасибо, — киваю.

Перед тем как расстаться с Габриэлем, я пробормотала о своих вещах. Только когда уже приехали сюда, мне это пришло в голову. Он лишь бросил коротко:

— Ни о чем не волнуйся.

Я не поняла, что он хотел этим сказать.

Я хотела свои вещи. Выбранные для ребенка, и собственную одежду, пусть гардероб и очень немногочисленный.

Здесь на самом деле целый шкаф одежды. Абсолютно новой. Есть и белье. Половина вещей — для беременной.

Кто приготовил это все для меня?

Я теряюсь в догадках, но слишком утомлена, чтобы долго размышлять на эту тему.

Удивительно, но у меня нет паники, я не задыхаюсь. А ведь с момента побега я не выношу вида закрытой двери. Не могу находиться в замкнутом пространстве. Малыш толкается. Улыбаюсь. Прикладываю руку к животу. Разговариваю с дочкой мысленно.

На УЗИ малыш не хотел каждый раз показываться. Я — хочу дочку. Сладкую малышку. Она будет доброй и веселой. И ни капли не похожей ни на отца, ни на Каролину.

Эгоистично? Возможно! Пусть будет так! Я эгоистка.

С такими мыслями и ласковыми бормотаниями, общением со своей малышкой, я снова засыпаю.

Просыпаюсь от странной тишины. Окно залито светом. Я даже не сразу понимаю, где нахожусь. Все тело ломит. В голове ватное эхо. Уже утро. Ничего себе я сплю!

Хотя, от такого стресса — немудрено.

Я сажусь, и почти сразу же слышу стук в дверь. Она открывается, на пороге появляется Габриэль. В идеально сидящем темно-сером костюме. Мне сразу становится неловко, за то как сама выгляжу. Наверняка ужасно растрепанная после сна. Опухшая, возможно. Почему рядом с ним я всегда в самом невыгодном свете?

— Ты как? — спрашивает сухо.

— Я… спала. Кажется, очень долго. Это стресс.

— Пятнадцать часов, если точнее. Надеюсь, тебе хватило. — Он подходит ближе. — Нам нужно ехать в больницу.

— Зачем? — во мне поднимается паника. Я не хочу видеть Анри! Я этого просто не вынесу…

— Чтобы соблюсти приличия. Ты должна появиться. Он все еще твой муж, Кира.

Слова звучат странно, колко. Но я не спорю. Просто молча собираюсь. Надеваю платье из шкафа. Голубое. Цвет неба. Мне хочется чего-то простого и очень светлого. Платье мне идет. Расчесываю волосы и оставляю их распущенными.

В машине мы едем молча. Габриэль сел сам за руль, я заняла место сзади.

Больница встречает запахом антисептика и тревоги. Все как в тумане. Мы поднимаемся по этажам, идем по коридору. Холод в груди усиливается с каждым шагом.

А потом я вижу рыдающую Каролину.

— Он умер, Габриэль! — кричит она, увидев старшего сына. — Ты не успел… Мы все не успели…

Я не знаю, как реагировать. Просто замираю. Из меня будто выпустили весь воздух. Каким бы ужасным, жестоким не был со мной Анри, я не желала ему смерти! Не желала!

Воздух словно вылетает из легких. Все плывет перед глазами. Но слезы нет. Я так много плакала… Теперь я пуста.

Каролина вдруг бросается ко мне, как вихрь налетает, ее лицо перекошено ненавистью.

— Это все ты! — кричит она, набрасываясь, будто хочет ударить. — Ты проклятая ведьма! Ты его убила!

— Нет, я… — я пячусь назад, не зная, куда деваться. — Я…

— Ты разрушила его! Ты сожгла его изнутри, стерва неблагодарная! Он любил тебя! Он все ради тебя готов был сделать… а ты сбежала. Ты украла его сына!

Слова Каролины хлещут будто плетьми. Высокий визгливый голос пронзает до костей.

Я сжимаюсь, прикрываю живот руками. Габриэль встает между нами.

— Хватит. — Его голос глухой, но властный. — Мама, ты вредишь себе. Прекрати истерику. Этим не поможешь.

— Ты защищаешь ее?! — Каролина бледнеет от ярости. — Она — мерзкая, лживая… Ничтожество!

Но Габриэль не отступает. Он обнимает мать. Отводит ее от меня.

— Уведи ее отсюда, — шепчет Каролина. — Иначе я за себя не отвечаю.

— Сначала тебя отведу. В палату. Попрошу сделать успокоительное. Кира, жди здесь.

Бросает как собаке.

И все же, он заступился за меня.

Или я хватаюсь за любой самый незначительный жест? Благодарная уже тому, что хотя бы он сам не обвиняет. Пусть и ненавидит. Презирает.

Я ведь знаю, что это так.

Я все еще слышу рыдания Каролины.

— Сыно-ок! Как я буду без тебя? Как?

Внутри меня пронзительная пустота.

Анри больше нет. Я больше могу не ждать развода.

Теперь я вдова.

Вот только свободна ли я??

Глава 10

— Мне… мне жаль, — выдыхаю шепотом, глядя в пол.

Жаль Анри. Я не желала ему смерти. Но никому не интересны мои чувства. Каролина