Красный зайчик - Девин Риверс Страница 7

— Парень не удовлетворяет в постели, принцесса?

— У него все нормально, спасибо.

— «Нормально» — это не то, как я хотел бы, чтобы меня описывали.

— Я не это имела в виду, — сказала она. — И мы помолвлены.

— Точно, мистер «Я решаю, что тебе носить». Звучит как победитель.

— Он просто немного контролирующий.

— Скорее мудак.

— Может, мне нравятся контролирующие мудаки.

— Нет, тебе нравится власть и доминирование. И можно быть контролирующим, не будучи при этом мудаком.

— Есть разница?

Я бросил на нее короткий взгляд через плечо и на секунду позволил себе подумать обо всех способах, которыми я мог бы показать ей, в чем именно заключается эта разница.

— О да.

К ее чести, она ни разу не отстала и не жаловалась, хотя я был уверен, что и то, и другое обязательно случится. К обеду я увидел впереди вершину хребта и, сделав последнее усилие, добрался до нее. Вид был потрясающим, и я услышал, как Кэйлин восхищенно пробормотала что-то, подойдя сзади. Но затем последовало ругательство, и я понял: она увидела то же, что и я. Огромное пространство пустоты. Бескрайние леса и равнины, обрамленные суровыми горами вдалеке, насколько хватало глаз. Хуже всего было то, что я не узнавал ни черта. Честно говоря, шансов узнать хоть что-то было мало, так как я не проводил в этих горах много времени, но я надеялся увидеть хотя бы знакомый пик или струйку дыма.

— Мы в жопе, да? — мрачно спросила она.

Я скинул рюкзак с плеч и провел рукой по волосам. Вариантов у нас было немного. На самолете не было маячка, так что место крушения не обнаружат. Особенно если пилот не сообщил план полета, а судя по тому полнейшему идиотизму, который я наблюдал до аварии, он не особо следовал правилам. Я знал этот район достаточно хорошо, чтобы понимать, что это вообще не популярный маршрут, так что ракетница, скорее всего, окажется бесполезной. Максимум, на что мы могли надеяться, — это пойти в направлении, которое я сочту многообещающим, и надеяться наткнуться на городок, ферму, информационную станцию — на что угодно, связанное с цивилизацией.

Я отвернулся от теперь уже депрессивного вида, сел на бревно и начал рыться в рюкзаке в поисках воды и батончика.

— Да, ситуация не из лучших, — сказал я.

Она достала телефон.

— Сети не будет.

Она закатила глаза, словно идиотом был я, и убрала телефон.

— Я прекрасно знаю, как это работает, спасибо. В любом случае, он еще недостаточно высох, чтобы его можно было включить, — сказала она, пожав плечами.

— Давай найдем место для лагеря.

Я спустился немного вниз по хребту, чтобы укрыться от ветра, и нашел относительно ровную площадку, где можно было поставить палатку. Она отправилась собирать дрова, пока я ставил палатку и обустраивал место, чтобы сделать его более или менее комфортным для ночевки. Усевшись у костра, я посмотрел на нее и увидел, что она снова кусает свою чертову губу. Я бы хотел, чтобы она перестала.

— Слушай, Грэм, у тебя есть семья или кто-то еще?

Я понимал, что она хочет отвлечься, но я лишь пожал плечами и откинулся на ствол дерева. Я знал, что эти вопросы появятся, и не хотел говорить о своем прошлом, особенно о семье.

— Я бы предпочел этого не делать, — сказал я и увидел, как она в раздражении всплеснула руками.

— О чем мы должны разговаривать, если ты ничего о себе не рассказываешь?

— А мы обязаны разговаривать?

— Окей, — угрюмо буркнула она.

Она натянула парку на плечи, подняла капюшон и придвинулась ближе к огню.

Позже она забралась в палатку и зашуршала там, пытаясь понять, как лечь. Ранее, устанавливая палатку, я расстегнул спальный мешок, чтобы сделать его шире, а сверху бросил одеяло. Я подождал, пока она устроится, прежде чем нырнуть внутрь, и увидел, как она вжалась в стенку, настороженно наблюдая за мной. Моя фигура сразу же заполнила всю палатку, оставив мало места для движений.

— Что ты делаешь? — спросила она.

— Собираюсь спать, — медленно ответил я.

Я забрался под одеяло, и она посмотрела на меня, как на дикое животное. Она была не так уж далека от истины.

— Если ты не заметила, я не из тех джентльменов, которые уступают палатку даме.

— Только... не трогай меня, — проворчала она.

Она легла обратно, отодвинувшись от меня так далеко, как только могла, что на самом деле составляло всего несколько сантиметров.

— Я думал, ты не считаешь меня насильником, — сухо сказал я.

— Может, ты подумываешь о расширении списка своих преступлений, — парировала она.

— Не волнуйся, милая, — сказал я, поворачиваясь к ней спиной. — Я прикоснусь к тебе только тогда, когда ты сама начнешь об этом умолять.

5

КЭЙЛИН

Умолять его прикоснуться ко мне? Ну да, конечно. Но даже я сама себе не поверила, когда от его слов по телу пробежала дрожь. К счастью, проснувшись на следующее утро, я обнаружила, что палатка пуста, и услышала, как он собирается снаружи.

Как только мы свернули лагерь, мы продолжили путь. В отличие от вчерашнего дня, когда я отвлекалась на красоту леса и надеялась, что этот поход будет недолгим, сегодня осознание того, насколько далеко мы находимся от цивилизации, тяжелым грузом легло на мои плечи. К тому же всё тело невыносимо ныло.

Так как Грэм не желал разговаривать, мне нечем было отвлечься, и уже через пару часов мне стало скучно. Лес был красив, но настолько однообразен.

— Если ты еще раз вздохнешь, мне, возможно, придется забыть о нашем уговоре, — проворчал Грэм, идущий впереди.

— Ну, было бы лучше, если бы ты со мной разговаривал, — ответила я.

— Ты просто хочешь поговорить обо мне. — В этом он был прав.

— Знаешь, ты тоже мог бы задавать мне вопросы, — огрызнулась я.

— Милая, я и так уже все о тебе знаю, — самодовольно заявил он.

— Да неужели?

— Ага.

— Не хочешь поделиться? — Он молчал так долго, что я уже подумала, что он не станет мне подыгрывать.

— Ты работаешь в какой-то корпорации...

— Это мы уже выяснили, — перебила я, и он бросил на меня раздраженный взгляд.

—...вероятно, в сфере продаж, или юристом, или кем-то в этом роде, судя по тому, как ты любишь поболтать. Ты помолвлена с мудаком — деспотом и, в лучшем случае, посредственностью в постели. Ты любишь хорошие вещи, но не зациклена на материальном, и живешь в каком-то мегаполисе вроде Лос-Анджелеса или Нью-Йорка. Ты пловчиха, вероятно, всю жизнь, и, если только Бог не решил,