Незаконнорожденный Принц - Хлоя Уолш Страница 7

— Зачем ждала у двери, пока я позову тебя?

— Потому что я хотела тебя видеть, — честно ответила я.

В его глазах вспыхнул гнев.

— Может, я не хотел тебя видеть.

— И все же я здесь, — притворно вздохнула я, — По твоей просьбе.

— Ты пытаешься меня наебать, Эштон, — прорычал он, его тон был низким и жестким, — Заграничный счет? — он сузил глаза, — Я знаю, ты снимала с него деньги.

Бинго.

— Еще как, — радостно ответила я, сияя улыбкой. Злись. Почувствуй что-нибудь, — Прямо как ты меня учил, — одарив его еще одной дьявольской ухмылкой, я намеренно задрала платье и вытащила толстую пачку сотен из-за резинки трусиков, — Нужно защищать свое будущее, раз уж я теперь сама по себе, да?

— Это прекращается сейчас же, — рявкнул он, прежде чем перейти на свою родную речь.

Я улыбнулась про себя, вспоминая, как усердно он пытался выучить общеупотребительный язык, когда его тоже бросили волкам.

В отличие от меня, однако, Триггер вернулся, чтобы возглавить стаю.

— Серьезно? — наседала я, опираясь бедром о его стол. Взорвись, Триг. Давай, у тебя получится, — Ты хочешь наши деньги обратно, Триг? — наклонившись ближе, я положила купюры перед ним, не убирая пальцы, — На — забери.

Он потянулся через стол, но я быстро их выхватила, издав тихий смешок.

— Ты любишь забирать у меня вещи, — промурлыкала я, пряча деньги обратно в трусики, — Сделай это, — сжав платье в кулак, я прошептала, — Забери.

Забери меня. Спаси меня.

— Пошла ты, — прошипел он, сжав челюсть, — Шлюха.

Боль.

Блокируй ее.

— Я думала, ты ненавидишь все, за что стоит это место, — продолжала я дразнить, встречая его яростный взгляд своей сладкой улыбкой, — Ммм? — пальцем касаясь денег, я хлопала длинными ресницами, — Ты презираешь наши семьи и хочешь, чтобы Орден сгорел дотла. Раньше ты так все время говорил, да, Триг? — пожалуйста, вспомни, Триг, — Это был наш план.

— Заткни свой гребаный рот, puta, — приказал он, проводя рукой по густым волосам в раздражении. Он бросил предупредительный взгляд на дверь, соединявшую эту комнату с логовом его отца — комнатой, используемой для тестирования их товара перед продажей, — Ты хочешь нас обоих убить?

Нет, я хочу, чтобы ты спас меня от своей семьи.

— О, не знаю, — я пожала плечами, — У смерти есть своя неоспоримая, надежная привлекательность, тебе не кажется?

— Если ты ищешь смерти, я с радостью тебе ее дам, — сказал он голосом, смертельно холодным, — Шлюха-предательница.

Я улыбнулась.

— Лжец.

— Ты все еще любишь играть с огнем, маленький ягненок, — опустив локти на стол, он подпер подбородок руками, глядя на меня, — Ты давно потеряла мою защиту. На этот раз тебя никто не спасет от пламени.

Твоя вина.

— Мне не нужна твоя защита, — пропела я, все еще улыбаясь, — Ты здесь больше не в авторитете, Триг.

Еще одна ложь.

— А ты? — спросил он, склоняя голову набок.

Я твоя.

— Я его. Я скоро буду принадлежать твоему брату, — сладко ответила я, — Он хочет меня для себя, — добавила я, — А он выше тебя рангом, так что.

— У тебя есть имя и дыра! — перебил он меня рычанием, — Это твоя ценность здесь, Эштон.

Он не это имел в виду, Эштон.

Это говорит его боль.

— Твое имя держало тебя в живых, а твоя дыра — твоя единственная ценность для Антона.

Антон?

— Я буду Джетро.

— Джетро? — последовал его недоверчивый ответ, — Ты хочешь принадлежать мужчине, который никогда не будет по-настоящему жаждать женского тела?

— Я провела семь лет с мужчиной, который жаждал женщин, и посмотри, к чему это привело, — парировала я, — Джетро добрый. Он даст мне хорошую жизнь.

Это была полная ложь. Я понятия не имела, какая жизнь меня ждет с Джетро, но мне не хотелось терять лицо перед этим человеком. Моя гордость запрещала это.

Я многозначительно сузила глаза, когда сказала:

— Он не разобьет мне сердце и не нарушит своих обещаний.

— Tonto corderito, — он откинул голову назад и горько рассмеялся, — Джетро через месяц выгонит тебя на улицы работать. У него нет своего ума. Он марионетка, за ниточки которой дергает сам дьявол. Мужчины выстроятся в очередь, чтобы трахнуть шлюху Креллида, и Фабио сделает на тебе состояние, пока от тебя ничего не останется, чтобы продавать.

Дрожь чистого ужаса пробежала по моей спине.

— Тогда, может, ты мог бы украсть меня до того, как это случится? — возразила я низким и прерывистым голосов, — В конце концов, ты бы не позволил этому случиться со своей королевой, правда, mi rey?

Это сработало.

Ярость вспыхнула в глазах Триггера, и он взорвался, как необузданная ракета, которой я его и знала.

Отбросив стул, он поднялся во весь свой рост 193 см и перешел на испанскую тираду, говоря так быстро и так страстно, что я поняла — я попала в цель. В его холодное, черное сердце.

Почувствуй это, Триг.

Прими мою пулю и сгори.

Умри внутри, как и я, а затем восстань из пепла и забери меня из этого ада.

— Ты сыграла со мной в свою последнюю игру разума давным-давно, puta traidora, — прошипел он, глядя на меня жесткими, недоверчивыми глазами, — С того места, где стою я, похоже, у тебя кончились козыри.

Puta traidora — шлюха-предательница.

Пустота.

Потерянная надежда.

Злость.

Мое возмущение было сильным. Я чувствовала, как оно волнами исходит от моего тела. Он был неправ тогда и до сих пор неправ сейчас. Меня обвиняли в том, к чему я не имела никакого отношения.

Он был виноват.

Не я.

Ублюдок.

— Будь справедлив, Триг, — ответила я, намеренно сохраняя сладкий тон, — В прошлый раз не я играла в игры разума, верно?

— Нет, просто ты руководствовалась своей жадностью, — прорычал он, скрещивая свои широкие руки на груди, —Не могу сказать, что я впечатлен тем, какой ты стала, — Приподняв бровь, он снова окинул меня взглядом,