Развод. И снова любовь - Элли Лартер Страница 6

Но чем ближе обед — тем чаще я смотрю на часы, отвлекаюсь и нервничаю.

И ведь ни в чем не виновата!

Даже примерно не представляю, как Александра узнала про меня и Дамира!

Не сам же Миша рассказал им, верно?!

Тогда бы он не смотрел на меня сегодня так строго и недоверчиво!

Боже... как же сильно я боюсь его потерять!

Когда восемь лет назад между нами случилась интрижка, я еще не была в него влюблена.

Я легко ушла, когда он сказал, что помирился с женой.

Но потом узнала, что беременна.

Сначала думала сделать аборт, но... до этого мне ставили бесплодие, в браке, который продлился пять лет, я не смогла родить, и решила, что эта беременность — чудо, которое нужно сберечь.

Были и угрозы выкидыша, и другие риски.

Я долго не решалась рассказать о будущем ребенке Мише, а когда рассказала — он заявил, что не подписывался на это.

Мне было очень больно, случилась страшная истерика, я кричала на него и едва ли не бросалась вещами... а через день родила раньше срока.

Было очень страшно, я ненавидела себя и его.

Но в итоге Миша не отказался от Дамира, и это, наверное, стало первым вестником моей влюбленности.

Я долго боролась с собой, но Миша обеспечивал, заботился, и волей-неволей я стала считать его лучшим мужчиной и отцом... влюбилась, сама не заметив, когда именно.

Точно помню только одно: когда Дамиру исполнился год — я была уже влюблена по уши.

Я всегда знала, что я — вторая, но надеялась однажды стать первой.

Особенно, когда после четвертого дня рождения Дамира между нами снова случилась спонтанная близость, и я почувствовала, что Миша ко мне небезразличен...

— А вот и ты, — говорит Миша, когда в обеденный перерыв я прихожу в кафе, где он назначил встречу. — Садись.

Я сажусь:

— Здравствуй, — а сама и взгляд на него поднять боюсь. И это плохо: решит еще, что я правда в чем-то виновата.

— Ну, рассказывай.

— Чт-то... рассказывать? — спрашиваю, запинаясь.

— Как ты это провернула.

— Я не понимаю, о чем ты! Клянусь!

— Ну да, конечно! — фыркает Миша, и я вижу, что он смотрит на меня с ненавистью.

А потом вдруг краем глаза замечаю, что к нашему столику идет кто-то еще.

Женщина. Высокая. Красивая.

Александра! Да, это она.

— Саша?! — заметив жену, вздрагивает Миша.

— Доброго дня, — Александра останавливается рядом с нами. — Миша, позволишь нам с Каролиной поговорить наедине?!

10 глава

Я осторожно перевожу взгляд на Мишу.

Видно, что ему не нравится происходящее, но он старается не подавать виду и ведет себя, словно все идет по его плану.

Но нет: план здесь теперь явно диктует его жена.

Александра, конечно, расстроена, это чувствуется.

Но она не кажется мне потерянной.

Она твердо стоит на ногах — в прямом и переносном смысле.

Сильная женщина — несмотря на измену.

Наверное, в другой жизни мы могли бы стать хорошими подругами, мы даже внешне чем-то похожи — высокие стройные брюнетки, любимый Мишин типаж, — но в этой жизни — увы.

Миша, между тем, пожимает плечами:

— Конечно, поговорите. Мне скрывать нечего.

Ну конечно, нечего!

Я прочитала сообщения, которые он отправлял мне с истеричной частотой, пока я хлопотала над нашим больным сыном.

Он сказал жене, что мы спали только тогда, восемь лет назад. О том, что у нас была еще одна близость три года назад — ни слова.

Обидно, конечно. Больно. Он снова и снова выбирает ее, а не меня...

А я безумно боюсь потерять его — и поэтому не предпринимаю никаких активных действий.

Но может, пора?!

Миша действительно оставляет нас, но перед этим буквально на мгновение наклоняется ко мне и шепчет на ухо:

— Запиши разговор на диктофон... чтобы я знал, что ты — хорошая девочка.

Ничего себе требование!

Мне даже хочется послать его в ответ, но я сдерживаюсь.

Понимаю, зачем он просит об этом: он ненавидит, когда что-то не под его контролем.

Прослушав разговор, он вернет себе контроль над ситуацией, а еще убедится, что я не сказала ничего лишнего.

Ну что же, окей.

Я сажусь напротив Александры:

— Чай, кофе?!

— Ничего не нужно, — она качает головой. — Каролина... я могу называть вас так?!

— Конечно.

— Каролина, как давно вы знакомы с моим мужем?

— Восемь лет, — говорю я, а сама в этот момент незаметно включаю под столом диктофон.

— И сколько лет из этих восьми вы спите вместе? — ее голос, холодный, металлический, словно режет воздух вокруг меня.

— Нисколько, — выдыхаю я. — Мы были близки всего три раза... тогда, когда я забеременела нашим сыном.

— Неужели, — Александра изгибает бровь.

Не верит мне.

Думает, что мы с Мишей успели договориться.

Понимаю, на ее месте я, наверное, тоже бы сомневалась.

— Ну... это правда, — я пожимаю плечами.

— Как же так вышло, что вы умудрились забеременеть с трех раз?! Когда мы с мужем пытались завести третьего ребенка почти десять лет!

— Повезло, видимо.

— Да уж, повезло, — Александра фыркает. — Каролина, а вы в курсе, что у Михаила, скорей всего, были проблемы с мужским здоровьем?!

— Что?! — не понимая, переспрашиваю я.

— Да, именно так, — повторяет Александра. — В начале две тысячи семнадцатого, еще до нашего с мужем раздора, я в очередной раз пошла к репродуктологу, и он сказал: знаете, Александра Евгеньевна, мы все попробовали, вы полностью здоровы, может быть, ваш муж сделает спермограмму, возможно, дело в нем.

— Ого, — хмыкаю я. — Не знала.

— Я предложила мужу это исследование, но он отказался, — моя собеседница разводит руками. — Оправдал это тем, что у него ведь уже есть две дочери — значит, все в порядке. А вот мое женское здоровье могло за столько лет и измениться... В общем, он не пошел к врачу. Тогда я стала подмешивать в его еду специальный лекарственный порошок, который, простите за подробность, увеличивает активность сперматозоидов.

— Оу.

— Когда я все-таки забеременела, это случилось не с бухты-барахты, я четко высчитывала дни, измеряла базальную температуру, пила миллион БАДов, готовилась... А вы — забеременели с трех раз, без подготовки, просто во время случайной интрижки?! Знаете, Каролина, у меня есть вопросы. Возможно, что либо вы лукавите, и ваша связь была сильно дольше, либо... может быть, ваш сын — он вовсе не от Михаила?!

11 глава МИХАИЛ

Саша сваливается на нас, как снег на голову.

Вчера, когда Каролина бросила трубку,