Развод. И снова любовь - Элли Лартер

Элли Лартер

Развод. И снова любовь

1 глава АЛЕКСАНДРА

На день рождения сына в игровую комнату мы с мужем пригласили одиннадцать детей: шесть мальчишек и пять девчонок.

Все это — друзья Артура по двору, бассейну и школе.

У Артура первый класс, сегодня ему семь лет! Даже не верится!

Кажется, что он совсем недавно родился, был таким маленьким, нежным, легко помещался на руках...

Миша был безумно счастлив: до Артура у нас было две дочери, а он очень хотел сына, наследника!

Долгое время у меня не получалось забеременеть в третий раз.

В итоге, Артура я родила довольно поздно, в тридцать восемь.

Мирославе тогда было уже шестнадцать, а Авроре — четырнадцать.

Так что теперь, когда дочки гуляют с младшим братом, одну из них иногда принимают за их мать...

Странно немного, конечно, но нас это только забавляет.

Сейчас Артур носится по игровой вместе со своими друзьями.

За столом — я, моя мама, Миша со своими родителями, Мирослава и Аврора. Вся семья в сборе, так сказать.

— Время выносить торт! — громко говорит Миша и начинает хлопать в ладоши, собирая вокруг себя малышню, как цыплят.

Вместе с остальными прибегает и наш любимый именинник.

Артур — красный от активных игр, растрепанный, но такой счастливый, что я и сама невольно расплываюсь в улыбке.

Потом встаю рядом с мужем.

— Готов? — спрашиваю у сына.

— Да! — кричит он.

— Гасим свет! — требует Миша, и сотрудники игровой выключают освещение. — Вносите торт!

Аниматоры, переодетые в персонажей комиксов, вносят огромный яркий торт, в середине которого — холодный фейерверк, который брызжет вокруг себя искрами.

Мы все начинаем петь:

— С днем рожденья тебя-я-я, с днем рожденья тебя-я-я, с днем рожденья, Арту-ур, с днем рожденья тебя-я-я!

Я наклоняюсь к сыну и говорю:

— Загадывай желание и задувай!

Артур умильно щурится, перебирая в голове свои детские мечты, а потом быстро задувает фейерверк.

На пару мгновений становится темно, все кричат и хлопают в ладоши.

Потом свет снова включают, и я чувствую, как Миша притягивает меня к себе за талию:

— Спасибо, родная, за сына. Я очень люблю вас.

— И мы тебя любим, — улыбаюсь я.

Еще через полтора часа, когда праздник заканчивается, деток начинают забирать родители, а мы с Мишей, Мирой и Авророй начинаем переносить в автомобили — мой и мужа, — подарки.

Артуру чего только не подарили: и огромный лего, и вертолет на радиоуправлении, и книги, и наборы для опытов и творчества...

А еще — очень много цветов мне, как маме именинника.

Самый большой — от мужа, конечно.

Еще Миша подарил мне большой фотоальбом: подобрал фотографии, придумал подписи, а специалисты из агентства праздников оформили все и упаковали в красивую обложку.

Просто красотища!

Когда мы добираемся до дома, Миша идет с Артуром в ванную комнату, а я остаюсь в гостиной.

Нетерпеливо достаю из пакета тот самый фотоальбом, устраиваюсь в кресле и начинаю листать.

Первые кадры — с нашим сыном, когда его только-только привезли из роддома. Артур здесь — красный, орущий, я — уставшая, опухшая. Тогда было непросто, но сейчас я смотрю на эти фото с умилением и ностальгией.

Чем дальше — тем старше наш сын.

На фото — его первые улыбки, первый переворот на животик, первые ползания по полу наперегонки с кошкой, первый раз, когда он сел, встал, пошел...

Все дни рождения, много прогулок, счастливые семейные кадры.

Мы с мужем, наш сын и наши дочки.

И вдруг — какое-то незнакомое фото.

Замираю, присматриваюсь.

Какой-то городской парк, пальмы, лавочка, окруженная зеленью.

На скамье сидит мой муж, но рядом с ним — не мы с Артуром, а какой-то мальчишка лет пяти и... незнакомая женщина!

На фото мой муж обнимает эту женщину за талию, а мальчик сидит у него на коленях.

Что все это значит?!

2 глава

Очевидно, что этой фотографии не должно было быть в нашем семейном альбоме... она оказалась там либо случайно, либо по чьему-то умыслу.

Мне стоит огромных усилий не отправиться к Мише прямо сейчас с резонным вопросом: кто эта женщина и кто этот ребенок на фото?!

Но они с сыном в ванной комнате.

А я тем временем, как зачарованная, смотрю на этот кадр, как будто надеюсь, что на нем что-то изменится...

Две мысли сражаются между собой в глубине моего сознания.

Первая мысль: у моего мужа есть другая семья!

Вторая мысль: нет, это какая-то ошибка, какая-нибудь троюродная сестра и троюродный племянник, например, о которых я не знаю...

В конце концов, у Миши большая семья, очень много родственников с Урала и из Сибири... может быть, это кто-нибудь из них?!

В конце концов, я беру бумажную салфетку, складываю ее напополам, ставлю ее как закладку на нужной странице, а потом убираю альбом на верхнюю полку в гостиной: не хватало еще, чтобы сын случайно увидел эту фотографию...

Потом отправляюсь в кухню, чтобы достать несколько ваз: мне нужно расставить все подаренные букеты.

Тревожные мысли преследуют по пятам.

Пытаюсь успокоиться, прийти в себя, начать мыслить трезво, логически.

Ведь мы с Мишей женаты четверть века!

Как раз месяц назад отметили двадцатипятилетнюю годовщину брака, серебряную свадьбу!

У нас трое детей, причем младшему всего семь!

Мы редко ссоримся, часто проводим время вместе.

Несмотря на долгий брак, у нас все еще есть секс.

Мы даже свидания время от времени устраиваем!

Разве я не догадалась бы, если бы муж изменял мне?!

Разве не заметила бы, появись у него вторая семья, другая женщина, еще один ребенок?!

Разве не почувствовала бы разрастающуюся пропасть между нами?!

Ведь этому мальчику на фото — лет пять, да и фото не самое новое, по стрижке мужа можно прикинуть, что прошло уже года два или три...

Неужели я не поняла бы, что меня предали, за семь-восемь лет?!

Тревожные мысли сжирают меня полностью, я даже не замечаю, как быстро идет время.

Просто работаю руками на автомате: снимаю с букетов обертку и банты, подрезаю стебли, убираю лишние листья и завядшие лепестки, наливаю воду, засыпаю специальное флористическое средство для стойкости, расставляю цветы по вазам, а вазы — по квартире.

Когда на пороге кухни появляется муж, я вздрагиваю.

— Привет, — говорит он мягко. — Напугал, что ли?

— Немного, — признаюсь я.

— Прости. Я уложил Артура.