Не лги, предатель! - Настя Ильина Страница 36

— Дмитрий? — выдохнула я.

— Алиса, — его голос звучал устало, но с тёплыми нотками, от которых у меня сердце сжималось. — Прости, что сразу не ответил на твоё сообщение. Здесь такая суматоха… Даже не думал, что всё так затянет.

— Ничего страшного, — сказала я быстро. — Как твоя мама? Всё хорошо?

Он вздохнул.

— Врачи говорят, что нужно более серьёзное обследование. Посоветовали отвезти её за границу, в клинику, где есть нужное оборудование и специалисты. Мы вылетаем через несколько часов, частным рейсом.

Я замерла.

— Прямо сегодня?

— Да. Извини, что вот так сбегаю, — в мужском голосе появились виноватые нотки. — Я понимаю, что это не вовремя, что мы только начали… но мама есть мама. Я не могу её бросить.

Начали? А что мы начали? Ничего не начиналось даже… Он сказал, что готов ждать, сколько угодно. Не думал же, что мы уже стали парой? Да и вообще… Что-то мне захотелось в отпуск. Сплошные проблемы, словно кто-то свыше старательно добивал меня. Но в чём я провинилась? Это не я изменила мужу. Хотела, конечно, но уже после того, как узнала о его предательстве. Просто, чтобы сделать ему больно. Это за попытку отомстить небеса теперь мстили мне и подкидывали одно испытание за другим?

— Конечно, не можешь, — ответила я, хотя внутри всё сжалось. — Ты всё правильно делаешь.

— В ближайшее время у нас не получится встретиться, — продолжил он. — Не знаю, сколько это займёт. Может, неделя, может, больше. Всё будет зависеть от результатов обследования.

Я молчала, переваривая информацию. В голове крутились слова Ольги Павловны: «Это она специально! Чтобы сын примчался и забыл про всё!».

— Алиса? — позвал Дмитрий. — Ты здесь?

— Да, здесь, — отозвалась я. — Скажи, это действительно так серьёзно? С твоей мамой?

Он помолчал.

— Честно? Я сам не понимаю. Мама выглядит относительно неплохо, бодрится, говорит, что всё это ерунда. Но врач нагнетает, говорит, что нужна перестраховка, что сердце — не шутки. Я волнуюсь. Лучше поехать и убедиться, что всё нормально. А если что-то не так — сразу начать лечение.

Я кивнула, хотя он этого не видел.

— Ты правильно решил. Здоровье важнее всего.

— Спасибо, что понимаешь, — выдохнул он. — Обещаю, что я вернусь, как только смогу.

— Я буду ждать, — сказала я тихо.

— Алиса, — его голос стал серьёзным. — У меня к тебе просьба.

— Какая?

— Останься за старшую в ресторане. Присмотри за всем. Ольге Павловне и управляющему я не так доверяю, как тебе. Ты знаешь кухню, знаешь персонал, знаешь, как всё работает. Я предупрежу их, что ты будешь принимать важные решения в моё отсутствие.

Я растерялась.

— Дмитрий, я… это же огромная ответственность.

— Я знаю, — ответил он. — И знаю, что ты справишься. Ты сильная, Алиса. Сильнее, чем думаешь. Мне больше не на кого положиться. Ты знаешь кухню, знаешь работу ресторана. Ты столько лет там проработала и способна решить любой конфликт. Прости, что взваливаю это на тебя. Мне, правда, хотелось бы остаться и помочь, провести с тобой больше времени.

Я почувствовала, как к глазам подступают слёзы.

— Хорошо. Я сделаю всё, что смогу.

— Верю. Я позвоню, как только будет возможность. Держись.

— Ты тоже держись. Береги себя.

— Постараюсь.

Связь прервалась. Я опустила руку с телефоном и долго смотрела на погасший экран.

Всё внутри будто бы рухнуло в какую-то необъятную бездну. Пусто. Будто что-то важное ушло, оставив после себя звенящую тишину.

Я медленно побрела ко входу в гостиницу, но остановилась у двери, глядя на вечернее небо. Там, высоко, уже зажигались первые звёзды. Где-то там, за этими звёздами, скоро полетит самолёт, уносящий Дмитрия далеко-далеко.

И я останусь здесь. Одна. С этой грызущей тоской в груди.

Ольга Павловна была права. Я почти не сомневалась, что Раиса Викторовна разыграла этот спектакль специально. Чтобы привязать сына к себе. Чтобы заставить его отстраниться от меня. Чтобы выиграть время и придумать новый способ уничтожить наши зарождающиеся отношения. Она не просто так обратилась к бывшему мужу за помощью, наверняка рассчитывала, что он надавит на меня и заставит уйти из ресторана, пока сама будет активно отвлекать сына выдуманной болезнью.

«Рыжие ей не нравятся», — вспомнила я её слова. Какая чушь. Какая нелепая, абсурдная чушь — ненавидеть человека за цвет волос. Но, видимо, для неё это был просто удобный повод. Настоящая причина была в другом: я не та, кого она выбрала для своего сына. Я не из их круга. У меня нет денег, связей, влиятельных родственников. Я просто шеф-повар, который посмел понравиться её мальчику.

Я вошла в гостиницу, поднялась в номер, рухнула на кровать и уставилась в потолок.

Что делать? Бороться? Доказывать, что я достойна? Пытаться переубедить эту женщину, которая видит во мне врага?

А зачем?

Я уже влезла в одни отношения, которые закончились предательством и болью. Я уже пыталась что-то доказывать, бороться, спасать. И что получила? Разбитое сердце и кучу проблем.

Может, стоит просто плыть по течению? Если у нас с Дмитрием ничего не выйдет — значит, так тому и быть. Значит, не судьба. Значит, я просто не создана для счастливых отношений.

Я закрыла глаза и попыталась представить свою жизнь без него. Ресторан, работа, команда, мама, папа… Вроде бы всё есть. Вроде бы можно быть счастливой и одной.

Но почему тогда так щемит в груди? Почему так хочется, чтобы он был рядом?

— Не навязывайся, — сказала я вслух пустой комнате. — Не лезь. Если хочет — вернётся. Если нет… значит, нет.

Я только успела немного расслабиться и закрыть глаза, как телефон снова зазвонил. Я взглянула на экран — Ольга Павловна. Сердце тревожно ёкнуло.

— Алиса! — голос администратора звучал так, будто она только что пробежала марафон. — Алиса, у нас беда! Кошмар! Приезжай скорее!

Я села на кровати, мгновенно забыв об усталости.

— Что случилось? Говорите спокойно!

— Клиент! — выпалила Ольга Павловна. — Какой-то мужик сидел за столиком, заказал ужин, а теперь устроил скандал! Кричит, что в супе насекомое нашёл, трясёт тарелкой перед всеми, снимает всё на телефон! Грозится, что прямо сейчас вызовет санэпидемстанцию и натравит их на нас! Алиса, он такой громкий, все посетители оборачиваются, кто-то уже уходит! Марат пытается его успокоить, но он только сильнее разоряется! Управляющего уже нет. Никого нет. Мне добираться до ресторана долго. Боюсь, что пока