Цветы барбариса - Стелла Майорова Страница 3

— Я думала, самое время мне что-нибудь у тебя попросить, — я заглянула ему в лицо.

— Как тебе пол-ляма, малышка?

— Я слушаю, — я водила пальцем по завиткам волос на его груди.

— Марк вышел на одну сделку, которая позарез нужна мне, — он вытер испарину со лба.

— Я при чем?

— Пока Светлана с детьми уехала в Тай, наведайся-ка в гости, — он погладил меня по руке, — ненавязчиво, как ты умеешь. И сделай снимочек одного документика, сможешь, малыш? Я тебе расскажу, что за он и как выглядит, не волнуйся.

— Андрюш, это же Марк, я так не могу, — наигранно трагично свела брови.

— Да там минутное дело, — он щелкнул меня по носу.

— Я с ним так не поступлю, — покачала головой, — даже не проси, разве я такая мразь?

— Лям?

Драматично вздохнула. Выдержала паузу. Пятьсот, ха, не на ту напал.

— Ну только потому, что ты просишь, котик, не могу перед тобой устоять, — погладила его по щеке. Он хотел меня обнять, но я выскользнула и сбежала в душ.

— Не стоит сюда приезжать, — Марк поцеловал мое плечо, пока я разглядывала его огромную спальню. Он еще тяжело дышал.

— Я соскучилась, — обняла его, надув губы, как обиженный ребенок. — Покажешь мне дом? — игриво прикусила губу. — Давай, котик, здесь все такое красивое! — я поднялась и накинула халат его жены. До чего же нежный шелк.

Я не лукавила: особняк был шикарный. Огромные панорамные окна и дорогая мебель. Есть даже бассейн, уверена. Я была здесь всего пару раз, Марк опасался приводить меня сюда из-за жены. Я и не рвалась особо, квартира в центре, что он мне снял, очень хороша. Хотя от такого домишки я бы не отказалась.

— Бильярдная, — он с гордостью открывал дверь за дверью. — С партнерами по выходным играем, — вел меня дальше, целуя в плечо возле каждой двери. — Это кабинет, туда заходить нельзя, — он игриво пощекотал меня и обнял. Я хохотала громко, отметив про себя, что комната осталась не заперта.

— Жаль, нет бани, — я наигранно вздохнула.

— Как нет, котик? Еще какая есть! Хочешь попариться? — притянул меня к себе.

— Очень, приготовишь для нас, как ты любишь? — погладила его лицо. — Я пока сделаю нам коктейли, — махнула рукой в сторону кухни.

— Надень свое белье, нравится мне очень, — он подмигнул и ушел. Я сняла улыбку и заскочила в кабинет.

К моменту, когда я покрывалась липким потом в бане, потягивая холодный коктейль под оханье перегревшегося Марка, фото документа уже было у Андрюши. Дело сделано. Шесть нулей за две минуты. Откинулась спиной на горячую вагонку и блаженно закрыла глаза, гордясь собой.

На следующий день, когда Марк пришел ко мне, он был сам не свой. Дерганный, не слезал с телефона и бесконечно орал на кого-то.

— Что случилось? — я обняла его со спины. Дело было совсем плохо: никогда не видела его таким напряженным.

— Какая-то крыса меня подставила.

Я застыла за его спиной.

— Как это? — держала голос ровным.

— Не бери в голову. — Он смотрел в окно, до белых костяшек сжимая телефон в пальцах. — Найду суку — задавлю, — он поморщился. Я сглотнула, чувствуя, как его дрожь перетекает мне под кожу.

Эпизод 2. Родная, прости

Рома

Я помню стыла, стыла кровь,

Ты заходила с тыла, с тыла

Зашел в бокс пораньше. Пока еще не было суеты и никто не путался под ногами. Топнул, сбивая прилипший к ботинкам снег. Потер руки друг о друга, согревая. Холод собачий.

Самая дорогая на моей памяти красная машина стояла в дальнем углу и будто обиженно молчала.

— Ну что, красавица, посмотрим, как ты тут? — пробормотал, на ходу стягивая куртку. — Сегодня подлечим тебя, — я погладил ее по капоту. Хорошая машина. Совсем новая.

А генератор сдох. Щетки были в ноль, ротор не крутился, ремень проскальзывал.

Я включил чайник, от холода сдохну иначе. Выложил пирожки, что Янка нажарила. С картошкой нереальные. Откусил кусок и пошел к шкафчикам.

За ночь намело дохрена. Я переодевался как можно быстрее, не охота было задницу морозить. Отхлебнул чай. И кажется, обварил глотку. Мать его. Аж глаза заслезились. В топку. Оставил кружку на столе. Кто уже успел отбить кусок ручки? Гребаный болт! Ну что за люди?!

Я включил радио и вернулся к машине. Снял клеммы с аккумулятора — безопасность прежде всего. Потом взял набор головок, подобрал нужную, открутил крепление генератора.

Он тяжелый, зараза. Зато родной, заводской. Не дешевая китайская замена. Надеюсь, ротор не сгорел, тогда обойдемся щетками и подшипниками.

Положил его на верстак. Протер.

— Сейчас, родной. Сейчас все сделаю.

Люблю такое: тишина, ты наедине с безупречным механизмом. В нем все честно: если поломано — видно. Если исправил — поедет. В людях охренеть как сложно.

Разобрал корпус. Коллектор в норме. Щетки — да, сработаны почти до пружины. Заменил. Подшипники тоже: люфт есть. Поставил новые. Эти хорошие. Все должно быть как надо. Иначе дамочка выполощет мозг.

Странная. Глазищи вытаращила огромные, будто я ей денег должен. Шуба дурацкая какая-то, розовая, будто плюшевого медведя выпотрошила и внутрь забралась. Бесятся люди с жиру. И юбка же как мой пояс, как себе ничего не отморозила еще? Янка бы в такой вышла — сразу бы домой погнал, придатки отогревать. Куда ее мужик смотрит? Да мне-то что до нее и ее придатков?

Когда собирал обратно, все встало ровно, как пазл.

— Вот так, красавица, поедешь как новенькая кататься, — погладил ее снова по капоту, а сам вдруг снова вспомнил ее чудаковатую хозяйку. Ни стыда ни совести у этой крали, куда мы катимся?

Протянул болты крест-накрест, чтоб не повело. Потом проверил на стенде: напряжение держит, заряд идет стабильно. Как часики.

Поставил обратно в машину. Протянул снова болты, надел ремень, натянул. Прокрутил вручную — все прошло плавно. Проверил угол натяжения — шикарно.

Подключил клеммы и завел.

Двигатель ожил с первого оборота. Заурчал мягко, ровно. Красавчик. Панель засветилась, заряд пошел как надо.

Вот это настоящий кайф.

— Той девицы тачка? — Юрик подкрался и схватил из пакета пирожок. Я поднял лицо, а он указал на красный «Мерс» в углу. — Блин, я таких еще не видел. Красивая, гадина.

— Да, тачка что надо, — я кивал.

— Да какая тачка, я про цацу ту, в шубке, — он подмигнул. — Я б ей…

— Ты не подавись, мужик, — я кивнул на его полный рот.

— Только если слюной, такая цыпа, что надо. Коленочки какие, видел? Глазками хлопала, лялька, —