Мой тайный друг - Эллен Стар Страница 24

Глава 12

Просто подруга

Пальцы еще чувствовали шелк ее волос. Как между ними скользили мягкие темные пряди, пахнущие шоколадом и персиком. На макушке будто клеймом отпечатались ее прикосновения. Когда она потянула его за волосы – так неожиданно и так страстно, – что Дима без раздумий готов был расстаться с клоком своих кудряшек. В глазах вспыхнули звездочки, дыхание сбилось. Хотелось хохотать сорванным, простуженным голосом.

Он все-таки ее поцеловал. Не сдержался. Пока дул на ссадины, чувствуя, как сердце заходится радостью от этой близости. Она не должна страдать. По крайней мере, не из-за него. Поэтому он потянулся к ней, поэтому коснулся губами нежной кожи. Чтобы забрать себе ее боль.

А потом Ася заметила, и пришлось ее отвлекать, пока на языке таял горьковатый металлический привкус крови. Асю отчаянно хотелось сгрести в охапку и больше не отпускать, чтобы снова никуда не влипала. Не ударялась.

Когда она вцепилась ему в волосы, тело вместе с болью охватил жар. Пульс на мгновение остановился. В волнующих карих глазах Аси мерцало что-то такое, чего он раньше не замечал. Он точно сбил ее настройки равнодушной стервочки, пробрался под колючую броню. Эта игра в тайну обостряла все чувства. Жажда еще что-то выкинуть, пока Ася была так близко к нему, еще и в стенах школы, была просто невыносимой. Волнение плескалось в груди.

Сколько еще получится сделать, сказать, коснуться, прежде чем снова начать притворяться? Прежде чем она снова станет для него недосягаемой.

Ася вышла из медкабинета, не забыв показать ему язык. Когда ее силуэт растворился в коридоре, и все, что осталось, – легкий аромат персика, смешанный с запахом лекарств, Дима опустился на стул. В горле резко пересохло, неровный пульс отдавался в ушах. Ну какой из Давы охранник? Спасибо, что ввалился не в момент, когда он показывал Асе сердечко. Объяснить это без фантастического сюжета было бы сложно.

В несколько жадных глотков Дима выпил остывший горький кофе, чтобы хоть немного остудить пыл. Перебить ее вкус.

– Дима, тебе плохо?

– А?

– Надеюсь, мой кофе спас тебя от неминуемой гибели, иначе у меня для тебя неутешительный прогноз. В выговоре.

– Маргарита Ивановна, все так. Очень хотел ваш кофе. Без него был готов пасть смертью храбрых прямо здесь. Но – чудо! – жизненные силы вернулись ко мне. – Дима с растерянной улыбкой отодвинул кружку и развернулся на стуле, а затем, столкнувшись с осуждающим взглядом, поспешно добавил: – Извините! Я вам новый сделаю. Еще лучше этого.

– И тоже его выпьешь?

Маргарита Ивановна в удивлении выгнула бровь, убрала со стола зеленку и антисептик, а после все же протянула ему кружку. Дима часто заглядывал к ней после драк или когда смертельно уставал после ночных подработок, бесконечных смен на пляже, в порту, в ресторане и не мог сидеть на уроках. С дежурной жалобой на головную боль он проваливался в беспокойный сон на свободной кушетке. Маргарита Ивановна шутливо ворчала, что он скоро к ней переедет сюда вместе с партой, но никогда не прогоняла. Сердце у нее было добрым, отзывчивым.

– Помой сначала кружку.

– Конечно, все для вас. Обещаю не отпить и глоточка. Буду сдерживаться даже при угрозе умереть без кофеина.

Дима вышел из кабинета и повернул голову к Даве, идущему следом за ним по коридору в сторону уборной. Друг явно был сбит с толку.

– Классно справился, – усмехнулся Дима. – Решил подработать моим телохранителем?

– Не хотел, чтобы что-то помешало вашему свиданию. Я случайно подслушал, как вы болтали. Клянусь.

– Ася не моя девушка.

– Ну, это пока.

– Дава, завязывай. Она не станет встречаться с таким, как я.

Кружка задела борт раковины, и холодная вода уколола пальцы, приглушив сдавленный вздох. Где-то между ребрами вдруг образовалась глубокая темная расщелина, на дне которой еще пять минут назад, когда Дима смотрел в глаза Аси, тлела крошечная искра надежды.

– Это будет неправильно по отношению к ней. Я не хочу ранить ее или стать палачом, который испортит ее репутацию правильной девчонки.

Правда, ему нравилось разрушать этот образ, оставаясь с ней наедине. Дотрагиваться до ее оплетенного терновником сердца, но, несмотря ни на что, продолжать к нему подбираться. Безответные чувства задевали Диму, и он долго мог лежать, опустошенный, глядя в небо на пустынном пляже.

Но больше всего его ранило то, что их игра никогда не прерывалась, и он продолжал притворяться даже тогда, когда они были вдвоем. Правда, уровень был сложнее – как не показать, что ты влюблен по уши в свою подругу детства, когда все время хочется ее касаться, смешить или дразнить?

– Чувак, остынь, я просто шипперю вас со Смурфеттой. Я ж не со зла. Готов смириться, что мой лучший друг так и будет ходить с разбитым сердцем.

– Дава, откуда столько драматизма? – Дима сполоснул кружку от мыла и подставил ее к сушилке. – Ася не разбивала мне сердце.

Дава неверяще фыркнул. Дима замер, ощутив, как по спине пробежала горячая дрожь.

В ушах вдруг зазвенел ее красивый голос: «нельзя».

Дима был не очень-то прилежным по части правил, но это до сих пор не нарушил. Сколько раз ему хотелось поцеловать ее в губы – и всей стены бы не хватило, чтобы высечь столько зарубок. Но Ася однажды его отвергла. Получается, его сердце все же разбито?

Тогда почему даже после ее «нельзя» он не отказывался от своих иллюзий? Чего так жаждал?

Почувствовать ее влечение, мимолетную симпатию, ощутить себя любимым ею хоть на мгновение?

Возможно.

Но принцессы не влюбляются в отвязных и проблемных хулиганов. Особенно в тех, кому нечего им предложить. Ничего, кроме своей любви.

– Ты что-то хотел?

– А так заметно?

– Ты же не просто так за мной пошел.

Дава загадочно улыбнулся, перекатываясь с пятки на носок.

– Обещают хорошо заплатить, – без долгого вступления выдал он.

– И что?

Дима раздраженно выдохнул, прислонившись к подоконнику. Взгляд то и дело тоскливо впечатывался в зеркало, в отражении которого он видел растрепанного побитого парня.

– Помнится, ты берешься за любую работу.

– Так теперь ты предлагаешь мне у шеста крутиться? Я, может, и двинутый, но не настолько.

– Жаль, мы бы столько просмотров собрали в соцсетях… – Дава нарочито громко вздохнул, а затем поднял руки, отходя в сторону, когда Дима замахнулся на него кружкой. – Ты поаккуратнее там, мы же не хотим разозлить медсестричку? Тебе еще кофе