Костя - Джинджер Талбот Страница 23

Александр возвращается, неся Раису на плече. Та безвольно болтается, не сопротивляясь. Она и близко не такая дерзкая, как Аня. На ней только трусики. Александр бросает Раису на пол, а затем пристегивает ее запястья к цепи, свисающей с потолка.

Ее длинные светлые волосы падают на лицо. Ребра выпирают, она похудела.

— Костя, нет! Накажи меня, не ее! — вопит Аня.

Раиса резко вскидывает голову, и в ее глазах мелькает ужас, когда она видит подругу прикованной к кровати.

— Отныне вот так я буду наказывать тебя, — холодно говорю я. — За каждый твой косяк Раиса получит сполна.

— Аня? — всхлипывает Раиса. — Что ты здесь делаешь?

Достаю из настенного шкафчика однохвостую плеть.

— Она ни в чем не виновата! Не трогай ее! — воет Аня.

Игнорируя ее, замахиваюсь. Бью Раису снова и снова. Секу и сзади и спереди, пока она не закричит, пока не заплачет. Аня все это время умоляет, кричит, говорит, что ей жаль, очень жаль, что она сделает все, что я захочу. Наконец я освобождаю Раису от цепей, и та падает на пол.

Затем отвязываю Аню.

— Скажи ей, почему она здесь, — жестоко говорю я, зная, что это сломает ее. — Прямо сейчас. Скажи ей, кто в этом виноват.

Аня подбегает к Раисе и заключает ее в объятия. Гладит по волосам и шепчет на ухо. Раиса сотрясается от рыданий, а Аня что-то бормочет, стараясь утешить.

Подхожу к Ане и пихаю ее носком ботинка.

— Из-за тебя ее похитили. Из-за тебя ее продадут. И сегодня из-за тебя мне пришлось подпортить ее красивую кожу. Когда ты, наконец, перестанешь причинять ей боль, Аня?

— Ты ублюдок! — рыдает Аня. — Я, блядь, ненавижу тебя.

В ответ наклоняюсь и жестоко щиплю Раису за сосок, заставляя ее вскрикнуть.

— Что ты сказала? — спрашиваю я.

— Простите, сэр, — давится словами Аня.

— Так я и думал.

Приказываю Александру отвести Раису обратно, и он снова перекидывает ее через плечо.

— А теперь. Давай попробуем повторить ту фотосессию еще раз, ладно?

— Да, сэр, — шепчет она.

— Что? Я не расслышал.

— Да, сэр! — она захлебывается рыданиями, когда я хватаю ее за запястье и поднимаю на ноги.

Во время фотосессии Аня ведет себя идеально. Я заставил ее умыть слезы, сделать макияж и прическу. Решил пофотографировать сам. Следы от хлыста все еще видны. Через неделю, когда они сойдут, сделаю еще несколько снимков.

Остаток дня Аня отчаянно старается угодить. Вся ее борьба угасла. Я больше не вижу ни намека на сопротивление. Так почему же это не делает меня счастливее?

После ужина направляюсь к бару. Беру бутылку водки и долго и пристально смотрю на нее. Она зовет меня. Я должен выпить всю. Должен пить до тех пор, пока алкоголя в моих венах не станет больше, чем крови. Пока мир не исчезнет.

Швыряю бутылку через всю комнату в стену, и она разлетается на острые осколки. Затем беру другую, открываю и наливаю себе выпить.

Глава 11

В следующие несколько дней, в перерывах между тренировками с Аней, я собирал команду из тех людей, которых Михаил назвал неудачниками. Конечно, я проверил их сам и убедился, что он был прав. Эти люди некомпетентны. Они слабые звенья. С ними все равно нужно было разобраться, так почему бы не извлечь из их смерти хоть какую-то пользу.

Диего, следуя плану, который я предложил Клаудио, тоже набрал собственную расходную команду.

Также у меня есть информатор, который сливает информацию чеченцам. Последние несколько дней он агитировал их против нас, говоря, что русские оскорбляют их мужское достоинство и насмехаются над их лидерами. В конце концов, он сообщил им, что мы собираемся осуществить доставку партии оружия на небольшой склад за пределами города, а у покупателей будут с собой мешки с наличными.

Продажа оружия прошла в точном соответствии с планом. Мы с Диего отправили свои отряды пушечного мяса. В итоге я подчинился приказу отчима, отправив только восемьдесят автоматов вместо ста. Однако это не стало проблемой, потому что чеченцы ворвались на склад с оружием наперевес, убив и моих людей, и людей Диего, а затем скрывшись с оружием и деньгами.

Отчим взбешен. На какое-то время он забыл о своей вендетте Джоуи Эспозито, и они объединились против общего врага. Именно на это мы с Диего и рассчитывали. Чеченцы здесь не так сильны, и если уж начинать войну, я бы предпочел воевать с ними.

Экстренное собрание проводится сегодня в ресторане в Уикер-парке. Им владеет бизнесмен, который отмывает деньги для обеих наших организаций; это место считается нейтральной территорией.

Я оставил Александра и еще нескольких парней дома охранять девушек и взял с собой Михаила и уличного солдата по имени Леонид. Леонид хороший человек. Он живет в небольшом коттедже на участке, где я всегда размещаю около дюжины парней, чтобы они могли постоянно патрулировать территорию. Леонида я также лично привел в Братву. Замечаю, что эти люди особенно преданы мне, и это может спасти мне жизнь, если дела с отчимом пойдут совсем плохо.

Перед входом в зал для переговоров нас обыскивают. Все должны пройти через сканер и сдать оружие и мобильники.

Джоуи Эспозито и Тиберио уже здесь. Обоим под семьдесят, оба обрюзгли от долгих лет праздной жизни и от того, что позволяли подчиненным выполнять всю грязную работу за них. Они сидят, как толстые жабы в костюмах. Джоуи кивает мне, когда я занимаю место за столом. Леонид и Михаил стоят у стены с Кармело, Рокко и другими телохранителями итальянцев.

С тех пор, как началась вся эта вражда между Джоуи и отчимом, я поручил своим людям собрать на него компромат. Ищу слабые места, способ его уничтожить. Он трахает несовершеннолетних шлюх, изменяет жене, умирающей от рака, но это не то, что может настроить против него остальных членов Совета.

Поэтому я начал копать глубже. И когда коснулись его семьи на родине, столкнулись с информационной черной дырой, что довольно необычно, потому что большинство мужчин из Совета очень гордятся своей родословной.

Конечно, его ближайшие родственники были убиты давным-давно, еще когда он был подростком. Пятьдесят лет назад, на Сицилии разразилась война между его семьей и конкурирующим мафиозным кланом. Джоуи отправили в Америку при весьма туманных обстоятельствах. Одни утверждают, что это было сделано для его защиты. Другие же говорят, что семья с позором сослала Джоуи в Америку, но