Няня для рябинки босса - Елена Верная Страница 20

— Четверо, милочка, — припечатала Алла Борисовна собеседницу. — И штук двадцать ушли искать богатых мужчин в другом месте. Или ты думала, что ты самая оригинальная? — Алла Борисовна рассмеялась, а я услышал позади шаги и обернулся.

— О, а я вас как раз ищу, — я увидел Эллу и Стешу. На Элле лица не было, настолько она выглядела расстроенной, а Стефания шагала так, словно по плацу марширует. — Что-то случилось?

— Ничего. Но, пап, раз у меня есть няня, можно я не буду больше ходить в этот сад? — ребенок хмурится и смотрит очень серьезно.

— Можно, — я смотрю на Эллу, но та лишь отрицательно качает головой, намекая, что ответит на все вопросы, но не сейчас.

— Стефания, где же ты? Пора идти в зал, — к нам вышла музыкальный руководитель. Оказывается, мы топтались у двери в зал, а я даже не придал этому значения. Я смотрю на Стешу, она складывает руки на груди, и я понимаю, что произошло что-то, из-за чего сейчас разразится скандал.

— Я не пойду, — выдает мой ребенок. Я присаживаюсь перед ней и заглядываю в глаза, а она еле сдерживается, чтобы не зареветь. Часто моргает и сопит.

— Стефания, ты заставляешь всех тебя ждать. Это некрасиво, — давит педагог, и вдруг на защиту моей дочери встает Элла.

— Некрасиво — обсуждать детей и их родителей в туалете. А мы на утренник не идем, — и Элла взяла за руку Стефанию и повела на выход.

— Степан Александрович, хоть вы повлияйте на вашу девушку и дочь! У Стеши главная роль, — женщина растерянно хлопает глазами и разводит руками. — Ну, подумаешь, ребенок услышал то, что ей не предназначалось. Но ведь это туалет для персонала, а не для детей.

— Вы серьезно? — я поднял брови, смерив женщину уничижительным взглядом. — Мы на утренник не идем, и я сообщу заведующей причину, по которой мы уходим из вашего сада.

— Ну зачем же так торопиться? — лопочет музработник. Именно в этот момент из раздевалки выходят те самые две женщины, разговор которых я слышал. Взрослая женщина со строгим пучком на голове и девушка, которая очень хотела бы, чтобы все думали, что ей еще нет тридцати.

— Алла Борисовна, — растерянно лопочет музработник, словно жалуется на меня. — Степан Александрович забирает дочь из сада, они даже на утренник не пойдут. А у Стеши главная роль.

— А что случилось? — женщина нахмурилась. — Я же видела Стешу здесь. Она плохо себя чувствует? Приболела?

— Она расстроилась, потому что услышала что-то, что ей не предназначалось, — я выразительно посмотрел на музработника, которая покраснела. — Я так понимаю, сплетничать и перемывать кости родителям при детях — это норма для этого сада. Я бы не хотел, чтобы моя дочь ходила в такое место.

— Простите, — Алла Борисовна стала пунцовой. Видимо, она поняла, что я слышал их разговор со Снежанной. А может, ей просто стало стыдно за своих подчиненных. — Степан Александрович, мы во всем разберемся. Я во всем разберусь. Я давно хотела провести чистку кадров, и, видимо, пришло время. Обычные внушения на особо болтливых не действуют, значит, будем увольнять.

— Алла Борисовна! — испуганно вскрикнула музработник.

— Идите, Наталья Вениаминовна, у вас утренник срывается, — и женщина многозначительно кивнула двери музыкального зала. — Степан Александрович, прошу вас, не рубите сгоряча. Стеша сейчас расстроена, но, может быть, она передумает?

— Я не знаю, — я не лукавил. Я действительно не знал, что произошло, а лишь опирался на действия дочери и Эллы. — Но мне пора идти к дочери, — я кивнул раздосадованной женщине, развернулся и пошел на выход. Вот и сходил на утренник к дочери, называется.

Глава 19

Элла и Стефания

Вот же махинатор! Иду и ворчу себе под нос. А я дура. Согласилась ему подыграть. Просто форменная дурында! Ругаю себя на чем свет стоит, а все потому, что, когда босс меня обнял, по телу прошла какая-то странная волна дрожи. Она была приятной, но и взволновала меня. А еще испугала. Никогда я не чувствовала себя так рядом с мужчиной. И ведь понимаю, что он мне нравится на каком-то бессознательном уровне, но все равно гоню от себя эту мысль. А все потому, что где я и где он? Ничего хорошего из этих моих фантазий не выйдет. Максимум будет интрижка, минимум — просто проведенная ночь, за которую мне еще и заплатят. Не хочу, чтобы мой первый мужчина в жизни оказался моим первым большим разочарованием. Разочарования у меня, конечно, были, и не одно, но вот такого, от которого так билось мое сердце, еще не было.

Пока занималась самобичеванием где-то там, внутри себя, нашла раздевалку и группу, где была Стеша со своей подружкой, дочерью той женщины, ради которой был весь этот спектакль. Я поняла, что мужчина хотел, чтобы эта женщина подумала, что мы пара. Но я не поняла зачем. Я не заметила у нее в глазах ревности, а значит, она не бывшая Степана Александровича.

— А твоя мама знает, что у тебя появилась новая мама? — слышу этот вопрос от подружки Стеши, и лишь тогда до меня полностью доходит причина этого странного спектакля. Нужно, чтобы ревновала не эта женщина, а бывшая жена Степана. А бывшая ли она жена? Может, у них ссора или еще что-то, а мужчина решил использовать меня, чтобы щелкнуть по носу женщину. Хочет показать ей ее место, видимо. Как это не по-мужски все-таки. Я еще сильнее где-то внутри затаила обиду на Степана, хотя он мне по большому счету ничего не должен. Кроме жалования, конечно.

— Нет, — Стеша заметно напряглась. — У нее скоро появится малыш. И она сказала, что ей сейчас не до меня.

— Ничего себе, у тебя будет братик или сестренка! Круто! — у девочки аж глаза загорелись. Ну, правильно, она в таком возрасте, когда считает, что братик или сестра — это не новый член семьи, а скорее забавная игрушка, с которой можно поиграть и здорово провести время.

— Ага, — моя подопечная не выглядела радостной, и было заметно, что ей не нравится весь этот разговор. — О, Элла, а ты сделаешь мне прическу?

— Конечно, милая, — я улыбнулась, но получилось как-то грустно. У Степана с женой, конечно, не все в порядке, но у них будет ребенок. Именно так я поняла все, что услышала из обрывков разговора и той крупицы информации, что у меня была. Я сделала девочке замысловатую прическу, которую