Бархатные цепи - Фэй Пирс Страница 2

Сказав это я заметил, что он задрожал как осиновый лист. Я не смог сдержать усмешки, я не уважаю таких людей, как Томми, которые никогда не берут на себя ответственность за свои поступки. Когда я понял, что он ничего не скажет, я достал свой телефон и вышел, оставив его в тёмной холодной комнате с двумя вооружёнными охранниками.

Ему следовало подумать о последствиях, прежде чем предавать меня, но он этого не сделал. Вместо этого он с радостью взял деньги у моего соперника, и по блеску надежды в его глазах я понял, что он всё ещё думает, что сможет выбраться из этого живым. Глупый человек.

Иллюзорность, стоящая за этой мыслью, заставила меня усмехнуться. После того, что он сделал, он не мог уйти целым и невредимым. Это плохо сказалось бы на моей репутации, а это, в свою очередь, плохо сказалось бы на бизнесе. Он проработал на меня достаточно долго, чтобы это понимать. И единственная разница между тем, что он говорил, и тем, что он молчал, заключалась в том, что, если бы он предоставил мне информацию, когда я вежливо попросил, он мог бы умереть быстро и относительно безболезненно.

Вместо этого он простоял на коленях больше двух часов, отказываясь что-либо говорить, даже после того, как его избили до полусмерти. Он осмелился потребовать, чтобы его вывезли из страны на частном самолёте. Это было смешно и невозможно, поэтому мне пришлось связаться с одним из моих шпионов на той стороне. Я ненавидел это делать, потому что каждый контакт означал, что его личность может быть раскрыта. Он дал мне не так много информации, но этого было достаточно, чтобы я смог защитить свои жизненно важные операции от притязаний Антонио на власть. Моя операция всё равно пострадала, но, по крайней мере, не так сильно, как могла бы.

Благодаря моим связям я смог переправить большую часть своих денег, наркотиков и оружия в безопасное место. Однако, поскольку Антонио уже знал о предыдущих тайниках, нам пришлось искать новые места для хранения наших вещей и новые конспиративные квартиры. Мы также потеряли несколько человек в перестрелке, но и сторона Антонио понесла потери.

Теперь важно было сделать так, чтобы никто из моих соперников, включая Антонио, не подумал, что я ослаб после случившегося. Это означало, что всё должно было идти своим чередом. Это было мне по силам, но я всё равно был раздражён из-за утечки, а значит, источник утечки, Томми, должен был заплатить.

Когда всё закончилось, я вернулся в комнату, где Томми в бреду всё ещё ждал частный самолёт, который так и не прилетел. Я улыбнулся, наконец-то в хорошем настроении.

— Ты не хочешь говорить, и это нормально. Ты мне больше не нужен. Просто знай, что, сколько бы Антонио ни заплатил тебе за то, чтобы ты предал меня, оно того не стоило. Ты думал, что продаёшь ему информацию, хотя на самом деле ты продал ему свою жизнь.

Я повернулся и пошёл прочь, кивнув вооружённым охранникам, а в это время в воздухе раздавались звуки ударов кулаков по телу и крики боли. Я слушал, и на моём лице играла лёгкая улыбка. Хотя я бы предпочёл понаблюдать, как его забьют до смерти, из-за некоторых действий Антонио мне пришлось уехать по делам.

Прошло много времени с тех пор, как мне приходилось лично заниматься некоторыми аспектами своего бизнеса, но на этот раз это было неизбежно. Антонио знал, что нанесение ущерба моему бизнесу было самым близким способом нанести мне реальный ущерб. У меня не было ничего, с чем я не мог бы справиться, я бы никогда не позволил себе быть таким уязвимым.

— Убедись, что наш человек в аэропорту обо всем позаботится. У меня нет времени на проблемы с безопасностью в аэропорту. — Сказал я, передавая свою сумку ближайшему человеку и садясь в машину.

— Поторопись, мне нужно успеть на самолёт. — Сказал я водителю, всё ещё злясь из-за утечки.

ГЛАВА 1

ИЗАБЕЛЬ

Я была в ужасном настроении. Я это знала, мои друзья это знали, чёрт возьми, даже тот шумный парень, который сидел позади меня в самолёте, знал это.

Как только самолёт приземлился, я достала телефон и отправила сообщение родным, чтобы они знали, что мой самолёт благополучно приземлился в Италии.

«Мой валиум не подействовал, можешь себе представить? Я так нервничаю, что даже валиум не может меня успокоить». Я написала маме, которая последние две недели пыталась уговорить меня отказаться от этой поездки.

Через полсекунды зазвонил мой телефон.

— Привет, мам. — Сказала я.

— Знаешь, ещё не поздно развернуться и улететь домой. — Предложила она, и я рассмеялась.

— Я не могу этого сделать, и ты знаешь почему.

— Я знаю, знаю, ты подружка невесты. Честно говоря, я не понимаю, почему ты согласилась. Если у неё свадьба в другом месте, самое большее, что она могла сделать, это обеспечить твой транспорт. — Я вздохнула. Маме было что сказать по этому поводу.

— Мама, я уже здесь. Я просто хочу извлечь из этого максимум пользы. — Ответила я усталым тоном, чувствуя себя смирившейся. Я уже мысленно составляла список дел, которые мне нужно было сделать. Как у подружки невесты, у меня было несколько обязанностей, и хотя я сказала, что опоздаю, я всё равно должна была помочь невесте.

Закончив разговор, я хотела выключить телефон. Моё внимание привлекла карусель, на которой я заметила свой чемодан. Одним быстрым движением я шагнула вперёд и сняла его. Краем глаза я заметила, как чья-то рука тоже потянулась к нему, но я быстро убрала его с дороги. Я не стала смотреть на этого человека, потому что решила, что это, скорее всего, ошибка, а я спешила принять душ и вздремнуть.

— Эй! Синьорина! — Услышала я чей-то крик позади себя и торопливые шаги, направляющиеся в мою сторону. Голос звучал с сильным итальянским акцентом, и, хотя я не видела того, кто говорил, я практически ощущала магнетизм, исходящий от этого низкого голоса.

Я быстро огляделась, но из-за давки мне ничего не было видно, поэтому я быстро выбросила это из головы.

Чемодан немного оттягивал руку, но я не придала этому значения. Я устала и была раздражена, и, без сомнения, из-за этого мой багаж казался тяжелее, чем когда я его сдавала.

— Мне просто нужно добраться до отеля и отдохнуть. — Пробормотала я себе под нос, чувствуя себя совершенно измотанной из-за поездки и толпы людей вокруг.

Я шла, опустив голову, и смотрела себе