Теперь ты моя - Мила Дрим Страница 14

— Да. Я предлагаю немного прогуляться, а затем купить тебе одежду.

— Разве магазины работают так поздно вечером? — удивилась я.

— Аня, как я уже говорил, вечером здесь только начинается жизнь. Иди, собирайся, я тоже переоденусь.

Переоденется? По-моему, Мурад уже выглядел так, что с ним можно было хоть куда. Но когда я, быстро переодевшись, вышла в коридор, до меня дошло, что именно он имел в виду.

Теперь на Мураде была традиционная одежда.

Белоснежная, длинная рубашка-халат скрывала его тело, но была не в состоянии скрыть мужественность, которую излучал синеглазый красавец. Голова его была покрыта белым платком, которое было закреплено черным кольцом.

Я сглотнула.

Мурад теперь был совсем другим…

Как только он избавился от европейской одежды, я увидела в нем настоящего арабского правителя (он не был им, но именно так нарисовало мое взволнованное воображение).

— Вижу, ты удивлена моим видом? — самодовольная улыбка пробежалась по лицу Мурада. — Тебе пора привыкать к этому. Так ходит большинство мужчин, и я — не исключение.

— Я, правда, удивлена, — смущенно улыбнулась я в ответ и несмело подошла к Мураду.

Он смерил меня задумчивым взглядом. На короткий миг Мурад задержал его на моих губах, и я ощутила, как они предательски заныли.

К моему облегчению, эта заминка длилась всего пару секунд.

— Идем, луноликая, — Мурад многообещающе сверкнул синими глазами, — я покажу тебе ночной город.

Волшебная, восточная сказка. Вот что предстало моим глазам, когда мы оказались на улице.

Небоскребы, маня, сияли подобно драгоценностям, сверкали и волны Персидского залива. Шум его, сладкий шелест, подействовал на меня успокаивающе. Глядя на искрящиеся воды, я ощущала, как тот пожар, что разгорелся во мне во время ужина, начал потихоньку утихать.

Так лучше. Так и должно быть.

Мимо нас проходили люди. Пары, которые, впрочем, не касались друг друга. Туристы и местные жители. Семьи с детьми.

А я всё стояла и стояла. Помимо спокойствия, теперь я испытывала и тоску по дочери. Стоило только мимо пройти детям, как она, эта тоска, вновь дала о себе знать.

Я уже позвонила маме, чтобы пожелать ей и Варюшке доброй ночи. Разницы по времени не было, и потому я не переживала, что своим звонком разбужу их.

Когда я звонила, они как раз досматривали «Спокойной ночи, малыши». Голос Вари был веселым, что не могло не радовать меня.

Но всё равно, я скучала. Пытаясь отвлечься, я устремила взор вперед.

Моё внимание привлекли огоньки вдали.

— Что это? — первой нарушила я затянувшееся молчание.

Удивительно, сколько было терпения у Мурада, ведь мы вот так, молча, стояли минут десять.

— Там? — он шагнул ближе, и я почувствовала жар, исходящий от его крепкого тела.

— Там, — сдавленно, опасаясь выдать свои чувства, ответила я.

— Там — старый город.

— Правда? — я обернулась и удивленно посмотрела на Мурада.

— Правда. Настоящий средневековый город. Мы можем как-нибудь посетить его. Но не в ближайшие дни. Завтра ты едешь со мной на встречу, — он вздохнул, — если ты насмотрелась на залив, то предлагаю поехать в магазин.

— Да, конечно, — желая, чтобы Мурад отошел подальше от меня, согласилась я.

Около трех часов ушло на то, чтобы мы купили для меня вещи. Казалось, Мурад готов был скупить весь магазин. Белье, длинные платья, несколько пар обуви и абаи… Десятки различных абай и сумочки к ним.

Когда я уже думала, что мы закончили с покупками (надо признать, что я была ошеломлена щедростью и вкусом Мурада), синеглазый красавец сообщил, что пришел черед купить драгоценности.

Чувствуя себя, как в сокровищнице Али Бабы, я молчаливо наблюдала за тем, как Мурад щепетильно выбирал для меня украшения. В конце концов, он остановил выбор на кольце из белого золота, в центре которого красовался бриллиант в виде сердца.

Наверное, связывай нас искренние чувства, я бы расплакалась от такого романтичного подарка, но…

Я помнила, что всё это было сделано для того, чтобы никто не сомневался, что я — жена Мурада.

Оставалось только безупречно сыграть эту роль. Я помнила о своем обещании.

ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ

Ночью я спала удивительно хорошо, и утром пробудилась, впервые за эти годы, ощущая себя бодрой и полной сил.

Не вставая с кровати, я тут же позвонила маме. Пять минут разговора по телефону, хоть и не могли восполнить полноценного общения с дочкой, но вселили в меня уверенность, что всё хорошо.

Голос у Варюшки был радостный, почти здоровый. Мама успокоила меня, сообщив, что соплей почти не осталось, и Варя за всю ночь просыпалась только чтобы сходить в туалет.

Теперь со спокойной совестью я могла заняться собой.

Интересно, Мурад еще спит? Хотя вряд ли, учитывая то, что часы показывали половину девятого.

Наверняка такие люди, как он, встают рано.

Я поднялась с кровати, едва не налетела на пакеты, выстроившиеся рядом. Надо бы все разобрать! Вчера на это просто не было сил! После прогулки по магазинам я хотела лишь одного — скорее лечь спать.

В поисках домашней одежды, я начала доставать содержимое пакетов. Невольно, я стала разглядывать свои новые наряды. Шелк, кружево, лен и нежнейший хлопок… Все оттенки — будь то одежда для дома или платья, были выдержаны в пастельных оттенках, что особо нравилось мне.

Я не любила кричащие цвета. Впрочем, ярко-синие глаза Мурада вызывали у меня совсем иные чувства.

Отыскав легкое платье, я быстро переоделась, тщательно расчесала волосы и собрала их в косу. Затем, наконец, развесила-разложила все свои вещи.

Шкаф был полон. Никогда еще у меня не было столько одежды. Такой роскошной одежды.

Взор мой опустился на мой безымянный палец. Увесистый бриллиант живописно напоминал мне о том, зачем я здесь.

Не мешкая, я покинула комнату и отправилась прямиком на кухню.

Тут было тихо и чисто. В воздухе витал аромат мяты и лимона, но ничего не говорило о том, что на кухне готовится завтрак.

Что ж… Я нерешительно обвела взглядом пространство. Надеюсь, Мурад не рассердится, если завтрак приготовлю я.

Я не обладала талантом создавать кулинарные изыски, но, например, омлет получался у меня хорошо. Отыскав в холодильнике все необходимое, я хорошенько взбила ингредиенты, перелила их в сковородку и поставила её на плиту.

— Ты уже проснулась? — голос Мурада застал меня врасплох.

Я подпрыгнула на месте и едва не опрокинула на себя грязную тарелку, которую собиралась помыть.

— Не пугайся, это всего лишь я, — протянул он, я обернулась и застыла на месте.

Всего лишь я? Скорее, к его словам нужно было добавить — «я — искуситель».

Потому что вид полуголого Мурада