Измена. Танцы на осколках (СИ) - Анна Рэйн Страница 14

Я глубоко вдыхаю, стараясь не врезать по тарелке перед собой. Знала же, что так будет. Знала, что придется сидеть и слушать, как они снова обсуждают меня. И все равно хочется запустить эту тарелку ей в голову.

— У нас же настоящая образцово-показательная семья строгого режима, — вдруг спокойно добавляет Марк, окидывая меня хитрым лисьим взглядом, и коротко глядит на мать.

Его слова заставляют меня усмехнуться и разряжают обстановку на несколько мгновений. Мысленно благодарю его за это. Но он тут же добавляет как бы между делом:

— Но за телефоном все же следить нужно.

Смотрю на него исподлобья. Спасибо за поддержку, Марк. За женами тоже не помешало бы следить. И получше, чем за телефоном. Коротко улыбаюсь своим мыслям и начинаю неохотно ковырять вилкой в тарелке, не испытывая никакого желания есть.

Голова гудит, а мысли снова возвращаются к тому, что мне сказал сегодня Александр Сергеевич. Интересно, а Марк бы отпустил свою жену в другой город? Насколько безгранично он ей доверяет?

Макс, тем временем, снова наполняет свой бокал. Сначала вроде все идет нормально. Они все разговаривают и смеются. Но я-то вижу, как моего мужа развозит. И под ложечкой сосет, когда я представляю, что семейный ужин закончится, а пьяный муж — останется. И, возможно, я снова для него буду, как красная тряпка.

— Марго, ты всегда так мало ешь? — внезапно спрашивает Марк, бросив взгляд на мою практически нетронутую тарелку.

— Я просто сыта, — отвечаю спокойно, но внутри ощущаю раздражение. Меня смущает такое пристальное внимание. Еще и в присутствии стольких неприятных людей, которые только и ждут, куда бы еще меня ткнуть носом.

Понимаю, что это особенность его характера — подмечать все вокруг. И он спросил лишь для того, чтобы поддержать беседу. Но мне не хочется выслушивать потом еще какие-нибудь претензии от родителей.

— У Марго такой тип фигуры, что ей нужно держать строгую диету, иначе в будущем у нее будут проблемы с лишним весом, — Римма, очевидно, решила поддержать разговор через издевки по отношению ко мне. Или ее задел интерес мужа?

Усмехаюсь. Смотрю на нее и тянусь к тарелке с чизкейком.

— Вы — диетолог? — уточняю с интересом, отламывая вилкой большой кусок нежного десерта, и запихиваю его себе в рот, некультурно закатывая глаза от удовольствия.

— Нет, — усмехается она в ответ. — Я работаю помощницей вашего мужа.

Ах, вот оно что! Они еще и на работе постоянно трутся с Максом вместе?

— А сколько вам лет? — продолжаю играть свою заинтересованность.

— Двадцать восемь, — пожимает плечами Римма.

Вот это да! Она старше Макса на несколько лет. Но, к слову, Римма явно за собой хорошо следит, потому что выглядит отлично. Сухая, поджарая. Думаю, что диеты и фитнес — слова, которые она знает не понаслышке.

— Ааа, — расплываюсь в улыбке, запихиваю еще один большой кусок чизкейка в рот и откладываю вилку. — То есть, у вас просто большой личный опыт в борьбе с лишним весом?

Римма перестает улыбаться. Вижу, как бровь свекрови выгибается дугой. И краем глаза замечаю ухмылку Марка. Наверное, я попала в точку.

— Жаль, а то чизкейк просто волшебный. Такой нежный, что тает во рту. Простите, мне нужно отлучиться. — скромно опускаю глаза и встаю из-за стола.

Не знаю, куда заведет меня моя выходка. Но, хотелось бы, если уж мне и выскажут за колкость, то чтобы сделали это не за общим столом.

Направляюсь на кухню, пытаясь взять себя в руки. Во мне смешиваются ликование от того, что я смогла осадить эту гадину и в то же время нарастает нервное напряжение.

Наливаю себе стакан воды и неторопливо пью мелкими глотками, пытаясь унять мандраж. Не успеваю толком собраться, как слышу шаги.

Макс. Конечно. Он идет ко мне уже не очень твердой походкой. Подойдя практически вплотную, упирается рукой в стол возле меня и с ехидной улыбочкой разглядывает сверху вниз.

— Тебе это нравится, да? Доводить всех и шляться непонятно где?

Убираю стакан от лица. Меня начинает потряхивать. Сердце замирает на долю секунды, а потом начинает колотиться с бешеной скоростью.

— Отойди, — рычу тихо.

— Где ты была? — спрашивает Макс буднично и вдруг ловким движением руки стягивает с моих волос заколку. Пряди вмиг рассыпаются по плечам. Его взгляд становится тяжелее и темнеет от возбуждения. — Ты ведь понимаешь, что если тебе хочется почесать гениталии, я всегда к твоим услугам?

Как он это сказал… Фу! Даже грубое «трахаться» звучит куда приятнее.

Пытаюсь забрать заколку, но он убирает руку в сторону. Собираюсь ответить, но горло пересыхает, потому что Макс откидывает мне волосы за спину и ведет по руке.

— Я лучше проститута найму! — резко обрываю его, но он не останавливается.

Макс резко делает шаг ко мне и хватает меня за плечи, сжимая их до боли. Я чувствую, как все кипит внутри. Пытаюсь выкрутиться из его объятий, пока он, как одержимый вдавливает меня бедрами в столешницу. Чувствую как его возбужденный член упирается мне в живот через ткань брюк.

В панике замахиваюсь и с размаху швыряю стакан с водой о пол. Звон разносится по кухне, нас обдает брызгами и Макс резко отстраняется, а я ощущаю невероятное облегчение.

Он тяжело дышит, глядя на меня удивленно.

— Если ты не прекратишь, — цежу сквозь зубы и пытаюсь унять сбившееся дыхание, — я обо всем расскажу твоему брату!

Его лицо искажает злобой, но в этот момент дверь распахивается, и в кухню входит Марк. Мы синхронно оборачиваемся на него. Марк останавливается в дверях и медленно разглядывает нас, явно заметив напряжение в воздухе.

— О чем ты хотела мне рассказать, Марго? — спокойно спрашивает он, пронзая меня взглядом.

Глава 12

— Ни о чем, — рычит Макс и дарит мне очень говорящий взгляд, от которого бегут мурашки по телу.

Он бросает мою заколку на стол и быстро выходит с кухни, едва не зацепив брата плечом, но Марк ловко уворачивается. Понимаю, что Макс хотел задеть его нарочно и вдруг впервые осознаю, что между братьями, возможно, вражда. Именно поэтому Марк мне помог сбежать со свадьбы. Не по доброте душевной, нет. А если еще и я подолью масла в огонь?

— Извините, Марк, — опускаю глаза в пол, заправляя выбившуюся