Преподша для мажора. Уроки сопротивления - Ми Рей Страница 10

одновременно обхватив мою шею сзади сильной ладонью, чтобы не отпрянула. Рот наполняется сладкой мятой, обжигающей, словно перец. Разум отчаянно командует оттолкнуть, вырваться, прекратить это безумие, но тело тормозит. Оно превратилось в вату, загипнотизированное его животным взглядом, впившимся прямо мне в глаза. Так близко, что меня затягивает в его распухшие распухшие зрачки, как в космос…

Глава 12

Зоя

Я слишком поздно прихожу прихожу в себя. Слишком поздно отпихиваю. Он уже успел как следует изучить мой рот быстрым наглым языком, успел проникнуть в моё тело самым варварским способом и даже подчинить его себе на несколько секунд.

Ладонь ошпаривает жаром пощёчины. Хочется наорать. Хочется выплеснуть на него всю мою обиду, вернуть боль, которую причинил своим притворством, заставив усомниться в себе, своих суждениях, заставив поверить, что в нём есть что-то хорошее, что за этой наглостью и раздутым самомнением скрывается порядочный челове, способный на настоящий подвиг….

— Пойду, прополощу рот хлоркой, — шиплю я, задыхаясь от гнева, от поцелуя, от душащих меня эмоций. — У тебя на уме одна лишь грязь и больше ничего!

Швыряю, выплевываю эту фразу в его самодовольное лицо, надеясь хоть на какую-то реакцию. Хоть намёк на обиду, ведь тогда было бы понятно, что в этом испорченном мальчишкеесть хоть что-то искреннее.

Но получаю в ответ лишь очередную самодовольную ухмылку.

— О, как, — притворно изумляется Тимур, облизывая губы. — А с Гвоздём и Старом ты не ты не против против была прокатиться, я смотрю. С чего бы это? Они почище почище меня будут?

Меня ошпаривает. Гневом, стыдом, всем сразу с ног до головы.

— Не против? Не против? У меня что, выбор был?! — возмущение проламывает истончившуюся стену самоконтроля, как яичную скорлупу. — Ты послал своих шестёрок выполнять грязную работу, ты придумал этот мерзейший план, ты нарушил закон чужими руками, и мне высказываешь за то, что я была целью этого плана?

— Да я бы в жизни не придумал такую херню детсадовскую! Это идея Гвоздя! Я даже внимание не обратил, потому что повестись на такое может только безмозглая малолетка! Кто ж знал, что ты ей окажешься?! — вдруг он рявкает в ответ, будто имеет хоть какое-то право повышать на меня голос. — Меня, значит, шокерами бить, болевые приёмы на мне тренировать, а перед этими двумя опёздолами чуть ноги не раздвинула из-за детской пугалки?!

Это какой-то сюр… я будто фильме Дэвида Линча…

Надо было отдать его Андрею. Сейчас бы по-другому разговаривал. Встала бы на свои места, что хорошо, а что плохо!

— Но ты знал, — я понижаю голос то угражающего учительского контральто. — Я ваш разговор слышала. Ты знал и нихрена не сделал, чтобы этого не случилось! Ты ведь к ним присоединиться собирался, разве нет?

— Да! Полюбоваться на последнюю дуру, которая на это купилась! — рычит он и отводит глаза, будто ему неприятно на меня смотреть.

Тому, кто только что влез языком мне в рот неприятно на меня смотреть…

— Я не купилась, — мёртвым голосом отвечаю я. — Они меня в машину силой запихнули. И похитили.

В салоне повисает гробовая тишина. Тягучая, вязкая. Даже дышать трудно. Тимур не смотрит на меня, но кажется, на пару секунд задерживает дыхание после моих слов.

— Ты ничем не отличаешься от своих шестёрок. Душа твоя — дерьмо собачье. Всё, что в тебе есть — сплошное уродство, — выговариваю я с горечью и быстро выхожу из машины, в которой буквально задыхаюсь

*****

— Прости, что сразу не позвонила, я была немного… в отлете.

Я виновато смотрю в папино лицо, сжимая в дрожащих руках кружку с кофе. Дома меня тут же начал колотить озноб, от которого даже даже горячий душ не избавил.

Стареешь, Зоя Васильевна. Пора пустырник пить.

— Ничего, мне же же Козерог отчитался, — мягко отвечает отец, внимательно меня рассматривая.

Знаю, что от генерального сканирования ничего не спасёт: ни накладная улыбка, ни бетонная стена. Ему впору в битве экстрасенсов участвовать со своей способностью видеть видеть всех насквозь.

— Ты никогда его Андреем не зовёшь, да? Только по позывному? — я хмыкаю.

— Привычка. Андреем он бывает, когда мы с ним водку пьём и службу вспоминаем. Ты как, дочь? Вижу, что хреново, можешь не кокетничать. Испугалась?

— Есть немного. Но… это больше такое, знаешь… экзистенциальное. Разочарованием накрыло. Мерзко, противно это всё. Студенты же, не бандиты в подворотне.

— По статистике, наибольшее количество насильственных преступлений совершаются людьми, от которых меньше всего ожидаешь. Тут скорее от студента хапнешь или от вежливого соседа, чем от соловья-разбойника на тёмной улице.

— Урок в жизни от генерала Белькова, — криво улыбаюсь я.

— Не, урок у тебя пару часов назад был. А я так. Итоги подвожу, — он пыхтит трубкой и подмигивает мне. — Козерог ещё передал, там какой-то пацан под автоматы полез. Тебя защищал, не разобравшись.

Кожу тут же продирают мурашки.

— Был такой, да, — я утыкаюсь в чашку, пряча за ней лицо.

— И он же тебя домой повёз потом. Что за кадр? Могу ли я с ним увидеться?

Я закашливаюсь и едва не выплёвываю кофе в экран ноутбука.

— Помилуйте, папенька, он вам зачем, кхе-кхе?!

— Здрасьте! Он же почти как Матросов — на амбразуру. Дочь мою прикрывать. Мне б хоть спасибо сказать такому защитнику.

— Я передам, — бурчу я. — Это студент мой.

— Отличник, небось?

— Яичник. Оййй, давай не будем о них, ладно? — я тру лицо ладонями, чувствуя, как трещит моя перегруженная мыслями голова.

— Ты там с этими услужливыми студентами поаккуратнее, — отец назидательно приподнимает бровь. — А то сегодня до дома довез, а завтра — руку на коленку. И пошла срамота

— Па-ап!

— Понял-понял, не тупой. Тупой бы не понял. Сама разберёшься, не маленькая. Но пацан хорош, хорош… уважаю, — генера одобрительно топорщит усы.

— Отдыхай, пап, — вздыхаю я

— Добро. И тебе не помешает. Сходи куда-нибудь, развейся. А то в столицу приехала, а её благами не пользуешься. Сорвись в клуб какой-нибудь, ресторан. Деньги знаешь, на каком счету лежат, не стесняйся. Всё. Пошёл помидоры поливать. Люблю, целую.

Я закрываю ноутбук и подтягиваю колени к подбородку. Клуб. Как давно я не была в клубах? Ещё с мужем ходили, наверное, а потом всё. Работа-дом, работа-дом.

Идея неплохая. Завтра как раз суббота. Там и вытрясу из головы ненужное.

Глава 13

Тимур

Дымный полумрак, громкая музыка, смех и голоса, сливающиеся в одну непрерывную волну, — всё это привычный фон моего клуба. Я сижу в своей ВИП-кабинке, откликнувшись на спинку дивана, и смотрю на