Монстры вырезают троны - Аделин Хамфрис Страница 10

Он пожал плечами, отпивая без тени смущения: — Хотел узнать, что за шум.

— Он же розовый.

— Зато крепкий.

Я засмеялась, чувствуя лёгкое опьянение солнцем и им самим.

Часы прошли в ленивых поцелуях, разговорах о жизни, в его пальцах, рисующих узоры на моих обнажённых бёдрах. Мы гуляли по пляжу на закате, сплетя пальцы, и на миг я забыла о том нетерпении, что скребло по позвоночнику. О погоне. О обещании.

Я тяжело вздохнула, уткнувшись в него, чувствуя себя счастливой и в безопасности. И совершенно не подозревая, что, скорее всего, меня ждёт.

Я не знала, который был час, когда проснулась. Лунный свет растянулся по полу, занавески шептали на ветру. Кровать рядом была пуста, но ещё тёпла от его тела. Я моргнула, медленно приподнимаясь.

— Рэйф? — позвала я тихо.

Ответа не было.

Что-то в воздухе изменилось — как статическое напряжение перед бурей. Я откинула простыни и поднялась, мой чёрный шёлковый пеньюар прилипал к коже, пока я босиком ступала по плитке. Вилла была слишком тихой. За окнами катилось чёрное море. По позвоночнику пробежал восторженный холодок.

И тогда я увидела нечто, от чего перехватило дыхание. На стеклянной двери на террасу — размазанная красная отметина. Моя помада, нарисованное небрежное сердечко.

Сердце заколотилось сильнее.

О, чёрт.

Я медленно повернулась, теперь уже с громко бьющимся сердцем. Прежде чем успела снова позвать его, за одной из открытых дверей спальни мелькнула тень. Он охотился на меня.

Улыбка сама расползлась по губам — дикая, непроизвольная. Я уловила мягчайший скрип половицы. Потом — тишина.

Ещё один скрип.

И тогда я сорвалась с места.

Я рванула по коридору босиком, пеньюар развевался у бёдер, волосы летели за спиной. Нырнула в ванную, захлопнула дверь, заперла дрожащими пальцами. Моё дыхание было рваным, острым, пока я прислушивалась.

Тишина.

Потом — стук. Он был мягким, игривым, вызвав мурашки по коже.

— Привет, красавица, — голос Рэйфа был низким, дразнящим. — Можешь пытаться бежать, прятаться… но далеко не уйдёшь. Я поймаю тебя, маленькая лань.

Я прижала ладонь к губам, чтобы заглушить вздох. Ещё секунда тишины… потом ручка дёрнулась, провернулась и упёрлась в замок.

И вслед — низкий смех, за которым последовал сильный удар по двери. Я вздрогнула.

Он наслаждался этим.

Я отступила к узкому окошку, распахнутому ровно настолько, чтобы я могла протиснуться. Кровь гудела в висках, пока я взбиралась на подоконник, сердце билось так, что я почти не слышала. Я тяжело спрыгнула наружу, удар песка о ладони почти не ощутила — только вскочила и, босая, бросилась в заросли за виллой.

Джунгли поглотили меня за секунды. Ветки хлестали по коже, веточки хрустели под ногами, влажный воздух резал лёгкие как нож. Сердце грохотало не только от бега… но и от восторга. Того самого, что обвивает позвоночник и шепчет: он идёт.

Тень мелькнула. Размытый силуэт позади.

Я услышала, как он прорывается сквозь заросли, даже не пытаясь быть тихим. Я резко развернулась, нырнула вниз, локоть врезался ему в рёбра, когда он прыгнул.

Он застонал, оступаясь.

Я развернулась, пнула — промахнулась.

Он поймал мою лодыжку на лету. — Неплохо, — прорычал Рэйф, дёрнув сильно.

Я рухнула назад, перекрутилась, перекатилась на колени прежде, чем он смог навалиться. Выбила его ноги своими, вскочила, запыхавшись. — Ты слишком хорошо меня учил, — выдохнула я, злая улыбка рассекла лицо, и я рванула глубже в джунгли.

Его тёмный, возбуждённый смех донёсся следом. — О, детка… ты об этом пожалеешь.

Я не остановилась. Перескочила через упавшее дерево, поцарапала бедро о торчащий корень, кровь кипела в венах. Я чувствовала, как он снова приближается. Он был крупнее, быстрее, сильнее, но у меня была ловкость. У меня был огонь.

Вот что, наверное, чувствует олень, спасаясь бегством.

Я резко свернула влево, проскользнула под низкой веткой, потом сделала ложный манёвр вправо… Но он уже был там.

Его рука резко выстрелила вперёд, схватила меня за запястье и дёрнула назад с силой. Я зарычала, выкручиваясь, ударяя его основанием ладони по лицу.

Он блокировал удар.

Мы боролись, сцепившись в залитом лунным светом просвете джунглей, — дыхание, мускулы, рваная ярость. И вдруг –

Он швырнул меня о дерево. Спина врезалась в кору. Его грудь прижала меня к стволу. — Думала, убежишь? — голос Рэйфа был дымом и сталью. Он дышал тяжело. Возбуждённый и пугающий. Я распахнула глаза, рассматривая его. Напряжённые плечи, серьёзное лицо, расширенные зрачки.

— Ты медленный, — поддела я, с трудом сдерживая ухмылку. — Стареешь?

Его смех был резким, абсолютно звериным. — Ты сумасшедшая, — прохрипел он, ведя ртом вдоль моей челюсти, пальцы сжали горло. — Правда думала, что окно поможет?

— Я надеялась. — Я ухмыльнулась, всё ещё задыхаясь. — Но ведь я всё равно должна была позволить тебе поймать меня.

Он рванул меня к себе, а потом снова прижал к дереву, одной рукой обхватив шею, другой скользя по бедру. Его голос стал ещё темнее.

— Ты такая красивая, детка, — выдохнул он.

— Ты тоже. — Слова сорвались сами. Но это было правдой. Меня завораживала красота и сила в нём. — Я хочу драться.

Его рык прошёл сквозь мой позвоночник. — Хочешь, чтобы тебя сломали? Чтобы взяли? — Пальцы сжались сильнее. — Тогда беги. Беги.

Он толкнул меня вперёд.

Я споткнулась, перехватила дыхание, адреналин взвился — и снова сорвалась с места. Ветки хлестали по бокам. Ночной пеньюар зацепился за что-то и разодрался. Я не остановилась. Не могла.

Я бежала.

Тени ожили, словно деревья дышали. Кровь грохотала в ушах. Я оглянулась — и увидела его.

Господи. Господи.

Шёл за мной, как бог войны. Без рубашки. С дикими глазами. Монстр, вылепленный из тени и лунного света, созданный только чтобы сломать. Я снова перевела взгляд вперёд, задыхаясь, ноги горели. Тьма давила, каждый шорох заставлял вздрагивать. Я уже не знала, где нахожусь. Только что я — его, и он идёт за мной.

Неважно, куда я побегу и как далеко. Он — чёртов хищник. Моё сердце било так, словно я и правда лань под клыками волка.

Я замедлилась, взгляд метался. — Рэйф? — выдохнула я. — Где…

Он врезался в меня сбоку с рычанием, выбив из горла крик. Мы покатились по лесной подстилке, в листья и землю, пока он не оказался сверху. Всё — жар, ярость и грубая сила. Моя спина ударилась о землю, дыхание вырвалось с хрипом.

Зверь без цепей.

Рэйф схватил мои запястья, заломил их над головой, прижал одной рукой к земле. Другой сжал остатки пеньюара, задрал его к