10000 миль, чтобы найти тебя - Мерседес Рон Страница 22

Лилия застенчиво кивнула.

– Ты прекрасна, – сказала моя мама, положив обе руки на щеки девочки. – Я твоя бабушка, Роуз.

Нейт обменялся взглядом со мной, и я сразу понял, что он мне сказал.

Лилия чувствовала себя неловко, она была напряжена. Достаточно было взглянуть на ее плечи и руки, опущенные по обе стороны ее тела, в ней не было никакого намерения возвращать объятие моей маме, которое, кстати, не заставило себя долго ждать.

– Мама, почему бы нам не показать Лилии, где здесь находится еда? Она мне как раз недавно сказала, что проголодалась, – вмешался я, и моя мать отпустила ее.

– Конечно, конечно, – сказала она, одновременно подзывая официанта, чтобы тот подошел. – Принесите напитки для моего сына и внучки…

– Рад, что вы смогли прийти, сын, – прокомментировал мой отец, одобрительно глядя на меня.

Я ничего не ответил, молча схватил бокал с шампанским – официант принес всем, за исключением Лилии, которая взяла стакан с апельсиновым соком, что был на одном подносе с бокалами.

– Давайте поднимем тост, – зазывал мой отец.

Внезапно весь зал, казалось, сосредоточился на нас. Музыка прекратилась, и все гости сфокусировались на том, что хотел сказать мой отец.

– Дорогие друзья, сегодня мы собрались, чтобы отпраздновать шестидесятилетие моей прекрасной и удивительной жены, Роуз. Иди сюда, милая, – позвал он мою мать, которая смущенно, но при этом радостно подошла к моему отцу. – Сегодня мы не только празднуем ее день рождения, но и приветствуем в нашей семье нашу дорогую внучку Лилию Ленокс.

Все взгляды устремились на Лилию.

Я смотрел на нее несколько секунд и только потом понял, что это было не очень хорошей идеей.

Люди аплодировали, фотограф сфотографировал нас, чтобы запечатлеть этот момент, а затем я заметил, как все начали разговаривать и косо смотреть на меня.

– Лилия, что бы тебе хотелось поесть? – спросила моя мать, снова переводя внимание на внучку.

– Ничего, – ответила моя дочь, крепко прижимая мобильный к груди.

– Тебе нужно перекусить, – начала настаивать она.

– Мама… – я попытался остановить ее, однако она прервала меня.

– Ты не представляешь, как мы счастливы, что познакомились с тобой. Нам очень жаль, что мы упустили одиннадцать лет твоей жизни, но я хочу, чтобы ты знала, что у тебя здесь есть бабушка, если тебе что-то понадобится.

– И дедушка, – добавил мой отец, распыляясь от гордости. – Я буду для тебя лучшим дедушкой в мире, малышка.

Я собрался открыть рот, но Лилия меня опередила.

– У меня уже есть дедушка… и он действительно лучший дедушка в мире, – сказала она и выбежала из зала.

Дерьмо.

– Что я такого сказал? – спросил отец, недоуменно глядя на меня.

– Ох, бедняжка! – воскликнула Аманда, устремив взгляд туда, куда решила улизнуть моя дочь.

Я сжал переносицу двумя пальцами и дышал, чтобы окончательно не выйти из себя.

– Она скучает по своему дедушке, папа, – сказал я, обращаясь к ним обоим. – Вы не должны забывать о том, что мы для нее чужие, мы не можем заставить ее чувствовать то, чего она не чувствует…

– Но мы ведь ее семья! – возмущенно сказала моя мать.

– И со временем она это примет, а пока вам лучше предоставить ей немного личного пространства. Вот почему мне не хотелось приводить ее, мама. Она не готова, она не готова ни к чему из этого, – воскликнул я, оглядываясь по сторонам.

Люди уже вернулись к своим разговорам, и только отдельные сплетники, возможно, прислушивались к нашей небольшой перепалке.

– Ты не собираешься пойти на ее поиски? – спросил мой отец, не сводя глаз с того места, где исчезла моя дочь.

Я глубоко вздохнул.

– Сейчас вернусь, – обратился ко всем.

– Я с тобой, – сказал Нейт, становясь рядом со мной, и мы оба отправились на поиски обиженной девочки. Аманда осталась разговаривать с моими родителями.

– Тебе не обязательно идти, – сказал я сухо. Мне не хотелось находиться в его компании, на самом деле мне хотелось побыть одному.

– Понимаю, ты злишься, – сказал Нейт, совершенно не прислушавшись к моему намеку. – Извини за Никки, но я сделал это ради тебя, ты заставил меня волноваться за тебя… С тех пор, как мы приехали, ты замкнулся в себе намного сильнее, чем прежде, и мне не хотелось, чтобы ты цеплялся за кого-то, кто вообще никак не сможет тебе помочь.

Я остановился и повернулся к нему.

– Ты будешь читать мне лекцию о неуместных чувствах, Нейт?

– Я просто пытаюсь…

– Перестань пытаться. Прекрати все попытки, черт возьми! – вскрикнул я, повышая голос. – Я ответственный человек и сделал все, что должен был, чтобы выполнить свой долг. Чтобы выполнить свой долг как сына, выполнить свой проклятый долг как отца, я возглавил компанию… Отказался от работы, даже не представляя, когда полечу снова! У меня есть одиннадцатилетняя дочь, которая не желает меня видеть, и, честно говоря, я тоже не особо горю желанием видеть ее! Но вот он я здесь, знакомлю ее со своей семьей, покупаю все, что ей нужно, даю ей лучшее образование, которое только можно получить. И что толку?

Я сделал паузу и посмотрел на него, друг явно был не в своей тарелке.

– Тебе не следовало вмешиваться в мои отношения с Никки! Она – сугубо мое личное дело! Оставь мне хотя бы это! Это наше с ней дело, даже если оно закончено, даже если она не смогла ответить мне ни на одно гребаное сообщение, чтобы сказать, что больше ни черта не хочет слышать обо мне! И если мне хочется побыть в плохом настроении, позволь мне быть в плохом настроении, потому что это все, что у меня осталось! Только мои гребаные чувства!

Нейт молчал, и тут я увидел, как Лилия появилась из-за спины моего друга.

Ее лицо было залито слезами. Вот же черт.

– Мы можем уже идти? – спросила она, шмыгая носом.

Нейт повернулся к ней, ничего не сказав.

– Да, идем, – сказал я, подходя ближе.

Мы оставили Нейта позади и направились к двери.

Мои родители не видели, как мы выходили, и когда я попросил машину и мы сели в нее, мне пришлось несколько раз глубоко вздохнуть, чтобы успокоиться.

Мы молча доехали до дома, и, когда я припарковался перед входом, Лилия наконец заговорила.

– Ты можешь отвезти меня завтра в школу пораньше, – сказала она, открывая дверцу машины и выходя.

Я просидел там какое-то время, понимая, что отец из меня – дерьмовый, и, что хуже всего… у меня не было сил на что-то бо́льшее.

8

Никки

Мы прибыли в Лондон в