10000 миль, чтобы найти тебя - Мерседес Рон Страница 21

Я был идиотом… Злился на весь мир, потому что меня заставили поехать в Бостон, чтобы получить степень магистра, которая мне была до лампочки. Меня разлучили с моей страстью – самолетами, воздухом, адреналином, с тем, что только так мне удавалось чувствовать себя живым… и заперли в Гарварде, чтобы подготовить к жизни, которая меня не интересовала. Мы встречались около двух месяцев, и в итоге я расстался с ней, потому что не был и не хотел быть готовым к отношениям.

Знаю, что разбил ей сердце… Но в тот момент мне было плевать.

Меня тревожила мысль, что, возможно, именно холодность, с которой я ее оставил, побудила ее не говорить мне о нашей дочери… В конце концов, мы были из разных миров. Она была официанткой, а я изучал экономику в Гарварде, чтобы получить необходимые знания на тот случай, если в будущем мне придется возглавить одну из крупнейших частных авиационных компаний в мире.

Для меня это было развлечение… Для нее, полагаю, – возможность окунуться в мир, к которому, как она думала, у нее никогда не будет ключа. А может, она просто влюбилась.

Не знаю, почему мне было так трудно поверить в то, что кто-то способен влюбиться в меня. Мне всегда казалось, что девушки любят меня за то, каким я кажусь, а не за то, кем являюсь на самом деле. У меня были проблемы с доверием… У меня не получилось полностью раскрыться даже перед Никки, чтобы рассказать ей о своих демонах. Я даже не смог рассказать ей о том, что потерял брата в аварии на мотоцикле!

Наблюдая за Лилией и пристально глядя на нее – единственную девушку, которую впустил в свой дом, чтобы там жить, я почувствовал, что помимо этого дал ей ключ ко всем своим секретам. Меня охватило чувство незащищенности, мне было некомфортно, потому что быть родителем – не то, чем бы мне хотелось заниматься, и это меня раздражало.

Почему она мне не сказала?

– Наконец-то вы приехали! – воскликнул голос за моей спиной. Я повернулся, чтобы поприветствовать Нейта.

– Нейт, – мой голос прозвучал вопросительно. Не ожидал увидеть его… по крайней мере, не после удара, который нанес ему прошлой ночью.

– Не собираешься познакомить меня с моей новой племянницей? – сказал он, улыбаясь Лилии и игнорируя тон моего голоса.

– Он твой брат? – спросила Лилия, от чего мое сердце заболело, рана еще была свежа.

Нейт снова посмотрел на меня, и, судя по его взгляду, он понял, что облажался.

– Я его лучший друг… но мы любим друг друга как братья, да, Алекс? – спросил он, надеясь получить с моей стороны хоть что-то похожее на перемирие.

Я плотно сжал губы.

Все еще злился из-за Никки.

– Лилия, это Натаниэль Оливьери, – мой голос звучал спокойно.

Дочь посмотрела на моего друга и, поколебавшись с секунду, протянула руку, чтобы представиться.

– Приятно познакомиться, Натаниэль, – вежливо сказала она.

Нейт улыбнулся, пытаясь игнорировать холод, что исходил от каждой клеточки моего тела.

– Ты можешь звать меня Нейт, – сказал парень.

– А ты меня Лили, – ответила она, пожимая ему руку.

Она что, всем, кроме меня, разрешала называть ее Лили?

Я стоически принял это, но не мог отрицать, что меня это не задело.

– Пойдем внутрь, нас ждут твои бабушка и дедушка, – подбодрил ее я, поворачиваясь и заходя в один из отелей семьи Нейта.

– Мне нравится твой бант, – услышал я, как говорил Нейт Лилии, пока они оба шли за мной.

– Что случилось с твоим глазом? – поинтересовалась она, меняя тему.

Позади меня наступила тишина, но я продолжал идти в зал, где проходила вечеринка.

– Я наткнулся на очень твердую дверь… такую твердую, прямо как скала, – ответил Нейт.

Пришлось постараться, чтобы не закатить глаза.

– Как видишь, дочка, бывают моменты, когда можно быть настолько глупым, чтобы выбить себе глаз дверью, – сказал я, поворачивая направо, шум праздничной музыки тут же достиг моих ушей.

– Я как-то упала и разбила себе глаз, и это вовсе не из-за того, что я глупая, – ответила она вызывающе.

Я повернулся к Лилии.

– Конечно ты не глупая. Ты моя дочь.

Между нами троими воцарилось молчание, и оно было прервано спустя несколько секунд голосом, который мне был очень хорошо знаком.

– Я уже думала, что вы не придете, – у меня за спиной раздался голос Аманды. Моя бывшая была одета в красивое элегантное серебристое платье длиной до пола. Меня ничуть не удивило ее присутствие, моя мама старалась, чтобы мы при любой выпавшей возможности собирались вместе, и Аманда часто пользовалась этим преимуществом, но встречаться со мной два раза подряд в одни и те же выходные было уже перебором.

– Аманда, – поприветствовал ее я без лишних церемоний. – Не ожидал увидеть тебя здесь сегодня.

Она мило улыбнулась мне, подошла ко мне и поцеловала в щеку, а затем переключилась на Лилию.

– Ты, наверное, та самая девочка, о которой я так много слышала, – сказала она, приветливо обращаясь к ней.

– Привет, – поприветствовала ее Лилия, заставив себя улыбнуться.

– Вот это да! Мне нравится твое платье, оно великолепное!

– Спасибо, – искренне улыбнулась ее собеседница.

– Когда я была в твоем возрасте, моя мама хотела, чтобы я носила платья с пайетками и блестками, а мне хотелось носить платья для девочек постарше. Тебе очень повезло, что твой отец разрешил тебе надеть такое потрясающее платье.

Лилия мгновение смотрела на меня, затем опустила взгляд на свое платье, и ее улыбка стала шире.

Я позволил ей надеть платье, предназначенное для девочек постарше?

Аманда повернулась ко мне и подмигнула.

– Ты тоже очень красив, – сказала она с тонким намеком.

– Благодарю… ты прекрасна, как всегда, – ответил я, и это было правдой.

Нейт, который стоял рядом с нами, поднял руки.

– Мне сегодня никто не льстит или что вообще такое происходит? – выпалил он, притворяясь обиженным.

Лилия рассмеялась, и уголок моих губ немного приподнялся.

– Ты и так слишком сильно в это веришь, Нейт, я не собираюсь еще больше раздувать твое эго.

Нейт собирался возразить, но тут голос прервал наш разговор.

– Наконец-то вы приехали! – сказал Ричард Ленокс, пересекая зал и направляясь к нам.

Позади него выглянула моя мама, вслед за официантом с бокалами шампанского. Она поставила свой на его поднос, извинилась перед кем-то, с кем она разговаривала, подняла подол платья, чтобы не наступить на него, и подошла к нам, устремив свой взгляд на девочку, которая стояла за мной.

– О боже мой! – сказала она, приближаясь к нам и взволнованно держа руку у рта.

– С днем рождения, мама, – сказал я, стараясь, чтобы сцена не превратилась в неловкую.