Творческий отпуск. Рыцарский роман - Джон Симмонс Барт Страница 59
- Категория: Любовные романы / Остросюжетные любовные романы
- Автор: Джон Симмонс Барт
- Страниц: 114
- Добавлено: 2024-07-30 09:13:04
Внимание! Книга может содержать контент только для совершеннолетних. Для несовершеннолетних просмотр данного контента СТРОГО ЗАПРЕЩЕН! Если в книге присутствует наличие пропаганды ЛГБТ и другого, запрещенного контента - просьба написать на почту pbn.book@yandex.ru для удаления материала
Творческий отпуск. Рыцарский роман - Джон Симмонс Барт краткое содержание
Прочтите описание перед тем, как прочитать онлайн книгу «Творческий отпуск. Рыцарский роман - Джон Симмонс Барт» бесплатно полную версию:Американскому постмодернисту Джону Барту (р. 1930) в русскоязычном пространстве повезло больше многих, но это неточно. Изданы переводы трех его ранних романов и одного позднего, хотя два его классических шедевра фабулистики – «Торговец дурманом» и «Козлик Джайлз» – еще ждут своих переводчиков и издателей. Сам Барт уже давно и заслуженно легендарен: он член Американской академии искусств и словесности и у него под десяток американских и европейских призов и наград (из них три – по совокупности заслуг и за вклад в современную литературу).
Изданием перевода его романа «Творческий отпуск: рыцарский роман» (Sabbatical: A Romance, 1982) «Додо Пресс» и «Фантом Пресс» надеются заполнить эту зияющую пропасть в знакомстве русского читателя с произведениями этого столпа американской литературы. Условный «средний период» творчества Барта можно с некоторой оглядкой считать не таким ироничным, как дело обстояло в начале его литературного пути, хотя пародия по-прежнему остается его ключевым литературным приемом, а игра слов и словами – излюбленным фокусом. Отталкиваясь от литературной традиции, Барт по-прежнему плетет свои «мета-нарративы» буквально из всего, что попадается под руку (взять, к примеру, рассказ «Клик», выросший из единственного щелчка компьютерной мышью), однако фантазии его крайне достоверны, а персонажи полнокровны и узнаваемы. Кроме того, как истинный фабулист, Барт всегда придавал огромное значение стремительности, плавности и увлекательности сюжета.
Так и с «Отпуском». Роман его, в самых общих чертах, основан на реальной гибели бывшего агента ЦРУ Джона Пейсли в 1978 году. Одиннадцать лет Пейсли служил в Управлении и в отставку вышел в должности заместителя директора Отдела стратегических исследований; он был глубоко вовлечен в работу против СССР. После отставки жизнь его пошла наперекосяк: они расстались с женой, сам Пейсли стал участвовать в семинарах «личностного осознания» и групповых сессиях психотерапии. А в сентябре 1978 года, выйдя на своем шлюпе в Чесапикский залив, бывший агент исчез. Тело его обнаружили только через неделю – с утяжеленным поясом ныряльщика и огнестрельной раной в голове. Однозначного ответа на вопросы о причинах его гибели нет до сих пор. Агенты ЦРУ, как известно, никогда не бывают «бывшими». В романе Барта, конечно, все немного не так. Бывший служащий ЦРУ Фенвик Скотч Ки Тёрнер – возможно, прямой потомок автора гимна США, написавший разоблачительную книгу о своих прежних работодателях, – и его молодая жена – преподавательница американской классической литературы Сьюзен Рейчел Аллан Секлер, полуеврейка-полуцыганка и, возможно, потомица Эдгара Аллана По, – возвращаются в Чесапикский залив из романтического плавания к Карибам. По дороге они, в общем, сочиняют роман (есть версия, что он стал следующим романом самого Джона Барта), сталкиваются с разнообразными морскими приключениями и выбираются из всевозможных передряг. Их ждут бури, морские чудовища, зловещие острова – а над всем нависает мрачная тень этих самых работодателей Фенвика…
Сплетенный сразу из всех характерных и любимых деталей творческого почерка Джона Барта, роман скучать читателю точно не дает. Удивителен он тем, что, по сути, отнюдь не тот «умный» или «интеллектуальный» роман, чего вроде бы ждешь от авторов такого калибра и поколения, вроде Пинчона, Хоукса и Бартелми, с которыми русскоязычному читателю традиционно «трудно». Это скорее простая жанровая семейная сага плюс, конечно, любовный роман, но написан он с применением постмодернистского инструментария и всего, что обычно валяется на полу мастерской. А поскольку мастерская у нас – все-таки писательская, то и роман получился весьма филологический. И камерный – это, в общем, идеальная пьеса со спецэффектами: дуэт главных героев и небольшая вспомогательная труппа проживают у нас на глазах примерно две недели, ни разу не заставив читателя (подглядывающего зрителя) усомниться в том, что они реальны… Ну и, чтобы и дальше обходиться без спойлеров, следует сказать лишь еще об одной черте романа – о вписанности текста в территорию (вернее, акваторию; не карту, заметим, хотя иметь представление о складках местности не повредит). Тут уж сам Чесапикский залив – одно из тех мест, которые, конечно, можно читать как книгу. Плавание по этим местам будет вполне плавным, но извилистым.
Содержит нецензурную брань
Творческий отпуск. Рыцарский роман - Джон Симмонс Барт читать онлайн бесплатно
Ух ты, говорит Сьюзен, и разбудило нас обоих, и тот свет, что на пирсе горел, и я ощутила… Она умолкает на полупамяти: ощутила она, по сути, что оплодотворена – нашим сном. Не знаю что, говорит она.
Фенвик провозглашает, что если наш сон и упустил кое-что – Подземную железную дорогу[133], Джозефа Уэленда и его Пиратов-Лоялистов, а также бывшего любовника Сьюзен Симора Бёрмена, – резюме автора тоже включило в себя не все из того, что было во сне. Малыша Оруноко, к примеру, в возрасте двух, четырех или пяти лет, как обычно он и присутствует в снах его отца.
Мы учили его плавать – с причала Шефа и Вирджи. Оррин жаловался, что вода слишком холодная; он всегда легко мерз. Мы его из-за этого поддразнивали – мягонько, ибо Оррин насмешки никогда не сносил.
Фенвик замолкает: те мы – не эти мы. С ним рядом в той прохладной воде Уая Мэрилин Марш в той части сна: стройная, хорошенькая, бодрая, двадцать пять, между ними еще никаких омрачений. Молодая семья вся сияет невинным Эйзенхауэровым светом. Он переводит дух. Тот зловещий прогулочный траулер «Баратарианец» мне тоже приснился, говорит он.
Тот траулер и сквозь сон Сьюзен проплыл, весь щетинясь пиратками! Фенн смятенно краснеет еще от одного, невыразимого образа из нашего сна: среди орд и воинств утопших ночных пловцов, опускающихся на дно, словно отравленная селедка в прибое, мороз по коже, как от предчувствия: вместе с Манфредом, Гасом, Джоном Пейсли и тем бессчастным допрашиваемым из конспиративного дома на реке Чоптанк – Дугалд Тейлор, синелицый, мертвый!
Думаю, автор неплохо справился, говорит Сьюзен. Ну и плотик памяти то был. Снимаю перед всеми нами шляпу. Молодцы мы. Она и впрямь стаскивает наш платок труве. Утро близится к концу; холодная морось не слабнет, но пока плотик плыл себе, мы прошли на движке по проливу Тополиного острова в бухту Восточную, обогнули мыс Тилмена, вошли в устье Майлза и снова вверх в ствол Уая. Прямо впереди, очерченный развилкой «У» той ухоженной реки, – о. Уай. Отнюдь не Тополиный, не Соломон, не Ки: лишь карта, или облет, или обход его показывают, что Уай – действительно остров. Широкая, возделанная, расположенная не среди открытой воды, а среди других полей и лесов, эта суша полностью окружена землей, но там и сям отсечена рвами зубцов вильчатой реки и проливом Уай, что охватывает их ярмом, словно кривой штифт уключины. Мы двинемся на Передний Уай: в восточный рукав по правому борту. «Ферма Ки» – за несколькими изгибами неподалеку впереди. История наша рассказана наполовину. Сьюзен спускается привести в порядок прическу.
III
Развилка
1
От Уая к Гибсону
Под мостом
Три дня спустя, когда мы покидаем «Ферму Ки», о. Уай, реки Уай и Майлз и Восточную бухту, огибаем мыс Кровавый собственно в Чесапикский залив и снова прокладываем курс на норд, вверх по Заливу, под двойными висячими мостами, соединяющими Балтимор и Вашингтон с Восточным побережьем Мэриленда, к острову Гибсон, нашей следующей остановке – это первая лучшая якорная стоянка на западной стороне Залива выше моста, – откуда мы собираемся сделать свои дела в Балтиморе, Сьюзен вздыхает: Вперед и вверх.
Для нее особенно это был напряженный период – наши выходные. Мы даже с большим, чем обычно, облегчением пускаемся в путь. Сью пока что не желает об этом говорить прямо.
ТВОЙ XIX – ВЕК СЬЮЗЕН, ТВОЙ XVIII – ФЕННА,
или
Был ли Эдгар Аллан По евреем?
М-м, говорит Фенн. После очень ветреного воскресенья – сорок пять узлов норд-веста в синей канадской вышине – понедельник 9 июня погож, сух и прохладен, бодрящий легкий вест для выбегов круто к ветру в фуфайках и нейлоновых ветровках. К вечеру возможен дождь из небольшой области пониженного давления, что скользит ястребом вверх по Аппалачскому хребту, но штормов не ожидается. Он поворачивается спиной к погоде, прибирает паруса и берется за штурвал: приятно иногда порулить самому, а не полагаться на автомат.
Сьюзен растягивается у переборки рубки и сумрачно оглядывает наш кильватер. Ум ее очевидно где-то не здесь – снова на «Ферме Ки», готов спорить Фенн, – и она предполагает, что мы вообще-то еще не объяснили читателю, которому наверняка интересно, что означает вся эта чехарда с По-Ки/«Поки»/кепоном, помимо наших якобы родословных, названия нашего судна и намеренного, преступного и, вероятно, необратимого отравления «Эллайд кемикл корпорейшн» благородной реки Джеймз, на каковой располагались первые постоянные поселения англичан в Америке.
Фенвик ее поощряет: Не покидай.
Ай-яй. Ну, в общем. Ма утверждает, будто Па верил, будто Э. А. По был такой же еврей, как я, а Секлеры ему родня через Алланов из Вирджинии,
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
